Владимир Панков: Я строю театр без интриг. В "Ленкоме Марка Захарова" это возможно

Художественный руководитель театра Владимир Панков рассказал "РГ", как работали над спектаклем и каких премьер нам стоит ждать в следующем сезоне.

В спектакле "Старший сын, или Письма сыну" вы соединяете текст Вампилова с письмами Евгения Павловича Леонова сыну Андрею Леонову. Что это дает спектаклю?

Владимир Панков: У Евгения Павловича есть замечательно мудрая книга, которая так и называется - "Письма сыну". Мы включили в спектакль из нее лишь несколько фрагментов.

Процитирую основополагающую мысль диалога отца с сыном: "...может быть, нам предстоит сниматься в одном фильме. Или спектакль сведет нас на одной сцене. Я стану за твоей спиной, как живой лес вместо рисованного задника; как старый дуб раскину руки; как орел подставлю крылья тебе - ничего не бойся, сынок!". Так звучит эта основная тема: отца и сына, их диалога. Андрей Леонов когда-то был сыном, а теперь он сам отец и несет эту мудрость и заботу уже своим детям. Понятие отец в широком смысле, конечно, относится к Богу: Отец, Сын, Святой Дух. Поэтому диалог сына с ушедшим из жизни отцом становится аналогией диалога человека с Богом. На этом строится философская "вертикаль" этого спектакля.

Если не секрет, идея спектакля шла от сына Евгения Леонова или от вас?

Владимир Панков: Приближалась круглая дата - сто лет со дня рождения Евгения Павловича. Значит, надо сделать какой-то юбилейный проект. Я подумал: боже мой, опять повесят экран, пустят фотографии, выйдут люди к микрофону и будут вспоминать - нет, это не наш путь. "Ленком" не может позволить себе формальной отписки. Я давно ходил вокруг пьесы Вампилова, хотел поставить. Когда я увидел Андрея Евгеньевича, я понял: вот оно. По-хорошему вспомним Евгения Павловича и сделаем на Андрея Евгеньевича целый спектакль.

Кстати, есть такая цитата Евгения Леонова: "Если я что-то не успел сказать сыну Андрею, мне бы хотелось, чтобы об этом ему сказал Сарафанов". Для Евгения Павловича роль Сарафанова была ключевой. Он говорил: "Вот так надо жить, как Сарафанов. Сарафанов дал мне понятие доброты, искренности, наивности".

Как вы видите репертуарную политику "Ленкома" в ближайшей перспективе?

Владимир Панков: Я говорил, что первые два-три года в роли художественного руководителя буду ставить только сам, не приглашая других режиссеров. Потом наступит и время для приглашенных постановщиков... Для меня театр - единая большая сцена, живой организм. И самое главное в нем - доброта, искренность и "гигиена" взаимоотношений. Я строю театр без интриг. Вы скажете, так не бывает, а я говорю - бывает. Театр должен к этому стремиться. Потому что для меня театр - храм, в нем очень важны доверие и вера. Вера в общее дело. Чтобы достичь такой веры, нужно пройти определенный путь, и каждому человеку требуется на это разное количество времени.

Моя задача - подождать, потерпеть, дать возможность и время, чтобы кто-то, кто еще не пришел к пониманию этой веры в общее дело, задумался о ней. На этом пути каждому артисту, каждому творческому человеку приходится бороться со своим самомнением. Потому что театр - это прежде всего коллектив. Кто главный в театре? А главного в театре нет. Есть все. Режиссер, художник, композиторы - кто главнее? Компания единомышленников!

Когда говорят об административном объединении театров, это как-то влияет на работу коллективов?

Владимир Панков: Могу похвастаться: за полтора года нам удалось сохранить идентичность каждого театра. Даже сборы трупп "Ленкома" и "Центра драматургии и режиссуры" в этом году прошли отдельно друг от друга. Я могу пригласить артиста из ЦДР в постановку "Ленкома" или наоборот, но художественного объединения этих двух театров нет и быть не может - это два разных театра. Сохранить идентичность каждого нам важно. ЦДР - пространство для творческой молодежи, их эксперимента, обучения и перехода в профессиональную среду. "Ленком" - легендарный театр с уникальной "звездной" труппой, со своим узнаваемым лицом и верным зрителем. В ЦДР мы можем позволить себе эксперимент, а в "Ленкоме" я не имею на это права - нужны большие, по-настоящему значимые проекты. Нам бы хотелось выстроить единую линию развития для театральной молодежи: от кафедры саунд-драмы в ГИТИСе на площадку для творческого поиска и роста в ЦДР, а затем к большой сцене - театру "Ленком". Такой путь, например, прошел Александр Фокин, исполнивший помимо прочих главную роль в спектакле "Курьер" - теперь он в труппе "Ленкома".

