30.04.2004 06:00
    Рубрика:

    Расширение Европы

    Завтра сразу 10 государств станут членами Евросоюза. Что это значит для России?

    Но какое уж тут "ура", когда не мы пришли в Европу, а она к нам. Теперь чтобы доставить банку консервов или костюм из Калининграда в Москву, равно как канистру бензина в обратном направлении, нужно прорваться через хорошо укрепленные еэсовские рубежи. И хорошо за это заплатить, так что канистра станет золотой. Европа умеет закрыть свои границы от влияния извне.

    Отрезанный ломоть

    Главное, что дразнит гордость великоросса: отныне жизнь миллиона калининградцев зависит не столько от чиновников в Москве, сколько от многократно заклейменных "евробюрократов" в Брюсселе. Правда, еще в ноябре 2002 года Россия и ЕС приняли заявление о том, что собираются решить "проблему грузового транзита". Но с тех пор единственным, кто напоминал об этом, была калининградская администрация, которая бомбардировала письмами высокие кабинеты. И только полгода назад в Москве заговорили о блокаде Калининграда, о том, что ЕС полностью игнорирует интересы России. Шепотом - что европейцы мечтают отторгнуть область от России и привязать ее к ЕС.

    На прошлой неделе чиновники успели-таки вскочить в последний вагон уходящего поезда: министр Герман Греф и еврокомиссар по торговле Паскаль Лами заявили, что договорились о правилах общения Большой земли и Калининграда. Но это именно "последний вагон". В заявлении звучит скорее политика, чем конкретика. Документов, которые обязывают ЕС предоставлять грузовому транзиту режим наибольшего благоприятствования, так и не появилось. А то, что ветеринарный и фитосанитарный барьер станет намного жестче и дороже (примерно в 10 раз) - это очевидно даже самым заядлым оптимистам.

    С чувством сопричастности к событию, равному по масштабу падению Берлинской стены, только со знаком "наоборот", ваш корреспондент на неделю отправился в Калининград. И, как Ленина "перепахала" прочитанная под партой книжка, так и автора этих строк "перепахал" город Калининград и люди, живущие в нем. Да, судить о Калининграде по заявлениям москвичей - все равно, что смотреть на мир через закопченное окно. Калининград одним своим видом развенчивает московские мифы. Что не мешает ему изобретать собственные.

    Миф первый: "край наркоманов и проституток"

    Наслушавшись столичных экспертов, ожидаешь попасть в специфическую атмосферу пира на свалке. Ждешь толп нищих (как же - "регион с самыми низкими доходами на душу населения"). Других толп - осаждающих инстанции с просьбой выехать на большую землю, чтобы не оказаться в блокаде. И третьих толп - авантюристов, жаждущих проникнуть в янтарный край и поживиться "халявным Шенгеном".

    Толпы есть. Вереницы народа, бегущего по своим делам, вооруженного мобильными телефонами, а то и двумя, и с иголочки упакованного. "Я отгрузил партию, вы ее получили?.. Wann ko..nnen wir uns treffen?" Иномарки сбиваются в пробки даже на окраинных улицах. Все дорого, но народ толпится в магазинах, закупает подарки. Парки, пустые днем (в Калининграде практически нет безработицы, поэтому в полдень никто не жмется по темным аллеям), к вечеру заполняются молодежью. С ней трудно говорить, если не знаешь немецкого или английского: в речь вплетены чужеродные слова, и, как пушкинская Татьяна, калининградская девушка вдруг забывает, "как это будет по-русски".

    В общем, ждешь увидеть "черную дыру" - а видишь Гонконг. Разве что дороги подкачали. Да кое-где еще зияют глазницами разрушенные в войну дома. Но таковых уже единицы.

