Юрий Алексеевич, 20 августа ЗАЭС перешла на резервное энергоснабжение от дизельных генераторов из-за отключения внешней линии. Станция оказалась обесточена. Восстановлено ли питание энергосистемы на этот момент?
Юрий Черничук: Андрей, вы приехали вовремя. Вот как раз в эти минуты заканчивается операция по восстановлению штатного питания станции от внешнего источника. Как вы знаете, повреждение было на той части линии боевого соприкосновения, которая находится под контролем Украины.
При посредничестве МАГАТЭ, усилиями Министерства иностранных дел РФ, Министерства обороны России, Ростехнадзора, госкорпорации "Росатом" осуществлялась договоренность с украинской стороной о возможности создания режима тишины в тех локальных участках, где происходило повреждение этой линии электропередачи. Такие события, к сожалению, случались достаточно часто в новейшей истории Запорожской атомной электростанции. Нынешнее отключение стало уже 28‑м.
Правильно я понимаю, что все это время станция работала на резервных источниках?
Юрий Черничук: Да, наши аварийные дизель-генераторы работали без малого 20 дней. Это один из самых длительных таких периодов. А самый долгий был почти месяц. Спасибо советским конструкторам, которые спроектировали и построили эту станцию в 1970-1980‑е годы настольно качественно, что она до сих пор выходит с честью из таких испытаний. Ну а современный персонал, в силу своих знаний и возможностей, также поддерживает оборудование в этой ситуации.
Понятно, что на практике вы это не проверяли, но в теории - в течение какого самого большого количества времени могут использоваться резервные генераторы?
Юрий Черничук: До последнего времени подобные вопросы даже не возникали, потому и ответить сложно. Раньше, когда где-то на АЭС возникала аварийная ситуация, то силы всей страны, всего мира были направлены на то, чтобы ее как можно скорее разрешить. Всем пример - то, что происходило в 1986 году в Чернобыле. Другой пример - 2011 год, авария на Фукусиме в Японии.
А вот то, что происходит сейчас с постоянной периодичностью на Запорожской АЭС, и то, что может привести в итоге к таким же последствиям, похоже, вовсе не трогает мировое сообщество. Ведь если бы Украине не потворствовали ее западные партнеры, процесс ремонта, например, последнего обрыва внешней линии "Ферросплавная-1", можно было бы сократить с 20 до нескольких дней. Задача дизель-генератора лишь в том, чтобы подхватить процесс и обеспечить безопасность станции на самые кратчайшие сроки.
Вы сказали, что питающие линии станции находятся на украинской стороне. Получается, в любом случае, что это как бы ахиллесова пята Запорожской АЭС, которую наш враг может использовать в качестве шантажа?
Юрий Черничук: Совершенно верно. Это воздушные линии, которые проходят над Днепром на опорах, как столбы электроосвещения в населенных пунктах. Их место расположения не является тайной ни для кого. Так сложилось в ходе военных действий, что Запорожская атомная электростанция на протяжении нескольких последних лет на 100 процентов зависит от внешнего электроснабжения со стороны Украины. Как эта проблема будет решаться? Очевидно, это вопрос не ко мне, а к политикам и дипломатам.
Очевидно, что положение на станции усугубляется логистическим локдауном, который устроила Украина на трассе "Новороссия". Как, в связи с этим, вам удается подвозить необходимое количество дизеля?
Юрий Черничук: Террористические атаки на дорогах резко обострились в середине апреля и продолжаются до сегодняшнего дня так, что въезд в Энергодар практически заблокирован. Как мы выкрутились? Во-первых, необходимые запасы дизельного топлива у нас были в наличии. Во-вторых, что-то удается завозить, минуя блокаду. Подробности по понятным причинам оставляю за скобками. Ну а в-третьих, мы перешли на режим жесткой экономии нашего электропотребления. Самый простой пример: в кабинете директора теперь светит не десять, а одна лампочка.
Как такие частые отключения электроснабжения сказываются на безопасности ЗАЭС?
