В аэропорту Александра Исаевича поздравили с возвращением на Родину заместитель главы администрации Приморья Игорь Лебединец и большая группа священнослужителей. Его также встречали журналисты более шестидесяти крупнейших информационных и телерадиокомпаний, газет и журналов из разных стран.
В краткой беседе с корр. ИТАР-ТАСС Александр Исаевич сказал: "Все эти годы в разлуке с Родиной я внимательно следил за повседневной жизнью России, однако то был взгляд со стороны". Солженицын подчеркнул: "Мою поездку по Транссибу не стоит рассматривать как какую-то инспекцию. Я хочу быть лишь добрым советчиком россиянам, и постараюсь не ошибиться самому, уйти от общих рассуждений, но прийти к конкретному делу. Я хочу принести своей Родине наибольшую пользу".
Вчера, когда Александр Солженицын уже ступил на землю Родины, стало возможным снять "гриф секретности" с маршрута.
Накануне отъезда из тихого городка, окруженного лесами, напоминавшими Александру Исаевичу российские, его супруга Наталия Дмитриевна сочла возможным в интересах безопасности дать "добро" только на оглашение даты прилета во Владивосток.
Итак, из Кавендиша Солженицыны выехали на автомашине в сторону Бостона, где в международном аэропорту Логан сели на самолет авиакомпании "Дельта эйрлайнз", вылетевший рейсом на Солт-Лейк-Сити (штат Юта) и далее в Анкоридж (штат Аляска). В Анкоридже они пересели на рейс компании "Аляска эйрлайнз" до Владивостока с посадкой в Магадане.
Перед отъездом из Кавендиша вскоре после полудня 25 мая Александр Солженицын начал день с работы за своим письменным столом, как неизменно начинал его ежедневно все годы проживания в этом городке.
В связи с отъездом Александра Солженицына впервые стал известен и его точный адрес, который жители Кавендиша тщательно скрывали от посторонних в течение 18 лет. Выехав из городка по дороге 131, надо свернуть направо у авторемонтной мастерской Бэртона, проехать мимо старинного кладбища и съехать с асфальта на грунтовую дорогу. Примерно через 4 км этот путь и приведет к имению, которое Солженицыны сохранили как свою собственность и в котором наездами будут проживать Степан и Игнат, обучающиеся в Соединенных Штатах.
"Возвращение Александра Солженицына на Родину - одно из самых серьезных социально-исторических событий сегодня", - сказал, комментируя этот факт президент Академии социальных наук академик РАН Геннадий Осипов. "Для России, - подчеркнул он, - большое благо, когда человек, родившийся на ее земле и обладающий могучим интеллектом, вернулся, чтобы обратить свой дар во благо Родине".
Однако не все россияне радуются возвращению Александра Солженицына на родную землю. Есть у него и убежденные противники.
"Александр Солженицын принадлежит прошлому, - заявил вчера в интервью московской радиостанции "Маяк" писатель Эдуард Лимонов. - К сожалению, он затянул свой приезд. Он хотел въехать на белом коне и все думал: "Вот кризис случится - и тут-то я как спаситель приеду". Мне его фигура глубоко несимпатична".
Лимонов считает, что Солженицын несет ответственность "за ложный образ России и русских, который он представил Западу, - с тех пор к нам относятся чудовищно - как к опасной нации, как к опасным людям".
Александр Солженицын был еще на подлете к Владивостоку, а на центральной площади города, где вчера сразу после приезда писателя намечалась его встреча с жителями края, неожиданно накалилась обстановка.
Представители партии большевиков и коммунистов России выставили плакаты антиправительственного содержания. Красные знамена реют над центральной площадью города, носящей имя борцов за власть Советов. Среди собравшихся то и дело раздавались выкрики как сторонников возвращающегося писателя, так и его ярых противников.
По прибытии во Владивосток Александр Солженицын, вопреки ожиданиям прессы, отказался от каких-либо выступлений в аэропорту и, верный своему обещанию, поспешил на центральную площадь Владивостока, где уже в течение четырех часов его дожидались тысячи горожан.
Александр Исаевич извинился перед приморцами за опоздание, вызванное задержкой авиарейса. С трудом пробрался он к импровизированной трибуне через плотнейшую толпу людей.
"Все годы моего изгнания я напряженно следил за жизнью нашей страны, - сказал, обращаясь к собравшимся, Александр Солженицын. - Я никогда не сомневался, что коммунизм рухнет, но и всегда страшился, что выход из него и расплата могут быть ужасающе болезненными. И еще я с особенным страданием ощущаю два последние российские года, так мучительные для нашей жизни и народного духа. Я знаю, что жизнь ваша сейчас безмерно и непривычно тяжела, опутана множеством неурядиц, и нет ясного будущего - и для вас, и для ваших детей".
"Искренне желаю, - сказал в заключение своего короткого, волнующего выступления Солженицын, - чтобы наш многострадальный народ увидел бы, наконец, хоть немного света. Наша судьба в наших руках, начиная от каждого шага жизни, от каждого выбора".