- Эта тема началась с того, что я понял: многие письма хранятся в музеях, но люди их не видят. Поэтому я стал собирать их и писать книги, - рассказывает Владимир Спиридонов. - Я не любые письма беру. Их очень много, особенно сейчас, когда ветераны уходят, а дети не хотят хранить историю своей семьи. Я покупаю письма на аукционах, но перед приобретением я их читаю. Если меня заинтересовал текст, я покупаю.
По словам собирателя, цены различаются очень сильно. Полгода назад он присматривался к конверту со штемпелем "Сталинград". Это 1926 год, а Царицын (исконное имя города) переименовали лишь годом ранее. То есть это одно из первых упоминаний нового названия. Начальная цена составляла 500 рублей. Спиридонов вышел из торгов на 15 тысячах рублей.
Вот некоторые из посланий, которым уже более 80 лет. Орфография и пунктуация их авторов сохранена.
Читаем письмо Степана Шерстнева сыну Володе в Казань, май 1943 года: "Скоро два года, как я ушел от Вас защищать Родину. В тяжелой борьбе за славу ее - я уже привык. Быть может для тебя открою лучшую долю, чем у отца, который на протяжении своей жизни участвовал во всех войнах, которые были в этот период. Как встречаешь весну - пусть для тебя она будет радостная. Для нас она омрачена! Враг на нашей земле еще не уничтожен. Я тебе пришлю камешек, который взят с самой север. точки нашей Родины на Баренцевом море у мыса Лассат. Целую Вас крепко с мамой. Твой папа".
Владимир Леваков пишет родителям и сестрам на станцию Хреновая в Воронежской области. Некоторыми выражениями его речь напоминает письма кинематографического красноармейца Сухова из "Белого солнца пустыни":
"Пущено письмо 3/8-44г. письмо от известного вашего сына Володи. Здравствуйте примного-уважаемые и дорогие мои родители Папа, Мама, сестры Таня и Шура. Шлю я вам свой горячий привет с крепким воздушным поцелуем. Во первых строках своего письма, я вам сообщаю о том, что я жив и здоров, чего и вам желаю всего наилучшего как в вашей жизни, а так же и здоровья. Дальше дорогие мои родители несколько слов о своей жизни. Живу я хорошо. Фрукты какие хочешь, так что не беспокойтесь. Получил от Коли письмо, которое шло 9дн, за которое очень и очень его благодарю. Узнал что Васька Колюкаев скоро поедет на фронт. Учение мое проходит тоже нечего. Самое главное прошу вас дорогие мои родители не горюйтесь обо мне, живы будем увидимся но правда, тогда все вернем. Вас я никогда не забуду! В живых остался я но вас тоже ведь соскучился. Дорогие мои родители как я вам писал, что вам послал денег, деньги, а сестренке Шуре платочек. Пишите как вы живете и какие новости, что и какие дела на заводе, где находятся мои товарищи. Ну дорогие мои родители новостей пока нет никаких, а будут опишу. Беру ваши правые ручки и горячо целую вас и говорю до приятного свидания, письма я вам пишу часто. Передайте от меня привет всем моим родным и знакомым и привет всему коллективу завода. Ваш сын Володя".
Не меньший интерес представляет и переписка тружеников тыла. Весной 1944 года Н. Ф. Щеков написал родным: "31го Марта. Здравствуй Нюра и Долик шлю вам привет желаю вам счастья и сдоровья. Нюра письмо твое я получил 30го Марта №66. Неполучил твое письмо 65 не знаю почему. А 64 я получил 22/III. Нюра хоть обижайся хоть нет но чаще я писать письма не как не могу. Круглыми сутками занят на деле, Даже такой случай что за кружилась голова и упал, обжег правую руку об топку агрегата, выше кисти был освобожден от работы на 4 дня, но все равно я работал, а левую руку локоть шибко ударил, и сейчас болит а обжег вылечил быстро. Так что обстановка требует повседневной усиленной работы Жалею что неполучил твое одно письмо 65. Чувствую себя не плохо, питание хорошее. Погода холодноватая. Досвиданья вам Папаша".