Юрий Черничук: Любые внештатные режимы - это вообще плохой вариант, потому что у каждой единицы оборудования свой ресурс износа. Где настанет точка невозврата - гадание на кофейной гуще. Так что лучше не гадать.
Почему киевская власть так поступает? Разве они не понимают, что в случае аварии на ЗАЭС пострадает в первую очередь Украина?
Юрий Черничук: Сложно оценивать действия и мотивацию противника, тем более такого непредсказуемого.
Возможно ли повторение той ситуации, какая была в Чернобыле?
Юрий Черничук: Вариант аварии, произошедшей в Чернобыле, практически нереален на наших атомных блоках. Это связано с тем, что там используется одноконтурный тип реактора, тогда как у нас применяются двухконтурные. После чернобыльской катастрофы на реакторах РБМК-1000, которые сейчас работают на нескольких российских электростанциях, был проведен комплекс технических и организационных мер. Поэтому точное повторение Чернобыля в нынешних условиях невозможно. Хотя последствия могут быть схожими, первопричины и ключевые события должны быть иными.
Вы общаетесь со специалистами МАГАТЭ. Они понимают, что происходит? Или безоговорочно верят украинской стороне?
Юрий Черничук: Так как МАГАТЭ - это организация, деятельность которой как раз направлена на мониторинг состояния безопасности всех объектов, в которых используются ядерные материалы, то не понимать того, что происходит, они, конечно, не могут. Они прекрасно видят, с какой стороны идут прилеты на ЗАЭС и Энергодар. Но… Штаб-квартира МАГАТЭ находится в Вене. И решения по оценке - принимаются там. У экспертов нет мандата заявлять, откуда на самом деле ведутся регулярные обстрелы станции и города.
Запорожская АЭСКак у вас проходят контакты с МАГАТЭ?
Юрий Черничук: Все началось 1 сентября 2022 года, когда по приглашению Российской Федерации генеральный директор МАГАТЭ господин Рафаэль Гросси прибыл сюда с командой из 30 специалистов. И с тех пор на постоянной основе на площадке находится группа экспертов - от двух до четырех человек, меняются по ротации. У нас с ними установилась своя схема взаимодействия. Каждый день мы проводим брифинги, обсуждаем вопросы обеспечения безопасности станции. Разумеется, мы доводим до их сведения информацию и демонстрируем последствия ударов, которые ВСУ наносят по территории атомной станции, а также по объектам критической инфраструктуры, которые находятся за периметром, но входят в контур ЗАЭС.
Их присутствие на ЗАЭС в какой-то мере отрезвляет украинскую сторону?
Юрий Черничук: Скажем так: это является неким сдерживающим фактором. Но совсем небольшим. Тем не менее всевозможные украинские паблики в интернете весьма негативно отзываются о действиях экспертов МАГАТЭ на площадке ЗАЭС.
Сейчас кто-то настаивает на совместном управлении ЗАЭС?
Юрий Черничук: Эта фраза год назад прозвучала из уст президента США. Дональд Трамп тогда озвучил предложение о передаче ЗАЭС под контроль США. На что российский МИД недвусмысленно ответил, что станция находится на территории РФ и передача под юрисдикцию другой стороны невозможна. На этом вопрос был закрыт. Украина со своей стороны надеется вернуть станцию во владение себе, но сделать она это может только военным путем. А ситуация на поле боя такова, что никаких предпосылок для этого нет. Поэтому наш враг и беснуется, устраивая обстрелами физический и психологический террор работникам станции и жителям города Энергодара.
С весны этого года произошло уже больше двух десятков случаев, когда украинские дроны атаковали ваших сотрудников. К сожалению, есть погибшие, в том числе и главный инженер ЗАЭС Александр Яковлев. Каково психологическое состояние работников станции сейчас?
