Новости

25.05.2004 06:40
Рубрика: Власть

Парадоксы Владимира Путина

Первая и вторая "путинские республики": тенденции и перспективы
Текст: Елена Шестопал (доктор философских наук, профессор, завкафедрой политической психологии МГУ им. Ломоносова)

Обратим внимание на эту особенность современной российской политики: в ней постоянно происходит несовпадение не только дат, но и вообще формальных и неформальных компонентов политических процессов. Это, возможно, одна из самых фундаментальных характеристик российской политической культуры, которая и объясняет ее отличие от других европейских стран. В России гораздо важнее неформальные (неофициальные) отношения, которые лежат в основе происходящих событий и складывающихся союзов. Причем в понятие неформального входят как крайне негативные для политических реформ феномены, например, коррупция, телефонное право и другие непубличные формы принятия решений, так и вполне обычная и для других стран практика межличностных сетей (nеtrworks), которая параллельно с формальными, правовыми каналами позволяет решать вопросы на уровне личных контактов или групповых интересов.

Наследник без наследства

Если попытаться определить, что принесла с собой первая "путинская республика", то, очевидно, следует начать с обзора того, что президент получил в наследство от своего предшественника, выдвиженцем которого он стал. Характер первой "путинской республики" во многом определялся такими событиями предшествовавшего правления, как две чеченские войны и политические кризисы 1993 и 1998 годов, которые привели российское общество в состояние упадка, резко снизили поддержку власти со стороны граждан и ослабили государство до такого состояния, что ему реально угрожал распад.

Среди наиболее серьезных вызовов, с которыми столкнулся Путин в начале своего правления, можно указать, прежде всего, на угрозу регионального сепаратизма и низкий уровень управляемости страны, на "приватизацию государства" большим бизнесом, на расшатывающее массовое сознание манипулирование им со стороны СМИ, которые также принадлежали крупному капиталу. Путин начал свою деятельность именно с решения этих трех ключевых вопросов. Понятно, что главным мотивом, как и для любого политика на его месте, для него было укрепление его собственной власти. Понятно и то, что он должен был на место прежних политических кланов привести преданных ему лично людей. Известны меры, которые принял Путин для достижения своих целей в первый срок президентства.

Так, в первую очередь, он решил ограничить аппетиты региональных баронов, представлявших серьезную угрозу управляемости государства. Удивительно не то, что он это сделал в отношении региональных лидеров, а та поразительная легкость, с которой Путин сумел их "построить". Никакого видимого сопротивления урезанию их свобод губернаторы не проявили. Им явно не доставило удовольствия укрепление вертикали власти и создание над ними нового управленческого звена в лице полпредов, но и на конфронтацию с президентом не пошел ни один губернатор.

Что касается второго вызова, идущего со стороны крупного бизнеса (олигархов), то и здесь серьезных противников у Путина не было. Большинство повело себя так же, как губернаторы - то есть признали главенство власти государства над властью денег, вполне в духе давней российской традиции.

Третий вызов - вызов со стороны СМИ оказался наиболее серьезным испытанием для власти. Путин поступил как настоящий политик: он перессорил своих оппонентов между собой. Проблема российской элиты вообще и либеральной ее части в особенности состоит в ее поразительной неконсолидированности. Российская политическая элита не осознает не только национальных интересов, но даже своих корпоративных интересов и становится легкой жертвой.

Однако следует заметить, что именно борьба со СМИ принесла Путину больше всего неприятностей и негативно повлияла на общественное мнение (больше, правда, за рубежом, чем в России). Справедливости ради стоит отметить, что падению престижа и доверия СМИ во многом способствовали не только и не столько административный контроль над ними, сколько их использование разного рода политическими манипуляторами.