    Еще как бы подкачали зарплаты. Но это обманчиво. Официально калининградец зарабатывает 1,5-2 тысячи рублей, как в Рязани или в Твери, но реально мало кто будет работать меньше, чем за 200-300 долларов. Мой новый знакомый лет 25, сварщик (делает бронированные двери на экспорт), вчера переусердствовал на работе, посадил глаза, взял выходной. Пиво пить не пошел: нацепил черные очки, сел за баранку, "калымит". Признается, что сварка дает "тысяч 25 чистыми". Вроде неплохо? Нет, надо - как у тех западных туристов, кого он возит. Европа - не абстрактное понятие, она рядом (такси до Варшавы - 150 долларов, как в дальнее Подмосковье), и все стремятся жить, "как у них".

    Только в Калининграде увидишь учительницу, чуть не падающую от голода (зарплата бюджетников - как везде), но одетую с иголочки. Только тут "тетки" лет по 50 едут в трамвае с учебниками немецкого. Имидж - это товарный вид, знание языков - капитал. Работодатели ходят по улицам с фотоаппаратами, щелкают "прусские" виды, но и о деле не забывают. Одной такой аспирантке, которую интриганы выживали из местного вуза, повезло: ее знание немецкого по достоинству оценили носители оного. Теперь она работает на правительство ФРГ. Предложений руки и сердца поступает в день несколько пачек, но девушка не питает иллюзий:

    - Замуж - только за русского. Все-таки мы разные. Еще не хватало, чтобы и дома - как в Германии.

    Плохо в городе и с другими атрибутами "черной дыры": проституцией и наркоманией. Видя толпы народу в фитнесс-клубах, я передумал даже спрашивать, "где тут у вас герычем торгуют", а ведь, каюсь, хотел поставить такой эксперимент. И кстати, впервые за мои командировочные эпопеи по России мне в номер не позвонила ни одна проститутка. В лифте рекламки совали - было такое. Культурно, как в Берлине или Женеве.

    Миф второй: "железный занавес"

    Почти все планы калининградца связаны с выездом "туда" и привозом чего-нибудь "оттуда". И это не обязательно челночная торговля (которая почти свернулась после введения Польшей визового режима). Можно ведь "туда" свозить себя, повкалывать летние каникулы и привезти домой к сентябрю тысяч 7-8 "зеленых". Народ ездит туда-сюда и намерен продолжать движение и после Первомая. Литовскую и польскую визы житель области получает за день, хотя формально консульство может держать документы неделю. Летом, может быть, придется подождать два дня, но даже в "мертвый сезон" консульства выдают в день по 350-400 виз. Только за прошлый год Литва оформила 78 тысяч виз и открыла консульство в Советске (наверное, единственное в российском райцентре), которое дало еще 20 тысяч, всего, стало быть, под 100 тысяч. Это при том, что при поездке на поезде виза калининградцу вообще не нужна, ему вместе с билетом дают упрощенный транзитный документ. Аналогично у поляков - с 1 октября, как ввели визы нового образца, консульские работники выдали более 80 тысяч документов.

    Ну а страшный Первомай? Его ждут, как манны: в народе считают, что литовская виза автоматически станет Шенгенской, так что молодые да незамужние, которым Германия отказывает во въезде, получат литовскую, да и поедут по Европам. В народе ошибаются: как сказал мне генконсул Литвы Витаутас Жалис, литовская виза только с 2007 года превратится в Шенгенскую. Но на перспективу народ прав.

    Конечно, люди, которым надо не только самих себя, но и грузы возить, настроены не столь оптимистично. И даже не дороговизна транзита смущает - прорвемся. По-настоящему тревожит другое. Во-первых, Литва объявила о том, что переходит на узкую, европейскую колею. Значит, русскому вагону придется дважды менять колеса. Дорого и долго. Литовцы в лице генконсула Витаутаса Жалиса, как могут, развенчивают страхи: Литва, по их словам, оставит широкую колею для России. Генконсул не скрывает, что "Литва от наличия дороги двух систем только выиграет". И то правда - кому охота терять российский транзит?

    Вторая угроза посерьезнее и буквально витает в воздухе. С 1 января ЕС запретит Литве пропускать российские "шумные" самолеты. Генконсул не утешает:

    - Вы уже больше пяти лет знаете об этом требовании ЕС. Было время сделать выводы.

