29.07.2003 16:28
    Рубрика:

    Глава здравоохранения Москвы о рождаемости

    Глава столичного здравоохранения возвращает систему лимитчиков для обслуживания больных

    Только не подумайте, что "деловой завтрак" с руководителем столичного здравоохранения Андреем Сельцовским был посвящен проблеме пьянства. Отнюдь! Речь в основном шла о болячках службы здоровья и о том, как они лечатся.

     

    Эталон здоровья

         А насчет того, что Андрей Петрович вовсе не употребляет спиртное - это, так сказать, к "злобе дня" - того, когда проходила наша встреча в редакции. Именно в тот день мы опубликовали приказ министра здравоохранения РФ "О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения". И нас, естественно, интересовала точка зрения руководителя столичной службы здоровья на этот счет. Андрей Петрович категорически против того, чтобы человек, собирающийся сесть за руль, "принимал на грудь". Причем в любой дозе. Подробно мы рассказали об отношении Сельцовского к новым правилам 25 июля. Повторятья смысла нет. Но его неприятие было столь эмоционально, что невольно участники "круглого стола" "заподозрили" Андрея Петровича в том, что он сам автомобиль не водит. И ошиблись.

         - Я очень давно за рулем. И езжу неплохо. А вот с выпивкой "завязал" двадцать лет назад. Никогда не был зависим от алкоголя, но как большинство нормальных людей мог пропустить рюмку, другую. Потом решил отказаться от спиртного. Я не пью уже 20 лет и не испытываю по этому поводу никаких проблем. Добавлю еще: я не курю.

         - Этакий эталон здорового образа жизни?

         - Да нет! Какой уж я эталон? Но болеть не хочется.

         - Даже при таких возможностях на лечение, как у вас?

         - Возможности возможностями, а болезни болезнями.

         - Не пьете, не курите. А что еще?

         - Каждое утро минут сорок, час плаваю в бассейне.

         - Бассейн собственный?

         - Собственного бассейна у меня нет. Хожу в обычный - там у нас в семь утра своя компания. У меня была ситуация, когда я целый месяц не мог плавать, так еле дождался момента, когда смог проплыть свои метры.

         - Вы постоянно живете за городом...

         - В город не тянет. У нас дома две овчарки и такса. А еще кошка. С утра гуляю со своими псинами. Я - "больной" собачник.

         - Андрей Петрович! А браслет от давления на руке вам помогает?

         - Вы можете смеяться, но я ношу его пять лет. С давлением особых проблем нет. Пару раз снимал браслет и... такой был гипертонический криз - еле вытащили. Может, это совпадение, может, действует внушение.

         - Вы внушаемый?

         - Меня можно убедить совершенно влегкую.

         - И в сглаз верите?

         - Чего нет, того нет. Есть какие-то вещи, которые помогают сохранить здоровье, вернуть утраченное. Тот же бассейн. Но нельзя так, как некоторые поступают. Вот говорят: "Буду заниматься спортом". И тут же добавляют: "А что мне это даст?". Или: человек срочно начинает худеть, взвешивается по нескольку раз в день, считает калории. И... Никакого результата. У каждого должна быть своя линия поведения. Но каждый обязательно должен сам заботиться о собственном здоровье. Тогда не нужно будет по врачам ходить, таблетки глотать. Наше здоровье - наше личное дело прежде всего. А уж потом - дело медиков.

    Кому доступна медицина высоких технологий

         - Что ж, самое время перейти к делу медиков. Тем более что вопросов от читателей немало. Это понятно: здоровье, все, что с ним связано, более всего волнует людей. И кому задавать вопросы, если не руководителю Службы здоровья столицы. Очень многих интересует доступность медицины высоких технологий. Об этом спрашивают не только москвичи, но и жители других регионов.

         - Я их могу понять. То, что есть в Москве, далеко не всегда есть в регионах. В принципе медицинская помощь в столице организована так, что вопрос о доступности любого вида помощи не обсуждается. Ее можно получить в городских больницах, которые сплошь - клинические базы 420 ведущих медицинских кафедр. Фактически крупные больницы Москвы - разнопрофильные научно-исследовательские институты. И лучшие представители кафедр лечат больных в городских стационарах. Скажем, аорто-коронарное шунтирование можно сделать в НИИ скорой помощи имени Склифасовского. У нас есть Боткинская больница, Первая Градская - там такие корифеи работают, там лечение на уровне мировых стандартов. На таком же уровне оказание онкологической помощи в городских стационарах. Известен Ожоговый центр в детской больнице N 9, сложнейшие хирургические операции ребятишкам проводятся в Детской больнице имени Филатова, с врожденными пороками лица справляются в Детской больнице имени Святого Владимира.