Путин никогда не делал открытых выпадов лично против своего предшественника, но он серьезно пересмотрел многие позиции прежней политики, как, впрочем, и политики советского периода, от которой отказался Ельцин. Так, он осудил участие СССР в событиях в Венгрии 1956 г. и в Чехословакии в 1968 г.). При этом он попытался, и довольно удачно, восстановить разорванную связь времен и вернул старшему поколению не только советский гимн, но и гордость за выигранную войну, запущенный спутник и другие достижения советского периода, которые были сильно девальвированы при Ельцине.

Президент и власть: не близнецы и не братья

Сами путинские реформы воспринимались в годы его первого срока как однозначно позитивные именно с точки зрения того общего эмоционального фона, который ему удалось создать. При этом общественное сознание очень четкое отделяет Путина от российской власти в целом.

Если говорить о формальных элементах политической системы, то следует признать, что новые политические институты (полпредства, новый Совет Федерации, новые правила игры для бизнеса, новые законы, определившие избирательные процессы) в целом несколько стабилизировали политическую и экономическую жизнь страны. Причем дело даже не только в том, насколько успешными были принятые Путиным меры в действительности (есть немало экспертов, которые оспаривают эффективность путинских реформ). Но они привели к изменению общественного климата в стране. Путин стал "президентом надежды". Как показывают и наши собственные исследования, и данные всех ведущих центров изучения общественного мнения, восприятие президента нарушает известный закон социологии: вслед за избранием по прошествии примерно года правления рейтинги всех национальных лидеров имеют тенденцию к снижению. Нельзя сказать, что установки на Путина не подвергались изменениям - но эти изменения были несущественными. Только история с утонувшей подлодкой "Курск" привела к краткосрочному разочарованию избирателей. Сегодня к Путину прочно приклеился термин "тефлоновый президент" - к его рейтингу не "прилипает" ничего негативного.

Парадокс же заключается в том, что при весьма положительном отношении лично к президенту образ власти в годы его первой республики выглядит в глазах граждан чрезвычайно негативно (хотя и несколько лучше, чем при Ельцине). Власть люди эмоционально оценивают со знаком минус.

Наши исследования 2000 и 2001 гг. показывают, что массовые представления о власти прежде всего связаны с исполнительными структурами - институтом президентства (сам президент и его администрация, представители президента в округах, правительство, городская власть в лице мэров). В 2001 г. четверть опрошенных отметили, что их доверием пользуется ФСБ, о чем раньше они никогда не упоминали. Правда, в 2003 году все властные институты за исключением муниципальной власти резко снизили свой вес в глазах граждан.

Судебная власть в лице собственно суда в глазах наших респондентов занимает лишь 8-е место, между тем как прокуратура резко выдвинулась в сознании общества на передний план и занимает среди различных властных структур 5-е место. Заметим, что в исследованиях 1993, 1995, 1997 гг. она ничем не привлекала внимания опрошенных и находилась в самом конце списка политических институтов, которые вызывают доверие населения. Значительно меньшее значение придают опрошенные законодательной власти: Госдуме, Совету Федерации, Госсовету, политическим партиям.

В нашем опросе 2000 и 2001 гг. содержалось предложение дополнить этот заведомо неполный список институтов власти. Респонденты ввели еще три основные группы дополнений. По их мнению, это: во-первых, олигархи, финансовые группы, во-вторых, различные мафиозно-криминальные группировки и в-третьих, силовики (МВД, ФСБ и другие спецслужбы, среди которых армия не фигурирует). В 2003 году мы решили ввести эти дополнения в качестве позиции ответа на закрытый вопрос. К нашему удивлению, мафия набрала лишь 4%. Олигархи чуть больше - 8%.

Но наиболее любопытной оказалась оценка роли силовых структур. Они кажутся нашим респондентам в настоящее время самым значительным центром власти в стране - 16,5%. Можно это приписать влиянию либеральных СМИ, но в ответах граждан, мечтавших все эти годы о "сильной руке", не содержится неодобрения указанного феномена.

