20idei_media20
    22.06.2004 00:00
    Рубрика:

    Жизнь после матча

    Солнце, воздух и кино...

    "Кинотавр", на котором автор этих строк провел две недели, оказался лишь относительным отдыхом от телевидения. Главными у самого синего моря были люди из телевизора и шоу-бизнеса. Они больше прочих мелькали на фестивальных мероприятиях, на пляжах при гостинице "Жемчужная", в ее барах, в близлежащих ресторанчиках и кафе.

    В коридоре на 12-м этаже я столкнулся с Савиком Шустером. Поговорили о перспективах его авторской программы. Погрустили по поводу случившегося на днях скукоживания в отечественном эфире шагреневого пространства политвещания - имя сокращенной программы не называлось, поскольку каждому было понятно, о чем речь.

    А в быстроходном лифте я ехал с самим Розенбаумом, почти не дыша.

    Потом подышал одним морским воздухом с Кобзоном.

    Затем искупался в одной морской воде с Натальей Королевой. В "Арт-кафе" мне кивнул мент Дукалис. Был польщен улыбкой одной из героинь "Бальзаковского возраста" Алики Смеховой, а другой - Юлией Меньшовой - в упор не замечен.

    Но это все пустяки. По-настоящему свое тщеславие я пощекотал, когда в плавках прошел мимо загоравшей в шезлонге голливудской дивы Сюзи Сарандон. Она не произвела на меня особого впечатления, но и я на нее, признаться, тоже.

    Скверный анекдот

    Да что говорить обо мне. Сарандон не произвела никакого впечатления на весь пляж (как и он на нее), кроме разве кучки просвещенных папарацци, на почтительном расстоянии отслеживавших каждое движение американской кинозвезды. Вот Алена Апина - это да. Потому что у нас киноартисты - уже не звезды. (Или еще не звезды?) Звездами у нас реально являются телеведущие, актеры, снимающиеся в телесериалах, и поп-музыканты. Только "под них" и можно "продать" отечественный кинофестиваль на телевизионные каналы. Кино попало в тотальную зависимость от ТВ.

    Телевизионная тематика, а также проблематика тех, кто стремится к вершинам успеха в области попмузыки, оказалась заметной и в конкурсных фильмах "Кинотавра". Наше кино повернулось лицом к фабрикам грез и слез. И если совсем недавно криминальная среда, криминальный материал были тем бульоном, в котором в основном и варились сюжеты отечественного кино, то теперь они кипятятся в другом растворе - в перипетиях и коллизиях медиа- и шоу-бизнеса.

    Впрочем, это уже отдельная тема отдельного разбирательства. Что же касается собственно самих людей из телевизора, наблюдаемых живьем, то они производят впечатление, которое достаточно полно укладывается в анекдот, рассказанный за завтраком Борисом Грачевским.

    В психушку привезли нового пациента. Он назвался Наполеоном. Врач понимающе кивнул и сказал: "В шестой палате у нас уже есть четыре Наполеона, вы станете пятым". Больной запротестовал: "Они, наверное, императоры, а я пирожное".

    Императоры отечественного шоу-бизнеса, все эти наполеоны от Кобзона и Розенбаума до Укупника и Королевой исполняли роль пирожных, среди которых сильно недоставало самого амбициозного императора и одновременно самого сладкого пирожного - Филиппа Киркорова.

    Мужчина за гранью нервного срыва

    Этот скандал невольно срифмовался с другим скандалом - с тем, что случился на футбольном поле, когда итальянец и просто красавец-мужчина Тотти плюнул в лицо своему сопернику. И тоже "под телекамеры". Тот утерся, но не утерлось общественное мнение Италии - оно потребовало исключить этого мастера "Фэйр Плэй" из состава национальной сборной.

    Другое дело, что тренер не подчинился воле большинства, поскольку решил, что результат дороже чести. А уж для нашего Филиппа, для нашего "зайки" честь вообще ничего не стоит. Да он и не знает, что это такое и с чем ее едят.

    Самое грустное, что никто из присутствовавших коллег оскорбленной журналистки не оскорбился на рефлекторном уровне, то есть в момент, когда император грязно выругался. Все съели это приторно гнилое пирожное и не поперхнулись. Потом была отрыжка в виде протестных заявлений и объявлений бойкота. Но очевидно, что скандал этот кончится тем, что послужит украшению имиджа короля российской попсы и росту его популярности. Как это было в случае с Владимиром Жириновским, когда тот оттаскал за волосы думскую женщину.

    По наивности мне тогда показалось, что Владимир Вольфович - человек конченый как политик. А вышло все наоборот. Теперь он не только любимец своего электората, но и желанный гость всех без исключения ток-шоу.

    Душевный анекдот

    В последний раз без господина на букву "Ж" не смогли обойтись на авторском ток-шоу Савика Шустера "Свобода слова", где неудачное выступление наших футболистов в Португалии стало предметом горячей дискуссии. Жириновский, как всегда, нес геополитическую околесицу. По его мнению, вопрос надо жестко поставить на "восьмерке". Чтобы там Путин договорился с Бушем, Шираком, Шредером, Берлускони и с остальными лидерами о триумфе России на каком-нибудь очередном чемпионате.

    Самое странное, что правые политики обнаружили немногим большее здравомыслие. Они трактовали конфликт между Ярцевым и Александром Мостовым как столкновение между тоталитарными и либеральными рефлексами. У них Мостовой самовыразившийся - символ последних. А Ярцев, изгнавший из команды фрондера, - типичный авторитарист. И снова пошли-поехали перепевы темы о национальной гордости великоросса и оскорбленной чести целой страны. А то, что Мостовой - просто средний по европейским меркам мастер, и то, что Ярцев, тренер, склонный к истерике, - никому в голову не пришло. Потому что на футбольный газон были спроецированы политические амбиции партийных боссов.

    Правду сказать, они сами собой проецируются, если принять во внимание рейтинг "матча смерти" - 60%. Цифра неправдоподобная, но так было объявлено Владимиром Познером в программе "Времена".

    И анекдот он к месту прибавил. Перед началом чемпионата один болельщик другого спрашивает: "Ты за кого будешь болеть?" - "За Россию, конечно". - "А потом?.."

    Я бы ответил: "За Латвию". Меня бы Познер с Шустером спросили: "А потом?"

    Потом просто за футбол, который способен возбуждать не только патриотические эмоции, но и эстетические чувства. Один матч "Чехия - Голландия" в этом отношении чего стоил. Сколько в нем было красоты, страсти, поэзии, подлинности...

    То был матч жизни. И, судя по всему, не последний. Красота футбола если и не спасет мир, то украсит и обнадежит его.