         - А не москвичи как попадают в ваши больницы?

         - По решению правительства Москвы мы заключаем с регионами договора. Пятнадцать процентов пациентов столичных стационаров - не москвичи. Конечно, к нам везут не с гриппом или аппендицитом. Только самых сложных, самых тяжелых. Наш мэр Юрий Михайлович Лужков нередко повторяет: так сложилось, что именно в Москве могут оказать помощь лучше, чем в других регионах. И мы не имеем права никому отказывать.
         У нас есть, пожалуй, две дисциплины, которые в городском здравоохранении развиты не лучшим образом. Это детская кардиохирургия и детская гематология. Поэтому мы работаем в тандеме с НИИ кардиохирургии имени Бакулева, с его директором - академиком РАМН Лео Бокерия, и Институтом детской гематологии, его директором - академиком РАМН Александром Румянцевым. У нас есть квоты - достаточно большие, это позволяет направлять ребятишек на лечение в эти федеральные центры.
         Сегодня консультации у самых известных специалистов в городе могут быть организованы для рядового москвича. Уровень здравоохранения в Москве достаточен, но хотелось бы, чтобы он был выше.

         - В метро мы часто видим молодых женщин с детьми на руках и с табличкой: "Собираю деньги на дорогостоящую операцию". До какого возраста и в каких случаях Москва принимает детей на бесплатное лечение? В частности, и из других городов.

         - То, о чем вы говорите про сбор денег на операции, - это не к нам, это к ГУВД. У нас же есть принцип: мы никому не отказываем. Человек обратился за медицинской помощью - он должен ее получить.

         - У нас есть вопросы читателей, связанные именно с этой проблемой. Юлия Григорьева сообщает, что в их поликлинике глазной врач приходящий. Поэтому пациентов направляют в федеральные центры, где только платное обследование. Млосквичка Ольга Романцева спрашивает практически о том же: почему берут деньги за обследование и лечение в федеральных центрах? Для чего тогда полисы обязательного медицинского страхования?

         - Это известная болезнь, к сожалению. Пользуясь случаем, хочу сказать: мы не котролируем деятельность федеральных центров - они нам не подвластны. Это, наверное, должен регулировать Минздрав РФ. Но, повторюсь: у нас есть квота для лечения и обследования в федеральных центрах. Если вам не дают направление в своей поликлинике, обратитесь к нам в департамент. У нас есть телефон доверия, мы всегда отвечаем на все вопросы. А вот знаете ли вы, что большинство обращений к нам, в частности с жалобами, не имеют обратного адреса?

    Торжестов анонимов

         - Анонимные?

         - Именно так. Вот обращаются к нам в департамент, мы просим дать свой адрес, говорим: мы доставим вам лекарство, устроим в клинику. В ответ - тишина.

         - Вот сейчас к вам обращается Ю. Свиридов из Северного Тушина. Он сообщает, что "97-я поликлиника сильно перегружена в результате дополнительной застроки района. Врачебного персонало мало, сестер не хватает. Компетентность персонала оставляет желать лучшего. Обеспечение льготников лекарствами ограничено лимитом в 92 рубля на человека в месяц. Для подтверждения льгот на назначение лекарств врачи отправляют в консультативно-диагностические центры, хотя и их предписания полностью не выполняются. За это время в поликлинике заканчиваются льготные бланки, они есть только в начале месяца".

         - Первые два вопроса я должен проверить (сразу скажем: на другой день после "делового завтрака" департамент решил найти автора письма: Ю.Свиридова в реесре 97-й поликлиники не оказалось. - И.К.). А насчет бланков. У нас "болезнь" с бланками появилась где-то месяца два назад. Вдруг тотально по Москве исчезли бланки. Мы организовали тотальную проверку: везде есть бланки. Но не везде есть нормальная работа. Мы приехали, нашли бланки, нашли медикаменты, но не нашли ни одной записи. Пришлось пойти на крайние меры - снять главного врача. Теперь насчет этих 92 рублей. Я хотел бы посмотреть в глаза тому руководителю, который такое придумал. Я не знаю, откуда взялась такая цифра.

         - Андрей Петрович! Можно личный вопрос? Мне положено периодическое вливание препаратов железа. Одна такая ампула стоит почти 800 рублей. У меня есть льготы на лекарства. Мне выпишут такую ампулу в поликлинике?

         - Обязаны выписать. Если вам откажут, будут отвечать.

         - Но для этого надо пройти столько инстанций...

         - Не надо. Позвоните по телефону доверия: 251-14-55.
         Вот мы сейчас занимаемся мальчиком с лимфолейкозом. Достаем для него препараты, которые стоят не 800 рублей, а тысячи долларов. Заказали препарат в Германии. Его нам завтра привезут.

