Новости

19.11.2004 03:00
Рубрика: Общество

Дочь Тигрицы - жена Арафата

Имя вдовы палестинского лидера не сходит со страниц печати

Почти полтора десятилетия пребывая в статусе законной супруги палестинского лидера Ясира Арафата, Суха тем не менее попала в заголовки газет совсем недавно, когда раис оказался на смертном одре. Несмотря на то, что последние 10 лет супруги вместе не жили - она роскошествовала в Париже, а он находился "под охраной" израильских танков в Рамаллахе - у нее всегда была возможность нашептать ему по телефону такое, что вполне могло решить чью-то судьбу. Поэтому соратники раиса Суху боялись. А "палестинская улица" ее открыто ненавидела. Да и как же к ней мог относиться нищий палестинский народ, если "первая дама автономии" без зазрения совести растранжирила только за последние четыре года более 11 миллионов долларов, которые Арафат присылал ей и дочери на содержание. Причем эти деньги раис брал щедрой рукой из казны автономии.

Суха Арафат, точнее тогда еще Тауиль, познакомилась со своим будущим мужем в 1985 году в Аммане - столице Иорданского королевства. Мать Сухи, за вспыльчивость и неукротимый нрав прозванная Тигрицей, знала Арафата много лет. Однажды она попросила его не отказать дочери, стажировавшейся в одной из французских газет, дать интервью. Тогда Арафат был в зените славы удачливого террориста и не очень последовательного миротворца. Ему понравилась 22-летняя блондинка, не задававшая каверзных вопросов. Он предложил ей должность своего помощника по связям с прессой. А вскоре повысил до должности советника по экономическим вопросам.

Суха Тауиль родилась в 1963 году в Иерусалиме в весьма состоятельной семье православных арабов. Ее отец, выпускник престижнейшего Оксфордского университета, всю жизнь проработал банкиром. Он мог позволить своим детям учиться в престижнейших школах и университетах. Суха закончила знаменитую школу при монастыре "Сестры Розари" в Иерусалиме и поступила в Сорбонну. В юности ее идеалом была королева Нур, жена иорданского короля Хусейна, женщина красивая и скромная, которую обожали подданные. Тогда будущая жена Арафата больше думала о своем месте в жизни, чем о деньгах. Разумеется, считая себя девушкой незаурядной, Суха мыслила достаточно масштабно.

Неудивительно, что когда в 1990 году провозглашенный к тому времени одновременно "и вождем, и отцом палестинцев" Ясир Арафат сделал Сухе предложение стать его женой, она, видя себя уже первой дамой Палестины, устоять перед ним не могла. Хотя ее мать Тигрица в буквальном смысле ползала на коленях, умоляя дочь отвергнуть ухаживания Арафата. Раймонда Тауиль хорошо представляла себе всю подноготную человека, десятилетиями заверявшего мир, что "он женат на палестинской революции". Тигрица люто ненавидела Арафата, а в 1996 году сделала безнадежную попытку противостоять ему на первых всеобщих выборах президента в автономии. Она, разумеется, проиграла, но кровушки своему зятю попортила много.

Дело не только в том, что Арафат был старше Сухи на 34 года. Тигрица не на секунду не сомневалась в том, что Арафат гомосексуалист, не гнушавшийся использовать в качестве сексуальных партнеров своих охранников. О гомосексуальных наклонностях Арафата рассказывается в воспоминаниях бывшего заместителя шефа румынской "Секуритаты" (военной разведки) Ионы Михая Пачепы, бежавшего на Запад в 1978 году. О том же свидетельствовал израильской разведке бывший шофер Арафата. Однако Суха знать ничего не желала, и в 1990 году в Тунисе 61-летний Ясир Арафат и 27-летняя Суха Тауиль поженились. Перед этим православной Сухе пришлось принять ислам.

