В советский период Алтайский край, в состав которого входила Горно-Алтайская автономная область, считался медвежьим углом. В новое время произошли разительные перемены. Сейчас Республика Алтай и Алтайский край - одни из самых популярных мест отдыха для россиян. На дрожжах обильных инвестиций растет и совершенствуется туристическая инфраструктура. Меняется и сам турист, приезжающий на Юг Западной Сибири.
Об этом корреспондент "РГ" поговорил с директором одной из старейших в Алтайском крае турфирм, нашим постоянным экспертом Александром Смирновым и аттестованным гидом по Республике Алтай Сергеем Мансковым.
- Меняется все: дорожная инфраструктура, средства передвижения и размещения, питание. Соответственно, меняются люди, приезжающие к нам за новыми впечатлениями. В девяностых годах турист был непривередливый и неискушенный. Раньше нашего клиента устраивала палатка, сейчас он и слышать о ней не хочет, потому что привык к повседневным комфортным условиям. Это раньше турист месил грязь в походах, имея примитивное снаряжение: простенькие ботинки и ветровки, не защищавшие от непогоды. Войлочные спальники шутники называли "смертью туриста". Даже полиэтиленовые накидки, которыми во время затяжных дождей можно было накрыть палатку и снаряжение, имелись далеко не у каждой группы. Комфорта было немного, приходилось терпеть неудобства, - рассказывает Александр Смирнов.
Александр Смирнов увлекся туризмом в советское время и вспоминает, что на всесоюзных туристических маршрутах в конце 1980-х годов встречалось немало людей, которых за добросовестный труд награждали путевкой, а они до этого ни разу не ходили по категорийным маршрутам со множеством горных перевалов. Трудно приходилось даже тем, у кого была спортивная подготовка. Люди натирали ноги до кровяных мозолей, рацион питания был спартанским - даже банка сгущенки считалась деликатесом. Это сейчас "Газель" многие туристы за приличную машину не считают, а тогда туристов возили на "пазиках" и "уазиках". Выручала закалка советского человека: "Не скули, терпи, учись преодолевать трудности". Трудности эти помогали больше ценить красоту окружающей природы. Как там у Юрия Визбора? "Забудь про все, забудь про все. Ты не поэт, не новосел. Ты просто парень из тайги. Один винчестер, две ноги".
- Современные туристы живут в комфортабельных отелях и турбазах, а на их маршрутах обеспечивается максимально качественное и вкусное питание. Большинству все нравится, но есть и недовольные: мол, в мишленовских ресторанах кормят вкуснее. Нынешним летом на сплаве по речке десятилетний мальчик, например, потребовал медиум прожарку стейка тунца обязательно с соусом тартар. Тунец прожарили в соответствии с пожеланиями, но соус оказался другой. Мальчик сильно расстроился. Вдобавок среди наших клиентов начали регулярно встречаться вегетарианцы и те, кому требуется безглютеновое питание. Работа с каждой группой диктует необходимость отдельного списка: "Кто чего не ест". Попадаются люди с психическими расстройствами, те, кто сидит на антидепрессантах, - говорит собеседник.
Резко возросли требования к гидам. Прежде это был, как правило, молчаливый человек, с которым не заблудишься и который сможет оказать первую медицинскую помощь. Ныне проводник должен быть умелым собеседником, разносторонне образованным, иметь вдобавок аттестат, для чего необходимо пройти соответствующее обучение. И быть при этом гибким - одной группе туристов нужно постоянно что-то рассказывать, с другой больше помалкивать и выслушивать монологи клиентов. Одна из хороших знакомых автора этих строк, тоже гид с многолетним стажем, рассказала, что однажды столичные клиенты на полном серьезе ей заявили: "Не нужны нам ваши мифы с легендами - давай лучше эротические истории".
- В целом турист стал куда более капризным, менее стрессоустойчивым и очень зависимым от различных гаджетов, - считает Александр Смирнов. - Если на маршруте у кого разрядится телефон, это чуть ли не в трагедию превращается. Есть места, где нет мобильной связи - например, в Солонешенском районе работает турбаза, специализирующаяся на пантовых ваннах. Часть наших клиентов, попадая туда, испытывает сильный стресс в первые пару суток. Некоторые даже нанимают такси, чтобы съездить в деревню, где есть связь. Правда, вскоре информационная зависимость исчезает, и человек получает возможность расслабиться по-настоящему. Бывает, наши клиенты отказываются пройти пешком какие-нибудь триста метров, чтобы увидеть красивое место, недоступное для транспорта: "Далеко, я лучше здесь посижу".
Сергей Мансков свою первую группу сводил в 1993 году. Это была Денисова пещера и швейцарские туристы. С тех пор, по мнению Манскова, сменилось несколько формаций туристов, приезжающих "за деньги":
- В первую волну входили иностранцы, рванувшие в страну, которая подняла "железный занавес". Это были настоящие романтики из тогда еще благополучной Европы. Им все представлялось очень интересным вплоть до мельчайших деталей. Один из туристов, бывший военный, долго лазил по окрестным горам с биноклем, а потом удивлялся: "Ничего не могу понять - куда вы спрятали фуникулеры?!". Но у нас тогда их не было даже в Белокурихе. Мы и слова-то такого не знали. С этими гостями было легко и просто, говорили на одном языке. На рубеже веков появился российский VIP-сегмент, представители которого наездились по всему миру и захотели сравнить увиденное с тем, чем богата Россия. Постепенно это сословие доросло до посещения Алтая.