         - Так это потому, что вы этим заниматесь. Но согласитесь, не ваше это дело.

         - Не соглашусь: и мое тоже, раз я руковожу Службой здоровья.

         - Андрей Петрович! Большинству нужны не дорогие лекарства. Вот к вам обращается Юлия Григорьева. Она инвалид второй группы, значит, ей льготы на препараты положены. А ей не выписывают даже мезим-форте. В другом обращении сообщение о том, что льготные препараты выписывают только до 10-го числа каждого месяца, а потом - все.

         - Еще раз повторяю: нам нужны конкретные адреса, мы разберемся и примем меры. Потому что то, о чем сейчас идет разговор, - это самодеятельность на местах, самодеятельность самого дурного сорта. За нее будем наказывать.

    Не стареют душой ветераны

         Разговор о льготном обеспечении лекарствами незаметно перешел к разговору о ветеранах: большинство льготников - именно ветераны. И вопросов больше всего от них, как и писем, приходящих в редакцию. Уж так сложилось в нашей стране: именно ветераны - самая аткивная часть общества - им до всего есть дело. Этой своей активностью, этим вмешательством во все и во вся они нередко вызывают наше раздражение. Вспомните, как мы их иногда обрываем: "Вам не все равно? Что вы везде лезете?". Для них - три госпиталя в Москве. Знаю, что очень стараются создать в них условия, приближенные к домашним. Не секрет, что самые заслуженные ветераны нередко лишены элементарных удобств, что не очень сытно едят. Для них - две, три недели, а то и месяц на госпитальной койке - отдушина, возможность полежать в чистой постеле, вкусно поесть, ощутить заботу. А еще для них - это уникальная возможность общения друг с другом. Им назначают время приема врача, прохождения процедуры, а они приходят заранее, рассаживаются у кабинетов. И говорят - вспоминают прошедшие бои, пофамильно помнят своих командиров и командующих фронтами. А вот имя лечащего врача никак не могут запомнить. А недобрый взгляд может надолго выбить их из колеи. И больно ранит, когда медсестра или доктор в ответ на жалобы равнодушно произносят: "А что вы хотите? Возраст". Они все знают про свой возраст. Может, именно поэтому особенно хотят добра и внимания, которыми их обделила страна.

         - Все ветеранские претензии направляйте нам, - говорит Андрей Петрович. - Ветераны - очень тонкие люди. Им ни в коем случае нельзя говорить: иди сюда, идут туда. Они очень обижаются. Ни с какими пациентами нельзя по-хамски общаться, а уж с ветеранами тем более.

         - Некоторые ветераны сетуют на то, что раньше к ним относились лучше, что раньше были условия лучше...

         - Смею вас заверить, что это не так. Тут разные недоразумения нередки. Вот вдруг появляется в СМИ заметка, что в Первом госпитале ветеранов войн замерзают больные, что нет горячей воды. Но никто не замерзал. Хотя горячей воды действительно не было - так называемое сезонное отключение. Считаю, что это безобразие для всех - отключение летом горячей воды. А когда такое происходит в лечебном учреждении - такое вообще нонсенс. Мы просили и просим коммунальные службы найти какой-то выход из положения. Разве допустимо, что для проведения операций, иных медицинских манипуляций приходится греть воду в чайниках? Надеюсь, что эту беседу станут читать мои коллеги. Так вот, прошу вас: помните, ветераны - люди особые. К ним нужен особый подход, нужно особое внимание, им надо все терпеливо объяснять. За это вам воздастся.

    Статистический москвич

         - Чем чаще всего болеют среднестатистические москвичи?

         - Вообще-то москвичи - народ здоровенький. Но... Вот провели диспансеризацию детей. Больше половины из них страдают теми или иными недугами. Мы уже усвоили: у нас много очень больных детей. Да не очень они больные! Но за ними нужно ухаживать. А этого нет. Мы говорим о правильном занятии физической культурой. Решили наконец, что дважды в неделю будут в школах занятия. Но и этого мало. С трудом можно найти папу или маму, которые ведут ребенка в бассейн, на занятия теннисом, гимнастикой...

         - Но это же очень дорого! Бассейн, теннис. Не у всех есть такие средства.