    Жесткость тона коррелирует с тем очевидным фактом, что от воздушного транзита Литва не имеет ничего. Зато имеет от автомобилей, и это, может быть, поможет снять третью угрозу: экологические требования ЕС ударят по нашим транзитным авто. Правда, "наших" в Калининграде почти что и нет, сплошь иномарки.

    Но что все-таки с ценой транзита? Европейские чиновники стараются создать ощущение комфорта. Г-н Жалис напоминает, сколько было "истерик" по поводу транзита пассажиров, а ведь договорились же, вот и о транзите грузов договоримся, нечего нагнетать страсти. По его словам, суммарный таможенный тариф с 1 мая вырастет всего на 1,7 процента.

    Его бы оптимизмом дорогу в рай выстелить. Чиновник, который лично писал проекты договоренностей с ЕС, признается: "Что будет после 1 мая, я не знаю". Пока все складывается так, что после праздника труда Калининград окажется открыт больше в сторону Запада. "Железного занавеса" в его классическом понимании не будет. А вот с другими пониманиями придется разбираться на ходу.

    Миф третий: "зона все спишет"

    Калининградская область была свободной экономической зоной, потом стала особой, превратившись в огромный магазин беспошлинной торговли. Не удивляйтесь, что на пути в "большую Россию" вас заставят проходить таможню: с костюма, купленного в Калининграде, таможня не взяла свое добро. Но к одному костюму, конечно, никто не придерется. А вот к двум одинаковым запчастям для машины, даже если это парные запчасти - могут. Или к пяти картинам из янтаря, купленным в порыве потребительского азарта на безумно дешевом развале в Светлогорске. Это - неудобства особой зоны. Но калининградцы считают, что плюсов у нее гораздо больше.

    У особой зоны есть свой руководитель, причем в ранге вице-губернатора. В кабинете Михаила Цикеля - ламинированные схемы и графики, призванные показать, что зона вывела Калининград на передовые рубежи. Суть зоны, как она есть сейчас, проста: предприниматели завозят оборудование, сырье и материалы беспошлинно, да и НДС не платят, потом так же, не платя пошлин, продают свой товар на "большую землю". Без пошлин ввозят и потребительские товары, за исключением подакцизных (алкоголь, табак). В результате, по словам Цикеля, область "вырастила новые, высокотехнологичные отрасли, которых тут раньше не было". 35 процентов российских телевизоров собраны в Калининграде (из импортных комплектующих, естественно). Каждый седьмой пылесос в России - отсюда, калининградская мебель - почти 6 процентов от российского "парка" столов и диванов. 126 мясоперерабатывающих заводов продают на месте всего 15 процентов продукции, остальное поставляют на "большую землю". В итоге в прошлом году область продала России товаров на 1,1 миллиарда долларов.

    - Производитель из Рязани, торгуя в Москве, не несет таких издержек, как мы, - говорит Цикель. - Привезти тонну бензина от Перми до границы с Белоруссией стоит столько же, сколько доставить ее от границы до Калининграда. Добавьте ужесточенный ветеринарный и фитосанитарный контроль. География поставила нас в неравные условия с остальной Россией. Особая зона компенсирует это неравенство.

    Но несмотря на успехи, закон "о зоне" принялись переписывать: его новый вариант лежит в правительстве. Зачем? Вся калининградская "малина" держится на идее беспошлинного ввоза. Но Россия через год-другой вступит в ВТО, и все таможенные преимущества сведутся к нулю: границы и так откроются. Мелкому бизнесу такие мудрености, как ВТО, не понять, зато он явственно видит полную козней "руку Москвы". Из уст в уста передаются слова высокого чиновника, якобы сказанные им в местном ресторане: "Вы думаете, мы позволим вам жить лучше, чем все?"

    Михаил Цикель не столь наивен. Новый закон, по его словам, призван дать бизнесу налоговые льготы вместо таможенных. Но бизнесу очень крупному. Предприятие, которое приносит в Калининград 300 миллионов рублей, первые шесть лет вообще не платит налога на прибыль, другие шесть лет - 12 процентов. Всего закон будет работать 25 лет. А есть еще льготы по налогу на имущество и на ценные бумаги. Правда, сумму в 300 миллионов, по словам Цикеля, "потянут 5-10 предприятий, не больше. Мы предлагаем снизить планку хотя бы до ста миллионов. Тогда подходящих фирм наберется уже 30-40". Это и есть главный предмет разногласий между Калининградом и Москвой.