Поразительно, но с уходом Ельцина негативные оценки власти только усилились. Полученные нами данные об отношениях граждан к государству, власти, режиму, характеризующие самое начало деятельности Путина, свидетельствуют о том, что с приходом Путина произошел сдвиг в лучшую сторону. Такое ощущение испытывали в 2003 году 16,8% опрошенных. Еще 27,8% отвечали также утвердительно, но чуть менее определенно. Власть нередко остается еще непонятной, как и символизирующий ее президент. Но появились надежды (возможно, иллюзорные, так как никаких доказательств своим эмоциям респонденты, как правило, не приводят). Но эта новая власть казалась гражданам более сильной, способной навести порядок, стремящейся к стабильности и "собиранию земель".

Власть воспринимается нашими опрошенными скорее не рационально, а эмоционально. С одной стороны, она выглядит достаточно непривлекательной, пассивной, нединамичной, с другой - сильной, агрессивной и вызывающей чувство страха. Одной из главных претензий к власти на современном этапе является ее неопределенность и размытость - причем на бессознательном уровне это выражено сильнее, теневой, непрозрачный характер власти вызывает настороженность и опасения.

Основные критические замечания в адрес самого президента в нашем исследовании, проведенном в 2003 г., состояли в том, что Путину в его первый срок явно не удались такие направления его деятельности, как борьба с коррупцией, решение проблем Чечни, повышение уровня жизни населения. В то же время укрепление позиций России в мире, укрепление вертикали власти и наведение порядка в стране воспринимаются населением как успехи президента.

Своего рода парадокс: значительная часть населения не удовлетворена результатами работы В. Путина по конкретным направлениям. При этом общая оценка президента населением страны - более чем удовлетворительна. Если в 2000 году за него голосовали 53% избирателей, то в 2004 году - уже 71%. Интересно, что опрос, проведенный нами за полгода до выборов, показал, что это не просто результат работы послушных СМИ перед выборами. Такой тренд достаточно устойчив в массовом сознании.

В сумме позитивные оценки ("полностью одобряю" и "в основном одобряю") составляют 46,9% против 12,9% отрицательных оценок ("совсем не одобряю" и "в основном не одобряю"). 36% респондентов нейтрально оценили деятельность нынешнего президента. Количество респондентов, критически оценивающих работу В. Путина, невелико и не может рассматриваться как явная угроза для действующего президента. Но и доля полностью одобряющих его работу не является столь значительной, как это может показаться. Основная масса ответивших (более двух третей респондентов - "в основном одобряю" и "иногда одобряю, иногда нет") в целом взвешенно-критически относятся к работе В. Путина.

Демократы - авторитаристы

Те, кто поддержал Ельцина на первых и вторых президентских выборах, далеко не всегда делали это в силу демократических убеждений. Точно так же электорат президента Путина - это отнюдь не сплошь сторонники либеральных идей, хотя многие из тех, кто раньше голосовал за либералов, в 2004 году отдали свои голоса В. Путину. В российской политике действуют закономерности, которые парадоксальным образом приводят к становлению демократических ценностей и институтов через традиционные (нередко авторитарные) психологические механизмы.

К настоящему времени, сделав не один поворот, массовое сознание россиян в целом впитало основные демократические ценности, хотя их усвоение было не всегда равномерным. Так, одни демократические ценности оказались лучше приспособлены к национальной политической культуре (например, свобода и законопослушание), тогда как вес других (ответственности, активизма, индивидуальной автономии) за последние годы серьезно снизился и не соответствует общепринятым демократическим стандартам.

Анализ данных, полученных нами в ходе опроса 2003 года, показал, что в целом у респондентов сложилось достаточно благоприятное представление о деятельности В. Путина на посту президента РФ. В то же время около 41% респондентов приписывают В. Путину некоторую несамостоятельность его действий. Также есть и немалая группа респондентов, которая видит возможность оказания влияния на президента со стороны "силовиков", олигархов, государственной бюрократии и близкого окружения самого В. Путина. Многие до сих пор считают главу государства "темной лошадкой", "серым кардиналом".

