Принято считать, что этот геополитический прорыв - заслуга петровского гения и блестящей работы дипломатов той эпохи, таких как Яков Брюс и Андрей Остерман, которые непосредственно подписывали этот исторический документ со шведской стороной. Безусловно, их искусство ведения изнурительных переговоров заслуживает высочайшей оценки.
Однако грандиозное здание петровской империи не могло возникнуть на пустом месте.
У великих побед Петра I был мощнейший правовой и институциональный фундамент. Залог будущего триумфа формировался издалека, еще в переломном XVII веке. Именно тогда, в условиях преодоления последствий Смуты и тяжелейших войн, стали закладываться основы государственного управления, защиты национального рынка, прагматичной дипломатии.
Выдающиеся государственники допетровской эпохи шаг за шагом создавали ту юридическую и аналитическую базу, без которой стремительный имперский рывок начала XVIII столетия был бы невозможен.
Мы привыкли думать, что ход истории определяют исключительно знаменитые цари и прославленные полководцы, чьи имена крупным шрифтом вписаны в учебники. Между тем подлинными двигателями исторических процессов зачастую становятся люди, о которых сегодня знают преимущественно историки дипломатии и права. Речь идет о государственных деятелях, мыслителях и управленцах, чья кропотливая, не всегда публичная работа формирует невидимый, но невероятно прочный каркас державы.
Одним из первых в ряду поминаемых сегодня государственных стратегов - архитекторов имперского взлета стоит Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин. Он жил незадолго до Петра I, но оказал огромное влияние на развитие страны и многое сделал для будущих петровских реформ.
Афанасий Лаврентьевич родился предположительно в 1605 году недалеко от Пскова в семье небогатых помещиков, которые сделали все для блестящего образования сына и изучения им иностранных языков. После Пскова юноша продолжил обучение в Москве. Попав на военную службу, Ордин-Нащокин фактически встал у истоков отечественной разведки: скрупулезно собирал аналитические данные о северных соседях - обеспечивал сбор и анализ информации о государственной власти в Речи Посполитой, Швеции и других государствах, их границах и тайных договоренностях.
Афанасий Лаврентьевич занимался дипломатией, участвовал в реализации Столбовского мирного договора, заключенного дедом Петра I - царем Михаилом Федоровичем - и шведским королем Густавом II, занимался установлением границ и налаживанием торговли на северо-западе Руси.
Его дипломатический триумф - подписание Андрусовского перемирия с Польшей, которое обеспечило России прочный тыл на западной границе и позволило стране восстановить государственные силы после разрушительных военных конфликтов.
После успешного подавления масштабного "Хлебного бунта" в Пскове в 1650 году Ордин-Нащокин получил полномочия воеводы Пскова. Он первым в стране организовал в 1665 году прообраз банка - "Земскую избу", выдававшую кредиты небогатым торговцам.
Однако эта новоиспеченная кредитная организация просуществовала недолго: в то время ни общество, ни купечество не оценили передовую идею.
Зато идея подготовить понятный всем свод торговых правил была встречена ими с восторгом, поскольку ее необходимость была очевидна. В 1667 году он утвердил знаменитый Новоторговый устав - понятный и четкий кодекс, устранивший коррупционный произвол на таможне. Устав ввел уникальную новацию - третейский суд, где сами купцы рассматривали споры своих торговых товарищей. Устав оказался настолько совершенным для той поры, что его перевели на языки соседних стран, и он успешно действовал вплоть до 1755 года, когда дочь Петра Елизавета утвердила Таможенный устав.
В конце 1667 года Ордин-Нащокин достиг пика своей карьеры, став "царской большой печати государственных великих дел оберегателем". По сути, он стал канцлером, руководящим внешней и внутренней политикой, экономикой и армией. По поручению царя он готовил различные документы, в том числе нормативного характера.
Ордин-Нащокин стал одним из первых, кто пытался сделать Россию частью европейской цивилизации, при этом жестко и бескомпромиссно отстаивая национальные интересы.
Как известно, амбиции Петра Великого были беспрецедентны: он стремился навсегда утвердить Россию в статусе могущественной империи и морской державы. Это потребовало колоссальных военных усилий - радикального переустройства армии по регулярному образцу, создания флота с нуля и долгих лет тяжелейшей Северной войны.
Но еще более сложной и виртуозной была дипломатическая работа. Великое посольство, формирование Северного союза, тонкая игра на противоречиях европейских дворов и изнурительные переговоры, приведшие к подписанию Ништадтского мира, стали настоящим триумфом русской дипломатии.
Всей этой прагматичной работе положил начало Афанасий Ордин-Нащокин. Он осознавал критическую важность глубокой разведки, защиты государственного купечества на международной арене и интеграции страны в европейские экономические процессы без потери суверенитета. Формируя контуры внешнеполитического ведомства и выстраивая сложную, прагматичную систему сдержек именно на северо-западных, шведских рубежах, он шаг за шагом подготавливал грядущие победы русского государства. Ништадтский мир стал еще одним шагом к рождению новой империи. Он, закрепивший ее вечное право на стратегические балтийские территории, стал исторической кульминацией правового и дипломатического развития, который за полвека до этого создавал "великих государственных посольских дел, государственной печати оберегатель".
Колоссальная институциональная база привела государство в том числе и к дипломатическому триумфу 1721 года и повела Российскую империю дальше.