    Предприятия, которые уже работают, в течение 10 лет будут пользоваться нынешним, крайне либеральным таможенным режимом, преимущества которого понемногу исчезнут сами. Но главный подводный камень - новые мелкие и средние предприятия остаются без льгот, единственная "кость", им кинутая, которая не компенсирует особенности работы в регионе, - упрощенный (но не облегченный) налоговый режим. Областная администрация предлагает, чтобы новый бизнес также пользовался налоговыми льготами в течение 10 лет, но Москва пока против.

    Мои собеседники-дипломаты из Литвы, Польши и Германии высказываются о законопроекте куда менее дипломатично, чем калининградский чиновник. По их словам, малый иностранный бизнес начнет сворачивать свои инвестиции, а большой все равно не появится. Взять Литву. Для экономики этой страны Калининградская область важнее, чем вся Украина. Товарооборот растет на 50 процентов ежегодно, создано 600 СП, одно из которых и выпускает знаменитые 350 тысяч холодильников в год. Но, по мнению литовского генконсула, если правила игры резко поменяются, "плохо будет всем. То, что мы слышали, настораживает, можно прогнозировать даже остановку инвестиций". Ведь в области нет крупного литовского бизнеса - кроме все тех же холодильников.

    Та же ситуация с Польшей: по словам генконсула этой страны Ярослава Чубиньского, хотя Польша создала 500 СП, "польский бизнес вкладывает в регион мало денег". Да, это качественные деньги (сфера услуг, высокие технологии), да и товарооборот впечатляет (370 миллионов долларов), но негатив стучится в двери даже независимо от судьбы особой зоны. В Польше - экономический бум, и польские бизнесмены стали забирать "быстрые" деньги из Калининграда, потому что на родине заработают больше. "Это не значит, что бизнес уходит, просто бизнес отслеживает обстановку. Придет момент - деньги вернутся", - акцентирует дипломат. Но малейший толчок - и состояние неустойчивого равновесия перерастет в массированный отток: "Если порог для инвестиций будет слишком высокий, польские капиталы начнут уходить, может быть, навсегда".

    Ситуацию с немецкими деньгами вообще можно считать вопиющей: из этой страны в свою Восточную Пруссию так и не пришел ни один крупный инвестор. Директор Немецко-Русского дома г-н Вунш не считает таковым даже сборку БМВ - "это ведь всего лишь лицензионное производство". По его мнению, у инвестора просто нет мотивации: зачем вкладывать деньги в Калининград? Ископаемых мало, а бюрократов много, нет инфраструктуры. Разрешит ли эти вопросы новая редакция закона об особой зоне? Г-н Вунш сомневается: "Преимущества особой зоны были фундаментом, на котором можно было хоть что-то строить. Если этих преимуществ не станет, это осложнит будущее региона".

    В то же время от представителей немецкого и польского бизнеса я слышал такую мысль: да не нужна она, эта особая зона, раз с ее статусом столько проблем. Обеспечьте площадки для производства - полностью готовые промзоны с подведенной инфраструктурой - и мы к вам придем. Дешевая рабочая сила и близость к Европе - вот уже готовая льгота. Но откуда брать финансы, чтобы готовить такие "аэродромы для денег", и кому этим заниматься - ответа нет ни в Калининграде, ни где-то еще.

