Власти ФРГ постараются представить случившееся как региональную особенность Восточной Германии, протестную вспышку или успех "популистов". Но цифры говорят совершенно о другом. Голосование в Саксонии-Анхальт стало референдумом о доверии к традиционным партиям. Избиратель высказал недовольство ростом цен, проблемами промышленности, миграционной нагрузкой, дефицитом доступного жилья, ухудшением работы государственных служб. И все чаще причиной этих проблем он видит решения, принятые в Берлине и Брюсселе.
АдГ сумела собрать в одном политическом предложении то, о чем мейнстрим предпочитает говорить осторожно и то шепотом на кухнях. Партия требует прекратить санкционную войну с Россией, восстановить прагматичные экономические связи, отказаться от бесконечного роста военных расходов и не превращать Германию в ключевой тыловой узел конфликта на Украине. В центре ее кампании - простая формула: немецкие интересы должны стоять выше геополитических амбиций теневого правительства.
Юридически земельное правительство не может отменить антироссийские санкции, свернуть военную помощь Украине или распоряжаться "Северными потоками". Внешняя политика, армия, экспорт вооружений и ключевые энергетические решения остаются в руках центральных федеральных властей.
Но это не делает региональную победу АдГ чисто символической. Саксония-Анхальт получает возможность влиять на федеральную повестку через бундесрат. Земля располагает четырьмя голосами в верхней палате парламента, где одобряются многие законы, затрагивающие интересы регионов. В одиночку Магдебург не заблокирует политику Берлина, но его позиция может стать важной частью более широкого восточногерманского фронта. Если похожие результаты АдГ повторятся в Тюрингии, Саксонии, Бранденбурге и Мекленбурге-Передней Померании, центральному правительству придется иметь дело не с одиночным протестом, а с группой земель, открыто несогласных с внешнеполитическим курсом.
Прежде всего речь идет о санкциях. В Германии все заметнее понимание того, что ограничения против России не стали универсальным инструментом давления, зато ударили по самой немецкой экономике. Промышленники лишились привычных рынков и дешевого сырья, домохозяйства столкнулись с ростом расходов, а стране пришлось срочно и дорого перестраивать энергетическую систему. Власти объясняют это неизбежной платой за "ценности", но для многих граждан эта формула перестала быть убедительной.
Выборы в парламент федеральной земли Саксония-АнхальтОтдельной темой остается российский газ. АдГ последовательно использует лозунг о восстановлении поставок по "Северным потокам". В Берлине его называют нереалистичным, напоминая о повреждении инфраструктуры, санкционных ограничениях и общеевропейском курсе на отказ от российских энергоносителей. Но политический смысл этой дискуссии шире технической стороны вопроса. Для части немецкого общества "Северный поток" стал символом утраченной модели: дешевой энергии, конкурентоспособной промышленности и предсказуемых отношений между Берлином и Москвой.
Можно спорить о возможности быстрого запуска трубопроводов. Но нельзя игнорировать главное: немецкий избиратель все чаще задает вопрос, почему страна добровольно отказалась от экономических преимуществ, выстроенных десятилетиями, и при этом оказалась в положении, когда ей предлагают платить больше за энергию, больше тратить на армию и готовиться к долгой конфронтации.
Схожая логика проявляется в вопросе о помощи Украине. АдГ выступает против продолжения крупных военных поставок, утверждая, что Германия должна быть заинтересована не в расширении конфликта, а в поиске условий для переговоров. Берлин придерживается противоположной позиции: продолжает поддерживать Киев, увеличивает расходы на оборону и делает ставку на стратегическое сдерживание России. На этом фоне в немецком обществе растет усталость от ощущения, что внешняя политика начинает подчинять себе внутреннюю жизнь страны. Когда закрываются предприятия, сокращаются инвестиции и растут коммунальные платежи, аргументы о необходимости все новых военных программ звучат для значительной части избирателей все менее убедительно.
Саксонско-анхальтский результат стал серьезным ударом и по так называемой Brandmauer - "пожарной стене", которой традиционные партии пытаются изолировать АдГ. ХДС, СДПГ, "Зеленые" и Левые пока заявляют, что не будут вступать с ней в коалицию, но чем выше результат партии, тем сложнее сохранять прежнюю конструкцию. Если АдГ получает почти половину голосов, любая попытка собрать правительство без нее неизбежно будет представляться ее сторонникам как союз проигравших против воли большинства.
В ближайшее время Берлин, вероятно, попытается удержать ситуацию административными и коалиционными средствами. Возможны широкие союзы традиционных партий, правительства меньшинства, ситуативные соглашения в Ландтаге. Однако это не отвечает на главный вопрос: почему АдГ сумела стать выразителем настроений, которые раньше мейнстримные силы либо не замечали, либо не хотели не замечать, либо предпочитали списывать на "неправильный" электорат.
Победа в Саксонии-Анхальт не означает автоматической отмены санкций или немедленного возвращения российского газа. Но она означает другое: немецкая политика входит в период, когда продолжать прежний курс без серьезного общественного сопротивления уже не получится. АдГ превратила усталость от санкций, тревогу перед милитаризацией и запрос на восстановление диалога с Россией в мощный электоральный ресурс.
Для Берлина это очень тревожный сигнал. А для Европы - жесткое напоминание о том, что безопасность не строится на бесконечном наращивании вооружений и отказе от переговоров. Чем дольше германские власти будут отвечать на внутренние проблемы новыми военными бюджетами и конфронтационной риторикой, тем быстрее будут расти силы, обещающие вернуть стране политический реализм.
Подготовил Иван Петров