Брак почти три года удавалось скрывать. Но в 1993 году Суха пожелала присутствовать в Вашингтоне на подписании мирных договоренностей между израильтянами и палестинцами, вошедшими в историю как Норвежские или Ословские соглашения. Согласно дипломатическому протоколу и тогдашний президент США Билл Клинтон, и убитый позже еврейским экстремистом премьер-министр Израиля Ицхак Рабин присутствовали на церемонии подписания с женами. Суха тоже готовилась к поездке. Но Махмуд Аббас, занимавший тогда пост заместителя Арафата, решил, что постоянно мельтешащая среди соратников раиса, слишком говорливая Суха будет помехой для всей делегации. Он пришел к Арафату и сказал короткую фразу: "Она или я". Арафат выбрал его... Почти по привычке. Раис всегда отдавал предпочтение "палестинской революции".

Мало кто знает, что Суха - вторая жена Арафата. В период с 1972 по 1985 годы палестинский лидер признавал своей женой Наджлы Ясин, с которой познакомился еще в 1966 году. Это тоже был производственный роман. Наджлы, работавшая секретаршей в канцелярии Арафата, обожала своего руководителя, которого получила право называть любимым в самых разных смыслах. Но однажды любовь закончилась. В одно мгновение. Арабы в таких случаях говорят, что "ветка сломалась, и птица счастья улетела". Очень похоже. Наджлы видела, как в кабинет Арафата вошли трое мужчин с нахмуренными бровями и сосредоточенными лицами. Она слышала, как они ему сказали: "Наджлы мешает тебе делать "палестинскую революцию". Супруги расстались в тот же день...

Как ни странно, Суха была менее покладистой, чем Наджлы, но обладала настойчивостью и хитростью. Поначалу новая жена палестинского лидера делала вид, что, хотя политика ее совершенно не интересует, она душой и телом предана "делу палестинской революции". В 1995 году у четы Арафат родилась дочь, которую в честь покойной матери Арафата назвали Захвой. Примерно тогда же в интервью лондонской газете "Сауди Уикли" Суха сказала, что если бы у нее родился сын, то он обязательно бы стал шахидом (по-арабски - "святым"): "Ради общего дела палестинского народа". Новоявленная мусульманка даже не удосужилась понять, что истинный шахид никогда не пойдет убивать ни в чем не повинных граждан, какой бы веры и происхождения они ни были.

С 1994-го по 2000 год Суха жила в Газе в двухэтажном доме, где многочисленная обслуга готова была выполнить любую ее прихоть. Но Суха справедливо называет себя "одинокой птицей", ибо роскошь человеческого общества ее не интересует. За шесть лет жизни в Газе ей не удалось завести ни одной подруги. По большому счету Сухе нечего было там делать, и она умирала от скуки. Ее личный секретарь Надя Сарадж не могла никого вписать в рабочий график своей начальницы. Суха пыталась посещать детские сады и школы, влачащие в Газе особенно жалкое состояние, но просить своего мужа о реальной финансовой помощи этим учреждениям не смела. Она знала - деньги нужны на террор. Нередко, оставаясь в одиночестве, она говорила сама себе: "Суха, помни, ты замужем за мифом, и твой муж, который ведет себя как холостяк, женат только на "палестинской революции".

Когда в сентябре 2000 года ее муж развязал интифаду (по-арабски - "восстание"), Суха подхватила дочь и вместе с матерью умчалась в Париж. "Палестинская улица" отреагировала шквалом критики в ее адрес. Тем более что западная, да и арабская пресса не скупились на описание ее шикарного образа жизни во французской столице и ежедневных тратах на тысячи долларов. Суха Арафат получала от супруга ежемесячное содержание в размере 100 тысяч долларов из бюджета ПНА. Нередко деньги переводились с нарушением французского законодательства. В прошлом году парижская прокуратура начала следствие о незаконном поступлении на счета Сухи только за последние четыре года девяти миллионов долларов. А сколько же поступило законно?