    Миф четвертый: "калининградский сепаратизм"

    "В Калининграде есть силы, которые не прочь отделить регион от России". Эта фраза, которую нет-нет, да встретишь на страницах газет, призвана потрясти воображение и вызвать рефлекторное "ату их". Символ и идеолог "сепаратистов" - Сергей Пасько, про которого столько написано, что даже сидеть рядом с ним страшно: того и гляди, за ним придут и тебя заодно заметут. Однако этот человек в джинсах и свитере ходит по городу на удивление свободно. Правда, партии у него больше нет - закрыли, как он считает, "за правду". Формальный повод, конечно, другой - партия была маленькая, вот и не прошла ценз. Пасько подал иск в Конституционный суд, тот в октябре начал производство. В словах Путина о том, что "малые партии имеют право на жизнь", он увидел шанс для себя. К тому же, уверяет он, "за отделение" его партия никогда не выступала - напротив, единство с Россией Калининграду экономически выгодно, значит, пусть будет. Просто он хотел, чтобы Калининграду дали государственный статус - например, республики в составе РФ, как Чувашии или Мордовии. И тогда, по мысли Пасько, область станет "ассоциированным членом" Федерации. А пока...

    - То, что мы предвидели в 1992-м, свершилось, - говорит Пасько, и нервно, как все подпольщики, курит, - Окончательно разорвано единое пространство с Россией. Область объевропеилась. И недавно губернатора Егорова прямо спросили, как он посмотрит на членство области в Евросоюзе.

    Членство в ЕС - реальность или блеф? Пасько и другие мои собеседники признают, что пока процесс идет не "по Москве", а "по Брюсселю", поэтому захочет Брюссель принять Калининград в ЕС - примет, и Москва никак не помешает. Но если обе стороны договорятся о невмешательстве, года через три народ сам инициирует референдум и решит свою судьбу, считает Пасько.

    Меня поразило, что так, как Пасько, думает в Калининграде практически весь "истеблишмент". Хотя что удивляться: по официальным данным, две трети экономики области завязано на Евросоюз, а через три года доля российского экономического присутствия сократится до 20 процентов. Конечно, чиновники выражаются осторожнее, чем опальный партиец, но фрондируют понятием "самодостаточности". Нефтью, например, которую добывают в размере миллиона тонн. Правда, приходится гнать ее к соседям и покупать у них бензин. Проект устроить собственную переработку был, но его, говорят, из-за интриг завалили.

    Народ смотрит на эти планы скептически. "Всем хочется стать царьками", - сказал мне один "человек с улицы". Люди с улицы мечтают не об особой республике, а об особом коридоре в Россию. Самый радикальный план - взять, и купить у Литвы железнодорожную колею. Мужики возле привокзального пивного ларька и вовсе договорились до того, что надо в Россию тоннель прорыть, под Литвой. Трудности предприятия не смущают: под Ла-Маншем же прорыли. Некоторые из мужиков ездили, им понравилось.

    А вообще, отношения с "большой землей" у народа непростые. Да, люди с улицы, когда хотят сказать, что едут в Москву, говорят - "в Россию". Но на этом, собственно, и кончается сепаратизм. Во всем остальном нет больших патриотов, чем калининградцы. Люди, узнав, что ты "из России", приглашают посидеть-поговорить, и перво-наперво скорбят: уж сто лет, как в России не были. Варшава - дом родной, и Берлин надоел, хочется в Москву. Но билет дорог, таможенники лютуют, а главное - кто в Москве ждет, и что там, собственно, делать? Посмотреть хочется, и только. Все дела - тут, в Калининграде, да за кордоном. В Москве обижают. Регистрацию требуют. В Москве волком смотрят, а мы, калининградцы, добрые.

    Что верно, то верно: калининградский "субэтнос", как сказал бы Гумилев, уже вполне сформировался, породив новую разновидность русских. Только тут машины пропускают пешеходов: как же, в Европе это принято, и нам стыдно отставать. Особая, европейская мягкость, предупредительность в поведении, внимание к чужаку, который тычется с картой, заплутал, дорогу спрашивает - как в старом Питере, где весь двор вокруг тебя соберется и предложит три варианта дороги в требуемый пункт. Только в Питере вы такого уже не увидите, а здесь - пожалуйста.