Правда, тогдашний сервис совершенно не был заточен под VIP-клиентов. По всему Алтаю с трудом набиралось с десяток баз, где имелись горячая вода и теплые туалеты. Но потом турбизнес всерьез взялся за совершенствование инфраструктуры вплоть до активного использования вертолетов.
- А в последние лет десять начался этап, связанный с так называемыми "потребителями туристических услуг", сугубыми прагматиками. Для коренных жителей Алтая это, мягко говоря, не самые желанные гости. Здесь каждый камень, каждый ручеек, дерево и гора священны. И все это живое, о чем, кстати, говорили еще в конце XIX - начале ХХ веков русские "космисты". Алтай всегда тонко реагирует на турпоток и его качество. Свежий пример. Между селами Анос и Аскат столетиями протекал родник, вода которого считалась целебной для глаз. Живешь рядышком неделю, утром и вечером умываешься, смачиваешь глаза, пьешь эту воду - вскоре твое зрение начинает улучшаться. Но пришло время, когда мимо уникального родника проложили множество туристических маршрутов, и буквально через один сезон родник ушел. "Потребители туристических услуг" получают заказанный сервис сполна, однако понять Алтай, узнать его им не дано. Возможностью посетить "места силы", посмотреть удивительной красоты восходы и закаты они жертвуют в пользу ресторанов, саун и прочих утех цивилизации. Не могу сказать, что таких людей становится все больше и больше, но каждый сезон с ними приходится пересекаться, - говорит Сергей Мансков.
Алтай туристский, по наблюдениям Манскова, сильно изменился в ковидное время. Поначалу было категорически запрещено принимать туристов и работать с ними, однако же многие отели и базы нашли выход: стали сдавать имеющиеся площади в аренду. Люди там жили неделями и месяцами. Резко выросла прослойка VIP-клиентов, которые запросто выкупали целый отель на три месяца и проводили время на чистом воздухе в изоляции от большого количества народа. Вот тогда-то и начал проседать средний сегмент туристов, который не может платить по пять и выше тысяч рублей за одну ночевку. Начиная с 2022 года, самые модные отели состоятельные господа начинают бронировать с января, и к марту свободных мест в них на весь высокий сезон не остается. Однако сохраняется сегмент пеших походов, палаточных лагерей и самостоятельного туризма. Иными словами, произошла поляризация алтайского туризма. В целом он становится все дороже и элитарнее.
- Хотя и среди "випов" попадаются те, кто охотно участвует в многофункциональных турах: проживая в пятизведочных отелях со всякими СПА-услугами, они соглашаются на конные прогулки и пару ночевок в палатке, чтобы очутиться в тех местах, где бывают немногие. Ведь туристический Алтай делится на популярный и сакральный. И части туристов хочется "услышать" огромный и бесконечный Алтай, ощутить его вибрации, прикоснуться к его чудесам и разобраться в самом себе, - отмечает Мансков.
Для тех жителей мегаполисов, кто родился в нынешнем веке, некоторые моменты на Алтае становятся откровением. Например, деревянные туалеты на улицах. Кое-кого это доводит чуть ли не до психологической травмы. Для городских детей огромным открытием становится встреча с домашними животными вроде лошадей, коров, коз или гусей. Любопытно, что на маршрутах, особенно конных, туристов с гитарами уже не встретишь, зато этот музыкальный инструмент, очень популярный в шестидесятые и семидесятые годы прошлого столетия, имеется на дорогих базах и в ресторанах.
Меняются туристы и меняется отношение к ним коренного населения Республики Алтай. Еще лет 20 назад отдых, к примеру, в Чулышманской долине мог обернуться большими и не самыми приятными приключениями.
- В последний период, когда "бабло победило зло", выросли комфортабельные базы, улучшается сервис, растет почти что целый город в районе Каменных Грибов, и о каких-то конфликтах с местным населением я давно не слышал. Но в целом Горный Алтай переживает время, напоминающее сюжет знаменитого голливудского сериала "Йеллоустон", где столкнулись интересы трех составляющих: коренного населения, местных предпринимателей и крупного бизнеса, который активно заходит на эту территорию и диктует свои условия, которые часто абсолютно не стыкуются с многовековыми традициями и укладом жизни аборигенов, - полагает Сергей Мансков.
Любопытным наблюдением поделился опытный гид, в прошлом альпинист Георгий Блинов:
- В советский период в тургруппах преобладали мужчины, сейчас очевиден перевес в сторону женщин. Встречаются группы, как в той поговорке: "Восемь девок - один я". Невольно вспомнишь Михаила Жванецкого: "Слабже значительно оказался наш мужчина, значительно менее интересный…"
Как развивается туризм в Горно-Алтайске