09.10.2003 00:20
    Рубрика:

    Русские книги на Майне

    Вчера состоялось торжественное открытие российского национального стенда

          Приходите, смотрите. Приходили, смотрели. В павильоне было довольно людно, мелькало множество знакомых лиц - писатели, поэты, издатели, критики, но и незнакомых хватало - повсюду звучала не только русская, но и немецкая речь.

         Под крышей двух русских павильонов собрались и почвенники, и консерваторы, и неоконсерваторы, и западники, и постмодернисты, и традиционалисты. Так что в чем угодно можно упрекнуть русскую ярмарочную программу, только не в отсутствии полноты.

         Все ее культурные и литературные мероприятия - предел адекватности самим себе, вершина репрезентативности.

         Мы такие, какие мы есть. Вот общий смысловой знаменатель всех русских событий ярмарки.

         Можем плодотворно и достаточно внятно подискутировать: "круглый стол", посвященный статусу литературы в России, получился пока что одним из самых удачных. Главные редакторы "толстых" журналов, критики, писатели говорили о проблемах современной литературы и писателей очень по делу, и хотя дискуссия растянулась на два часа, о потраченном времени никто не пожалел. Дискуссия "После империи: Россия в поисках новой идентичности" получилась не такой структурированной, что понятно - каждый из ее участников, среди которых были Василий Аксенов, Александр Генис, Борис Гройс, Мариэтта Чудакова, оказывался настолько самобытен, что соотнести свои мысли с мнением собеседников удавалось не всем. (Подробности этих и других "круглых столов" читайте в завтрашнем номере).

         А можем не только рефлексировать, мыслить, но и мечтать - этой странице российской истории посвящена замечательная выставка "Коммунизм - фабрика мечты" с классическими картинами Дейнеки, Герасимова, Малевича, Эрика Булатова, с красными знаменами и лозунгами на стенах. Убедительное дополнение к "коммунистической" выставке экспозиция "Обнаженные для Сталина", демонстрирующая русские эротические фотографии 1930-х годов, появлению которых не могла воспрепятствовать даже железобетонная тоталитарная идеология.

         В павильоне "Форум" посетители обязательно вспомнят "Левшу" Лескова - здесь экспонируется самая маленькая книжка в мире, в миллиметр длиной, а рядом переплетчик демонстрирует технику изготовления миниатюрных книг. От книжных дел мастеров можно отправиться к народным умельцам, демонстрирующим публике, как делаются богородские игрушки, плетется вологодское кружево, вырезаются в Холмогорах поделки из камня. Из Города мастеров можно попасть прямо в Питер. В центре экспозиции, посвященной 300-летию Петербурга, стоит белый макет Исаакиевской площади с Исаакием, памятником Николаю I, деревьями и "Англетером" (автор макета и изобретатель особой технологии изготовления вещей из прессованной ваты - молодая петербургская художница Дина Хайченко. Мультимедиа кафе поможет отправиться и дальше - в виртуальную экскурсию по Самарской губернии, Удмуртии, Сибири. А потом снова вернуться во Франкфурт, на выставку русской книжной иллюстрации, где рядом с размытостями Митурича соседствует жесткий дизайн Бориса Трофимова.

         Несколько российских литераторов поделились с обозревателем "РГ" своими соображениями по поводу русской ярмарочной программы.

         "Надо прежде всего знакомить с тем, что мы сами любим, а не с тем, что мы думаем, в нас любят", - заметил в разговоре с обозревателем "РГ" куратор русской культурной программы во Франкфурте музыкант Стас Намин. - Мы все равно никогда ничего не угадаем. Это неуправляемый, хотя в результате закономерный процесс. Разве не удивительно, что "Мастер и Маргарита", роман, в общем, о наших проблемах, так популярен во всем мире? Недавно я разговаривал с одним известным голливудским продюсером, который подробно рассказывал мне о символике цифр в "Мастере", он знает эту книгу почти наизусть! И здесь, на ярмарке, важно показать те книги, которые мы сами любим и читаем в Москве. Когда я узнал, что сюда едут 100 писателей, я попытался перечислить всех современных русских писателей и в итоге вспомнил только 15. Значит, здесь и правда будет дана очень богатая палитра".

         Поэт и изобретатель нескольких книжных серий, Дмитрий Кузьмин по поводу богатства ярмарочной палитры высказался так: "Полнота картины, конечно, есть, но мне кажется, что репрезентативность иногда вредна. Спасибо, хоть Проханова здесь нет. Если бы список писателей составлял я, я бы сделал его более тенденциозным, может быть, зато более качественным".

         А вот Виктору Ерофееву русская программа показалась "разумной", не вызвав в нем никакого "раздражения и отторжения". "Составители программы действительно попытались показать разные точки зрения на литературу, - сказал автор "Русской красавицы". - Важно только помнить, что литература - это не дело чиновников. Торжественное открытие ярмарки, например, надо было сделать другим. Я предлагал посадить несколько русских писателей, которые прочитали бы куски из своих произведений залу, чтобы сразу показать, что современная русская литература существует. До "круглых столов" и чтений, которые начнутся, многие могут уже не дойти. А ведь немецкий читатель - читатель глубокий, внятный. И требовательный. Потому что немцы в литературу, как говорит сейчас молодежь, врубаются".