    У первого поколения калининградских русских - коренных - в паспорте, в графе "место рождения", стоят у кого Псков, у кого - Новгород или Ленинград. Люди сидели на чемоданах года до 1955-го, боялись, что область вернут Германии. Вот матери и подстраховывались, чтобы не было вопросов у КГБ, ездили рожать по матушке России. С тех пор многие из рожденных на "большой земле" там больше и не были. Но паспорт - не читательский билет, он всю твою будущность определяет. Не хотят калининградцы рвать мосты с Россией, не нужен им берег немецкий как приют для тихой старости. Для большинства россиян западный мир - все-таки Большой Соблазн. Здесь до соблазна - рукой подать, а потому не столь он и соблазнителен. Каждый калининградец знает о том, что в зарубежах так просто масло на хлеб не мажут, что там - свои проблемы, досконально в курсе, какие именно. Поэтому держатся за крошечный кусочек России, над которым самолет 15 минут летит, и ни на что его не променяют.

    Одна просьба у людей к "Москве" - ну не мешайте вы нам жить, как живется. А там уж, Москва ли это мешает или, как водится, местные чиновники прикрывают собственное творчество ссылками на Москву - народ ведь не вникает.

    Миф пятый: "дранг нах остен"

    Любимый сюжет федеральных газет: немец прислал жителю Калининграда письмо, мол, приятель, ты живешь в моем доме и будь готов его освободить. Пообщавшись с массой народа, я так и не нашел человека, который лично видел бы такое письмо или хотя бы слышал о нем. Да, был прецедент: взрослые дяди привезли немецкого мальчика в пансионат для глухих, бывший родовой замок этого мальчика, и демонстративно водили его по "замку" на глазах у его законных обитателей: "вот тут будет твоя спальня..." Но это было давно, хотя и правда.

    Но вот возле подъезда старого, немецкой постройки дома увидел старушку, которая вышла из притормозившего такси. Старушка вынула из кармана заржавленный ключ, погладила его и заплакала. Оказалось - графиня, до 1945 года это был ее дом. Ключ хранила, хотя понимала: замки меняли с тех пор не раз. "Это нам за то, что мы начали войну", - сказала она мне. Эту фразу я слышал от немцев не раз. Например, слово в слово, от пожилого мужчины, смертельно больного, приехавшего в Калининград умереть, который целовал землю возле собора. "Это ведь моя родина", - просто сказал он мне.

    Так вот о письмах. Бывает, хотя теперь и реже, приходят письма из неметчины, которые начинаются зловеще: "Вы живете в нашем доме..." Но дальше следует предложение познакомиться: может, помочь чем надо? Были случаи, когда немцы за свой счет реставрировали "свои" дома, даже жильцам подбрасывали что-то из мебели, одежды. То, что реституции в России никогда не будет, они уже поняли. Поэтому, кто может, покупает недвижимость - чаще через подставных лиц. Правда, с масштабом аналогичных деяний со стороны "москвичей" немецкие дела не сравнить: москвичи могут ведь и землю покупать, что иностранцам строго запрещено, только аренда.

    Но немцы не были бы немцами, если бы не вели свою "пропаганду" - только исподволь. Часть российских немцев, преимущественно из Казахстана, осели в Калининградской области. Их щедро накачали деньгами из Германии, поставили им такие поселки, что закачаешься. Я был в таком: стандартные европейские домики, новенькая кирха, сельхозтехника аж блестит. Только вот люди не германские. По незнанию заехал куда-то в тупик, из-за забора окрик - "куда прешь?" "Да вот, замок хочу посмотреть. Немецкий, XIII века". Замок построили немцы-рыцари. Их не прямые, но все же потомки теперь тут кирпич добывают: привязывают к стене арматуру, тянут-потянут, стена и падает. Никакого почтения к руинам предков.

    Кстати, о руинах. Единственный пример немецкого вмешательства в реставрацию памятников старины - Кенигсбергский собор, который еще несколько лет назад стоял без крыши, а теперь надо же, какой красивый, сами калининградцы удивляются. Но больше - дудки. На вопрос, будет ли ФРГ ремонтировать 15 или около того замков, рассеянных по Восточной Пруссии, глава Немецко-Русского дома и представитель правительства ФРГ г-н Вунш сказал: "Следующий шаг должен быть за российской стороной".