Несмотря на возможность решения вопросов, стоящих перед обществом, определенная часть респондентов не верит в желание президента их решать в интересах страны, приписывая В. Путину отстаивание интересов олигархов и правящей верхушки, хотя необходимо отметить, что все же почти половина опрошенных (около 42%) считают президента защитником интересов всего народа. Этим он отличается от всех остальных российских политиков, которым избиратели приписывают скорее своекорыстные мотивы.

Критика критикой, а голосуют респонденты за действующего президента. И голосуют именно потому, что он им эмоционально близок. При этом важно отметить, что такое эмоциональное приятие образа Путина во многом основано на отсутствии в массовом сознании каких-либо альтернатив действующему президенту. Это весьма тревожный симптом с точки зрения перспектив демократической реформы и с точки зрения перспектив второй президентской республики.

Следует также отметить, что количество респондентов, выделивших в образе президента в качестве главных силовые характеристики, в значительной степени превышает число тех, для кого важными в образе политика являются интеллект и "дипломатичность". И лишь немногие говорят о верховенстве закона, а не личности.

Человеческий фактор

Главная интрига второй "путинской республики" состоит в том, что уже сейчас президент заявил, что он не намерен искать способы к тому, чтобы остаться на третий срок. Это означает, что Россию ожидает вторая серия операции "Преемник". Конечно, ельцинская схема передачи власти никак не вписывается в демократические нормы. Однако современные стандарты демократии, очевидно, пока не во всем подходят для российской политики. И очень вероятно, что выбор следующего президента пройдет по апробированной Ельциным схеме.

Прогнозирование выборов 2008 года вызвало у респондентов в нашем исследовании большое затруднение. Среди возможных кандидатов назывались имена Касьянова, Шойгу, Степашина. Но, скорее всего, Путин предъявит обществу совсем не эти фамилии, а найдет кого-то, о ком сегодня мы не догадываемся. Несомненно, второй срок президентства Путина будет сильно отличаться от первого. Во-первых, в обществе и в политической системе нарастают процессы, которые потребуют непопулярных мер со стороны власти. Это не только чревато для президента потерей рейтинга, но и может привести к сложностям для его преемника, популярность которого должна нарастать ближе к выборам. Во-вторых, как полагают экономисты, не исключен экономический спад, который прогнозируют на середину второго срока. Это может создать неблагоприятные условия власти в целом и для президента в частности.

Природу второй "путинской республики" определят (если располагать факторы в порядке убывания их значимости) глобальные причины, внутриполитические течения и человеческий фактор.

Ни один сценарий внутриполитического развития России не может быть прописан без весьма существенного воздействия того, что можно назвать "фоновыми сценариями" - то есть событиями, которые имеют глобальный характер, будь то мировые цены на нефть, или акции международных террористов. Их масштаб несопоставим с внутриполитическими событиями, сколь бы дороги нашему сердцу они ни были.

Какой бы сценарий ни реализовался (эксперты допускают и достаточно пессимистические варианты), от власти потребуется не просто решение текущих проблем, но и серьезная переналадка всего государственного механизма, что может резко изменить цели заявленных В. Путиным реформ и всю ситуацию в стране. Многое зависит и от логики внутриполитических процессов.

Вторая "путинская республика" будет носить совершено другой характер, чем первая. Похоже, что она будет определяться полным доминированием одной группы - силовиков. В нашем исследовании граждане уже весной 2003 года фиксировали эту особенность режима: они выделили "силовиков" в качестве группы политиков, которые по степени влияния опережали самого президента. Хотя сам Путин, скорее всего, попытается добиться определенного баланса между разными группировками в своем окружении. Но уже сейчас политологи прогнозируют, что именно "друзья" Путина могут стать главными объектами недовольства президента на следующем этапе.