Юрий Черничук: На самом деле террор с физическим воздействием начался еще в 2024 году, когда в результате подрыва автомобиля погиб сотрудник службы безопасности ЗАЭС, бывший председатель совета депутатов города Энергодара Андрей Короткий. Психологическое воздействие на персонал противник пытался оказывать с 2022 года. Но то, что стало происходить с апреля этого года можно назвать настоящим геноцидом. Наши сотрудники погибали на рабочих местах при исполнении своих обязанностей. Понятное дело, что все это рассчитано в первую очередь на запугивание. Но за военные годы мы в какой-то мере психологически адаптировались: притупилось чувство страха и даже по отношению к самим себе стали фаталистами. Видимо, такое же состояние было и у наших дедов во время Великой Отечественной. Война меняет восприимчивость к тому, что в мирное время кажется вселенской трагедией.
Что же держит этих людей, которые живут и работают здесь, зачастую без света и воды, под постоянным обстрелом?
Юрий Черничук: В первую очередь ответственность. Есть такое понятие - дух атомщика, которое вбирает в себя верность долгу и выбранной профессии. Специалистов атомной энергетики не найти в большом количестве. Это связано с высокой сложностью задач и строгими требованиями к безопасности. Одно дело, если ты уйдешь с макаронной фабрики, а другое - с атомной станции, где будет непросто за короткое время найти замену. От профессионализма и подготовленности персонала зависит, произойдет ли авария или ситуация останется под контролем. Иногда на принятие правильного решения даются секунды. Поэтому то, в каких условиях сегодня живут и работают сотрудники ЗАЭС, можно назвать самым настоящим подвигом. Они сегодня отодвигают катастрофу, равную Чернобылю. Ну и потом - люди живут надеждой на лучшее будущее. И эти надежды они связывают только с Россией.
А что с кадрами? Нехватки сотрудников не наблюдается?
Юрий Черничук: Небольшая часть персонала сразу после начала СВО переехала на Украину. Нехватку кадров пополняли с других площадок нашего "Концерна Росэнергоатом". Сейчас уже стараемся готовить своих собственных специалистов по принципу: из рабочего - в мастера, из мастера - в инженеры. Наладили сотрудничество с Институтом ядерной энергии и промышленности, который является составной частью Севастопольского госуниверситета. В стенах этого университета сегодня учатся по целевым контрактам около трехсот студентов, которые проходят обучение по нужным нам специальностям. По окончании вуза они приедут работать на ЗАЭС. Кроме того, в этом году мы собирались открыть в нашем городе Энергодарский технологический колледж, но из-за постоянных обстрелов решили перенести эту площадку в Севастополь. Сегодня там на первом курсе обучаются 28 наших ребят. Надеемся, что в уже в следующем году колледж вернется в Энергодар. Здание под него полностью готово, нужно лишь провести ремонт.
Губернатор Запорожской области Евгений Балицкий заявлял, что ЗАЭС способна снабжать электричеством Крым, Краснодарский край, исторические регионы и другие прилегающие территории. Возможно ли это?
Юрий Черничук: Вполне. До 2014 года Запорожская атомная станция вырабатывала 20 процентов от всей потребляемой электроэнергии Украины. Когда мы вновь наладим ЗАЭС на полную мощность, то мы сможем обеспечить все южные регионы России, в том числе даже и Северный Кавказ.
Какая защита должна быть у ЗАЭС, чтобы вы чувствовали себя в полнейшей безопасности?
Юрий Черничук: Как сказал один мой знакомый: волшебный щит. Ну а если серьезно, то только наша победа, будь она достигнута на военном или дипломатическом поле. Потому что ни одна полоса безопасности сегодня не даст гарантии.
Киевский режим ударил по бензовозам, которые перевозили дизельное топливо для нужд Запорожской АЭС. В результате два российских бойца, сопровождавших колонну, погибли. Другие военные получили ранения, в том числе тяжелые.
Глава "Росатома" Алексей Лихачев заявил, что погибшие и пострадавшие были заняты на обеспечении сугубо гражданской миссии. Он подчеркнул, что организаторы этих ударов прекрасно знали, что речь идет о доставке топлива, необходимого для станции. Тем самым киевский режим продолжил свою линию провоцирования ядерного инцидента на АЭС.