Получается настоящая школа...

Владимир Панков: В "Ленкоме" очень много артистов, которые прослужили в театре всю жизнь. Моя задача - обратить внимание именно на старшее поколение. Самое важное в репертуарной политике - отталкиваться не от личных амбиций режиссера, а от артиста, точнее - от коллектива, а в случае "Ленкома" - по-настоящему уникального творческого коллектива, в котором долгие годы служат настоящие мэтры сцены. Именно работе с ними я хочу посвятить ближайшие годы.

На кого из звезд "Ленкома" вы бы хотели поставить спектакль?

Владимир Панков: Ну в этом сезоне наши планы помимо "Старшего сына" включают в себя еще два названия. Это "Дядя Ваня" Антона Павловича Чехова. Главную роль в спектакле исполнит Сергей Юрьевич Степанченко, а также постановка соберет на одной сцене целую череду виртуозов сцены из числа ленкомовской труппы.

На это я уповаю. Следующей будет "Васса Железнова" - там будут заняты Татьяна Эдуардовна Кравченко и Анна Александровна Якунина.

За эти полтора года работы в "Ленкоме Марка Захарова" мы выпустили уже пять спектаклей. Напомню, все началось со спектакля "Захаров", калейдоскопа воспоминаний о Марке Анатольевиче, в котором блестяще играет главную роль Александра Марковна Захарова. Потом в театре появилась "Репетиция оркестра" - своеобразная настройка всех участников творческой команды друг на друга. Восхитительный моноспектакль вышел у Александра Викторовича Збруева. Потом мы выпустили "Великого комбинатора" - его можно сравнить с картиной, написанной маслом, широкими мазками, и это в первую очередь гротеск. В "Старшем сыне", если продолжать эту художественную аналогию, получается набросок карандашом, эскиз, и жанрово это лирическая мелодрама.

А Чехов, который ждет нас в следующем сезоне, то есть спектакль "Дядя Ваня" - это абсолютная классика, сдержанность, психологизм.

"Васса Железнова" - для меня более статуарная и условная театральная форма. Но я не хочу раскрывать, из чего будет строиться музыкальная ткань этого спектакля, потому что это означает сразу выбрасывать все карты на стол и не оставлять никакой интриги для зрителя. Так что нас ждет игра жанрами и театральными направлениями.

Когда проходила премьера спектакля "Великий комбинатор", многие были удивлены вашим выбором: роль Остапа Бендера на сцене "Ленкома" исполнял Антон Шагин, актер скорее лирический, чем комедийный. Чем было обусловлено такое решение?

Владимир Панков: Я не люблю, когда мне говорят, каким Остап Бендер должен быть. Для меня это стереотипы. Для меня Антон Александрович Шагин - не только лиричен. Мне импонирует его актерская отчаянность. И для меня Остап Бендер - прежде всего отчаянный человек. То есть,он не пройдоха какой-то там, он не просто мошенник, как Шурка Балаганов. Он идейный человек, отчаянный человек. И эта его отчаянность во многом завязана именно на его мечте. Во всяком случае, мне интересно посмотреть на такого Остапа Бендера. Поэтому какого-то такого хлесткого, исключительно комедийного Бендера делать мне было неинтересно. А как замечательно играет Шуру Балаганова Сергей Ююкин, а Паниковского - Иван Валерьевич Агапов. У него тоже идет эта своеобразная битва со стереотипами, поединок сравнения с Зиновием Гердтом.

И это тоже очень важно, я хочу, чтобы молодые артисты это видели и учились. Театр - это все равно преемственность поколений. Для меня хороший артист - человек, который в том числе способен впитывать опыт, глядя, как старшее поколение репетирует. Не просто отбывать свой "срок" на репетициях с какой-то эгоистической позицией: "у меня здесь нет текста, поэтому что я тут буду делать?". Наоборот, включенный артист всегда должен работать над собой. С такими артистами можно горы свернуть.

И мы опять возвращаемся к вере. Самое важное: вера и преданность профессии.

К слову о вере и профессии... Про вас говорят, что вы трудоголик. Вы с этим согласны?

Владимир Панков: Нет, я совсем не трудоголик. Я очень благодарен театру, который меня воспитывает. Я по большому счету ленивый, но я не могу подвести людей. Ведь важно быть чутким к среде, я все время говорю это молодым. Нечуткость разрушает атмосферу.

Евгений Леонов говорил, что главное качество в человеке - стеснительность. А вы как считаете?

Владимир Панков: Думая о Евгении Павловиче, я могу сказать, что одно из главных качеств актера - это добрая ирония.