Режим "управляемой демократии" уже сложился, причем его архитекторами были именно либеральные политики. Парадокс заключается в том, что именно они, а не силовики, например, добились закрытия НТВ, организовали "черный пиар" в отношении неугодных политиков на выборах 1999 г. Одним из наиболее важных итогов парламентских выборов 2003 года стало формирование подавляющего пропрезидентского большинства в Думе и ослабление как правого, так и левого политического флангов. Однако эта победа кремлевских политтехнологов может создать в среднесрочной перспективе довольно серьезные сложности для самого президента. Если нет партийного структурирования, то все острее становится кадровый голод. Во всех партиях новых людей не видно, нынешние игроки надоели всем. Рано или поздно, а именно, к 2008 году, понадобится некая реальная политическая сила, которая имеет собственную базу, а не светит отраженным светом авторитета президента. Инерционный или консервативный сценарий, который представляется наиболее вероятным на данный момент, на следующем этапе может быть вытеснен другими, гораздо более радикальными.

Важнейшим параметром развития ситуации в следующем электоральном цикле является человеческий фактор. Здесь имеется в виду, прежде всего, психология политических лидеров (в первую очередь, "фактор Путина" - психологические особенности личности действующего президента). Второй составляющей человеческого фактора являются ожидания и настроения избирателей, ценности и потребности, образы власти, доминирующие в массовом сознании.

Наши исследования показывают, что важнейшие психологические показатели, а также мотивационный профиль В. Путина более, чем адекватны для роли лидера страны, находящейся в условиях стабильности. Именно это ставится в заслугу нынешнему президенту России, именно это состояние общества наиболее приемлемо и благоприятно для него. В то же время необходимость вести страну к новым достижениям, предлагать новые стратегии общественного развития, генерировать идеи и убеждать общество в своей правоте может стать серьезным вызовом для президента.

Судя по всему личностный потенциал действующего президента позволяет ему лидировать, особенно в случае, если политическая и экономическая ситуация сохранит свою относительную стабильность. В то же время, при иных сценариях развития, личностный потенциал президента может быть серьезно ослаблен стрессом.

Что касается массового сознания, то в нем представлены две достаточно устойчивые тенденции, которые в то же время противоречат друг другу: негативное отношение к власти в целом и принятие действующего президента. В будущем это противоречие может привести к негативным для Путина результатам. Для такого вывода есть основание и в наших данных, касающихся бессознательных аспектов восприятия президента. Так, за последний год в его образе произошло не замеченное в социологических опросах снижение показателей силы и активности. Такая тенденция может в дальнейшем привести к общему ухудшению восприятия Путина.

Еще одним важным выводом относительно доминирующих в массовом сознании тенденций является сохранение и в среднесрочной перспективе ныне существующих в массовом сознании ярко выраженных авторитарных тенденций, которые и служат базой практики "управляемой демократии". При этом исследование показало, что авторитарные тенденции не могут интерпретироваться однозначно и прямолинейно. Наряду и параллельно с ними происходило укоренение демократических ценностей.

Критики путинской власти упрекают ее в том, что она не смогла (или не захотела) реформировать систему таким образом, чтобы в ней появились независимая судебная система, независимые СМИ, независимые парламент, независимые выборы и т.п. Такие справедливые упреки приводят и зарубежные критики Путина, и российские либералы. Но для российских граждан в путинской политике главное не это. Отказ от ряда ценностей демократии был бы для них весьма болезненным, но в целом с формальным установлением многих институтов гражданского общества они готовы подождать.

Важно то, что фокус внимания граждан сместился сейчас с оценки морально-психологических характеристик президента в сторону оценки его профессиональных, политических и деловых качеств. Таким образом, одним из условий сохранения электоральной привлекательности Путина будет соответствие реального политического курса ожиданиям людей. Это резко сужает возможности пиаровского манипулирования массовым сознанием граждан и требует от президента гораздо большей ответственности, чем прежде.

Власть Позиция