Суха никогда не скрывала свои претензии на три миллиарда долларов, находящиеся на секретных счетах раиса ПНА. Когда в прошлом месяце стало очевидно, что болезнь Арафата угрожает его жизни, Суха поняла - ее час пробил, и засиживаться в Париже она не стала. Жена Арафата тут же отправилась в Мукату. Суха, конечно, понимала, что соратники ее мужа так просто ей деньги не отдадут. И подготовилась к схватке за наследство. Сегодня уже известно, что на "денежную войну" с постарафатовским руководством автономии Суху подбил Пьер Разек, бывший глава разведслужбы ливанских "христианских фаланг", военизированной милиции, противостоящей палестинским боевикам с начала гражданской войны в Ливане в 1976 году. Это тот самый Пьер Разек, который считался "правой рукой" командира фалангистов Эли Хубейки, признанного ответственным за резню в палестинских лагерях Сабра и Шатила в 1982 году. За спиной Разека, подпольная кличка которого Ахрам (по-арабски - "праведник"), долгие годы сотрудничества с израильской разведкой. Именно Праведника многие палестинцы считают ответственным за уничтожение целого ряда высокопоставленных представителей ФАТХа (Движение за освобождение Палестины), созданного Ясиром Арафатом в Кувейте еще в 1957 году.

Злые языки говорят о продолжительном романе Праведника с молодой женой палестинского лидера, результатом которого и стала девятилетняя Захва, официально продолжающая считаться дочерью Арафата. Никто иной как Разек настоятельно рекомендовал Сухе Арафат поместить смертельно больного мужа в парижский госпиталь "Перси". С одной стороны, это больничное учреждение действительно одно из лучших во всей Франции. А с другой стороны, Праведник просто хорошо знал французское законодательство. Дело в том, что еще в 1803 году Наполеон Бонапарт ввел во Франции закон, по которому после смерти мужа все его финансовые средства наследует только жена. Адвокаты, нанятые Разеком для Сухи, рекомендовали ей не разрешать медикам отключать раиса от аппаратуры искусственного обеспечения до тех пор, пока вопрос о наследстве не будет решен в ее пользу. Более того, адвокаты советовали жене раиса перестраховаться и не допускать к телу мужа его соратников. И вот здесь Суха явно перестаралась...

В полночь в воскресенье она разбудила телефонным звонком Валида Аль-Омари, одного из ведущих корреспондентов самого популярного на арабском языке катарского телеканала Аль-Джазира и заявила ему, что Арафат жив, хорошо себя чувствует и не собирается впадать в кому. Она попросила Аль-Омари перезвонить ей через три часа для официального заявления. В несвойственной для нее истеричной манере Суха стала кричать в эфир, что кучка прихлебателей, желающих наследства, приезжает в Париж, чтобы заживо похоронить Арафата. Распалившись до предела, она призвала палестинский народ "проснуться и помешать злодеям убить Арафата".

Ночной эфир "первой мадам ПНА" произвел эффект разорвавшейся бомбы. Депутат законодательного собрания (парламента ПНА) доктор Ханан Ашрауи заявила, что "таким образом Суха постаралась свести старые счеты с Махмудом Аббасом - она до сих пор не может простить ему отмену ее визита в Вашингтон в 1993 году". Новый руководитель автономии решил отделаться от длинного языка Сухи, предложив ей отступные в 2 миллиона долларов. Но не тут-то было. Ни Суха, ни ее друг-советник Пьер Разек принять такое "мелочное предложение" посчитали ниже своего достоинства. Новым руководителям ПНА пришлось вступить в торги. Сошлись на 20 миллионах долларах единовременного пособия и 11,5 - ежегодной ренты. Только на этих условиях Суха согласилась попридержать свой язык.

Однако ей все равно неймется. Теперь она пытается договориться о получении какого-нибудь министерского портфеля в администрации ПНА. В конце концов чем она хуже той же Сиримаво Бандаранаике или Изабеллы Перон.

Общество История В мире Ближний Восток Палестина Расследование смерти Ясира Арафата
Добавьте RG.RU 
в избранные источники