    А руины напоминают о себе. Несколько лет назад в Калининграде, не в самом глухом районе, под землю провалился троллейбус - по самые штанги. Во дворе больницы разверзлась земля под ногами медсестры - ее так и не нашли. Это всплывают немецкие дзоты. Один чиновник признался мне, что мэрия города вообще не имеет плана коммунальных коммуникаций под центром Калининграда. Пока все работает, но даже у немецких труб ресурс не вечен.

    ...Скромный камень на лужайке в центре города, стертая надпись: "Здесь стоял дом, в котором умер писатель Гофман". Тот самый, отец современного сюрреализма. И Кафка, и Сартр, и даже наш Платонов - все отсюда вышли. Походил вокруг камня, ковырнул носком ботинка землю. Кирпичи, битые тарелки, кости. Отчего-то стало непередаваемо горько.

    Миф последний: "головная боль"

    Вот уже десять лет, как о Калининграде принято говорить с непременной гримасой или боли, или отвращения на изнуренном государственными делами челе. То янтарь там воруют. То наркоманов с проститутками расплодили. Теперь вот Европа на пороге стоит. От него, Калининграда, одни проблемы.

    На самом деле, проблем немало - как и везде. Только вот флер трагизма явно лишний. Вопрос в том, как воспринимать Калининград: как головную боль или как наш плацдарм в Евросоюзе. Оказывается, что теоретически плацдарм нам нужен, а практически что с ним делать, толком и не понятно.

    В свое время тем, кто ввозил телевизоры из Азии, очень не понравилось, что калининградская продукция вытеснила с рынка серый импорт. В соответствующие инстанции пошли "запросы". Не обошлось, говорят, и без специфических форм лоббирования. Как говорят все те же немцы, стороны стали соревноваться, у кого гуще "смазка для дверей" - дверей, естественно, самых высоких. Но у калининградцев смазки хватило. Еще в 2000 году город посетили ряд чиновников, которые дали вердикт: сборка телевизоров и машин у вас не отверточная, а самая что ни на есть полноценная. Работайте. Но конечно, конкуренты не успокоились. Почему вопрос стратегического развития России на европейском направлении решается на уровне "смазки для дверей" - наверное, риторический.

    Вообще, вопросов много. Взять газ. Китай - это мировая витрина свободных экономических зон. Китай обеспечит в ближайшие 10 лет 30 процентов прироста мирового потребления газа. И китайцы сражаются за российскую газовую трубу с японцами на смерть. Если Россия желает, чтобы Калининград стал такой же витриной, почему никого не волнует, что область сидит на газовых лимитах, расписанных на годы вперед, что на опережающее развитие просто не хватит топлива?

    Другой вопрос - из области психологии. Похоже, простая мысль о том, что деньги не пойдут в регион, про который говорят плохо, оказывается для кого-то очень сложной. Я долго пытался выяснить у своих калининградских собеседников, каким гениальным головам надобно распускать "чернуху" про регион, но так и не нашел ответа. Напичканный стереотипами, я в первые дни искренно удивлялся, что в Калининграде на улицах никого не режут. Дошло до того, что генконсул Польши Ярослав Чубиньский видит своей (именно своей) первоочередной задачей - снять черный флер с Калининграда: "Нас не устраивает, что есть люди, которые говорят, будто Калининград - это черная дыра, на самом деле - это регион возможностей, шансов и конструктивных решений. Быть может, с подачи Польши ЕС понял, что Калининград - это ворота Европы в Россию". Спасибо Польше, коли так. Но почему не с подачи Москвы, вот непонятно.

    Мы вдоволь насмеялись над Петром, который рубил окно в Европу - а почему не дверь, Ваше Величество? Зря смеетесь, товарищи. Петр знал, что делает, и лично наливал водку первому шкиперу, который зашел в еще необустроенный порт. Я видел таксиста, который научил немца пить - теперь своего закадычного друга. "И ты знаешь, мы друг друга понимаем, хоть я в немецком и ни бум-бум", - удивляется таксист. Но я не видел ни одного высокого чиновника, который просто сказал бы Западу: "Идите к нам в Калининград, у нас хорошо".