Новости

Но "праздник флага", конечно, - символическое, метафорическое название. Оно могло бы (и должно было бы) иметь глубокий смысл: поднять Флаг Истории, идеологический штандарт России!

Всякое крепкое государство начинается с дорогих, "священных" воспоминаний. Самое святое воспоминание - о своем рождении, "непорочном зачатии". Такие воспоминания, как правило, являются мифом, а попросту говоря - большим преувеличением (искажением), переходящим в прямую историческую ложь. Классические примеры - "залп "Авроры", "штурм Зимнего", "взятие Бастилии". С тех пор, как государство отделилось от церкви, подобная "ложь во спасение" заменяет государству религию. И часто, очень часто, вот эти, в сущности бессмысленные мифы, для обычного человека являются первой и последней наглядной аксиомой, из которой выводится вся система его "политического и исторического мышления".

В августе 1991-го все компоненты подобрались как нарочно. Три дня, да еще каких - "Яблочный Спас". В эти три дня рухнуло чудище советской власти. Три дня - три мученика, три невинно убиенных. Наконец, как в настоящем голливудском фильме, завершающий символ Победы - российский флаг, взмывающий в небо над Белым домом. Ну если уж это не основа для народной сказки, чуда, мифа - то, значит, больше не осталось вообще чудес на свете!

Тогда, стоя под балконом Белого дома в миллионной толпе, я слышал торжествующего Ельцина. Он рассказывал толпе, как она "героически защищала" Белый дом от танков путчистов. Он рассказывал, что защитники Белого дома спасли Россию, спасли свободу, спасли Мир! Мне казалось, что вот тут-то я и присутствую при рождении народно-государственного мифа "новой России", которому суждена долгая счастливая жизнь.

Но мифология не задалась с самого начала. Миф съела инфляция, вместе со сбережениями огромного большинства "защитников Белого дома", как и прочего населения России. Миф развенчала свободная пресса: тогда, в 1991-1992-1993 она была действительно почти свободной и могла как угодно, с самых разных сторон разбирать события Августа 1991, внося смуту в умы, расшатывая монолитно-манихейское основание мифа. Миф скоро стал неудобен самому Ельцину - вспомним, что на балконе Белого дома рядом с ним стояли Бурбулис, Хасбулатов, Руцкой, Силаев. "Ура, ура, собрались все друзья" - и трудно сказать, кого из этих друзей президент России любил больше. Во всяком случае, смотреть пленку, где он стоит вместе с ними, ему едва ли было очень приятно, и легитимизировать этих "героев Августа" он явно не рвался.

Конечно, считается, что историю пишут победители - но эта формула слишком общая. Так, победители-большевики придумывали историю, не ограниченные в своей фантазии ничем, пока к 1937 году миф не принял каноническую форму: "восстанием масс" руководил лично Сталин, а Иудушка-Троцкий был предводителем "белых" и главной силой Временного правительства ... Победители-демократы во главе с Ельциным историю не переписывали, больше того - они ее даже и писать-то не то поленились, не то побрезговали. История осталась бесхозной.

И классическая формула "обернулась": те, кто написал историю - те и стали победителями. Как минимум - идеологическими победителями. И это стало одним из важнейших идеологических поражений демократов, предопределившим многие последующие поражения - вплоть до идеологической катастрофы наших дней, когда "либерал" и "демократ" стали просто ругательствами. Потеряв свой "августовский спас", демократы во многом потеряли историческую (а значит - и эмоционально-политическую) легитимацию. Само рождение Новой Демократической России оказалось почти незаконным, каким-то непонятно-незаметным, темным, "рождением по недоразумению", а то и вовсе осталось без "дня рождения". Из-под демократов был выбит "стул прошлого" - вот они и приземлились на скамью "исторических подсудимых".

Кстати, интересно, что физические победители (Ельцин и Ко) исхитрились равнодушно проиграть и второй "бой за историю", за историю "кровавого октября" (и этот идеологический бой они снова проиграли без боя). Я - из тех "твердолобых", кто за 11 лет так и не поумнел - как в 1993, так и в 2004 я считал и считаю, что Ельцин и Гайдар, без дураков, спасли Россию от гражданской войны, хаоса (с ядерным оружием), а для начала - от резни, погромов и прочих скромных радостей "демократии с лицом Макашова". Но так говорить (да и думать) уже вполне неприлично, много лет в обществе безусловно господствует штамп "расстрела парламента". У нас свои правила "политкорректности", своя мифология, своя политико-идеологическая аксиоматика, где фигурируют "развал СССР", "расстрел парламента", "ликвидация вкладов", "ограбление прихватизации". Если таковы аксиомы - и нет, не осталось больше политических камикадзе, готовых эти аксиомы оспаривать, плевать против ветра, - то вполне понятно, какая политическая картина мира железно следует из этих аксиом.

Удивительно, поэтому, вовсе не то, что бесславно погибли "правые", которые так и не стали (и не станут!) публичными политиками, а могут жить лишь в качестве "ученых либералов при генерал-губернаторе". Удивительно совсем другое - какого все-таки слабого политического успеха добились патриотические силы, одержавшие, казалось бы, абсолютную идеологическую победу.

Оруэлл отчеканил: "Кому принадлежит прошлое - тому принадлежит будущее". И вот здесь - главная "проблема флага" в нашем политическом мышлении.

Общество Ежедневник Праздники