         - Сейчас во многих московсикх школах появились бассейны. А физкультурные залы есть везде. Ребенком нужно заниматься, за ним нужно ухаживать. И делать это должны родители. А мы все надеемся, что это кто-то сделает за родителей. Они нередко рассуждают: мы родили, а вы занимайтесь - учите, воспитывайте. Полагаются на государство. Но так не бывает. Даже звери своих щенят воспитывают. Вот это моя личная позиция. Хотя я со своими детьми перенес столько неприятностей! Независимо от возраста. Их у меня четверо, а еще трое внуков, и прекрасно все живут, дерутся, ругаются, но лучше их никого нет.
         Может, читателю будет интересно узнать, что в Москве резко увеличилась рождаемость. В прошлом году мы родили на шесть тысяч больше детей, чем в предыдущем. В этом, думаю, мы родим еще на пять тысяч больше. Впервые возникли проблемы с роддомами. Одно время рождаемость так упала, что стали роддома закрывать. Поторопились: начали наши дамы рожать. Мы сейчас проводим целую программу, утвержденную нашим мэром: генетическое исследование родовых пар. Есть на этот счет специальная методика. Благодаря ей уменьшается количество врожденной патологии. Делать все это непросто - тут много юридических, медицинских, этических проблем. Но мы должны это сделать, тем более что у нас есть для этого научный и практический потенциал.

         - Как вы относитесь к раннему приобщению детей к профессиональному спорту?

         - Когда узнаю о пяти- или шестилетних детях, которые поднимают невероятные тяжести, считаю, что это глупость, что это ведет к последующей инвалидности.

    Назад к лимитчикам?

         - Андрей Петрович! А правду говорят, что Москва, как в былые времена, приглашает на работу медперсонал из провинции, потому что москвичи не хотят работать в городских поликлиниках и больницах?

         - Да, приглашаем. Сейчас подготовили на этот счет постановление правительства. Мы как-то уже забыли, что когда-то - не так уж и давно - в Москву приехали врачи по лимиту. Давали им общежития, квартиры, московскую прописку. Этот период прошел. Многие из тех лимитчиков начали уходить на пенсию. А москвичи действительно не хотят идти в медсестры, санитарки, участковые врачи. В той же Боткинской больнице полным-полно среднего медперсонала, который приезжает на работу из Савелова.

         - Снова лимит?

         - Не лимит. Но общежитие, право на работу. Нужно пройти комиссию, которая удостоверится в вашем профессионализме. Лишь после получения разрешения такой комиссии можно будет занять место в столичном лечебном учреждении. Но возникает множество проблем юридических. Сейчас, например, нет служебной площади.

    Почка на продажу

         - Андрей Петрович! В нашем разговоре просто нельзя обойти вниманием проблему с пересадкой органов. Сейчас практически прекращена вся работа по забору донорских органов, а значит, нет и операций по трансплантации. Мы уже не раз писали об этом, у нас собирался экспертный совет, мы опубликовали письмо 26 самых крупных ученых страны, которые обратились к Президенту и Правительству России с тем, чтобы наконец в этой истории восторжествовала справделивость. Никаких ответов. Ни от кого. Раньше фигурантами в деле были 20-я, 11-я городские больницы. Теперь вот еще оказывается и 67-я в чем-то провинилась...

         - Не сейчас это началось. Нас с 1992 года все пугают, что мы кого-то убили, кому-то что-то, то ли почку, то ли сердце, продали. Не стану вдаваться в подробности и объяснять в тысячный раз, что такое просто невозможно, потому что невозможно - ни по каким параметрам. Это глупость. На моей памяти прокуратура с 1999 года этим занимается. И нигде ничего нет.

         - И ни разу не извинились?

         - Я и не требую этого от них. Мое предложение другого толка: сесть за стол переговоров, посмотреть друг другу в глаза, все спокойно обсудить и объявить в прессе: ну нет у нас преступников в больницах, не убивают там людей. Сегодня в стационарах работают в основном женщины. Их проще испугать и запугать, если каждый день будет приезжать прокуратура и общаться с ними по 5-6 часов.Обвиняли в смертных грехах Первую градскую, потом 7-ю, потом 29-ю больницу. Нигде ничего не нашли.

         - А вдруг они там что-то...

         - Никаких "вдруг". Это они пусть думают о "вдруг". А я убежден: нет там криминала. Я двадцать с лишним лет проработал рядовым врачом и отвечаю за свои слова. Дурь все это!

         - Андрей Петрович! У вас сегодня есть возможность обратиться к москвичам.

         - И я этой возможности не упущу. Я хочу сказать: у нас сложная жизнь, трудная. Мы вместе страдаем от нарушения обычных этических норм. Вот если мы возьмем и внимательно просмотрим все наши жалобы, все претензии, в том числе и те, которые мне предъявлены, то увидите: они касаются именно этических норм общения людей. Я хочу обратиться к своим коллегам: будьте максимально внимательны к тем, ради кого мы вообще существуем. А недостатки исправлять нужно самим.
         Несмотря ни на что, улыбнитесь друг другу и скажите: здравствуйте!