Новости

От того, насколько точно она будет выбрана, закреплена не только юридически и политически, а в головах ее граждан прежде всего, и зависит, какое место займет Украина в будущем глобальном мире. Войдет ли в него как государство с надежным демократическим потенциалом или, напротив, как соединение плохо состыкованных частей, каждая из которых чувствует себя метрополией? Куда повернет свою экономику, учитывая, что сегодня это третья страна в мире по размеру доходов, которые в ее национальное пространство доставляет выездная рабочая сила - гастарбайтеры? Наконец, чрезвычайно важная составная нынешней украинской дискуссии: отбросит ли Украина статус "санитарного кордона" между Западом и Россией, чтобы, напротив, стать между ними надежным мостом? Вот почему битва концепций и взглядов, развернувшихся на украинском электоральном поле в связи с выборами ее третьего президента (только бы не дошло до кулаков!), лично у меня вызывает прилив энтузиазма.

Правда, мой случай особый. Виктория Януковича, уже провозглашенного следующим легитимным президентом Украины, хотя и не без колебаний, украинским ЦИКом, по-видимому, означает, что я уже могу писать заявление о предоставлении мне второго, украинского гражданства. Если, конечно, это был не просто электоральный ход со стороны кандидата, поддержанного админресурсами двух истеблишментов, украинского и российского. И если Госдума, уже взявшаяся за разработку соответствующего закона, и Верховная рада, которой пока не до него, когда-нибудь допоют до конца этот "славянский марш". Но тут у меня, честно сказать, закрадывается сомнение. Ведь что-то подобное происходило всякий раз, когда Украина выбирала президента. Неизменно побеждал тот кандидат, который успевал к сроку выучить украинську мову и при этом твердо обещал добиться официального статуса для русского языка. Две осечки за предыдущие тринадцать лет - это слишком серьезно, чтобы безоговорочно довериться и в третий раз. Но обязательно ли этот статус определять в общенациональном масштабе? Почему не отдать его на усмотрение регионов, где и живет руcскоязычное население?

Отбросит ли Украина статус «санитарного кордона» между Западом и Россией, чтобы, напротив, стать между ними надежным мостом.

Очень не хотелось бы касаться вопроса о приписках, пока в нем не разобрались суды. Но этот фактор тоже присутствует в послевыборной украинской дискуссии, более того, он-то ее и накаляет. Это и подтолкнуло одного кандидата на досрочное и неубедительное провозглашение своей виктории, а у другого отняло блеск трехпроцентрой победы. Это и служит основанием для правительств уже целого ряда западных стран не признавать легитимность украинского выбора. Президент Киевского института национальной стратегии Станислав Белковский, например, утверждает со ссылкой на "большинство украинских экспертов", что масштаб фальсификаций составил 9 процентов от общего числа проголосовавших во втором туре президентских выборов. Если эти проценты выразить цифрой, есть от чего ахнуть: 2,5 миллиона голосов! Так что разбирательства, похоже, не миновать и лучше бы оно состоялось за "круглыми столами", чем в судебных инстанциях. Белковский совершенно прав, утверждая, что легитимность - категория не юридическая, а категория массового сознания и если в фальсификациях убеждена чуть не половина народа, то выковырять ее из этого массового сознания не удастся ни политическими заявлениями, ни тем более решениями судов. Тут нужны какие-то совершенно иные технологии, способные не переубедить - это поздно, а перевооружить сознание - вот только на это еще и можно надеяться.

Чтобы быть яснее понятым, позволю себе личное воспоминание. Когда 4-й Украинский фронт прошел через Карпаты, его политкомиссар, мало кому известный полковник Леонид Ильич Брежнев, организовал в тогдашнем "ближнем зарубежье" - оно еще носило старое название Подкарпатская Русь и титул автономии Ческословенской республики - народный референдум с вопросом к местному населению: желает ли оно присоединиться к Советской Украине? От сотен и тысяч своих земляков знаю, что они ответили "да" и что таких было больше, чем тех, кто ответил "нет". Только вот фокус: по результатам референдума все население ответило исключительно "да", а голосов при этом собрали больше, чем было жителей в крае. Эта бомба рванула через сорок с лишним лет. Рванула дважды: сначала, когда состоялась реабилитация запрещенной Сталиным греко-католической церкви, затем еще раз, когда распался нерушимый Советский Союз. Я читал собственными глазами: Молотов и Фирлингер, советский и чехословацкий министры иностранных дел, договорились, что в составе новой державы Подкарпатская Русь сохранит автономию. Однако ее превратили в Закарпатскую область.

Неуважение к идентичности любого народа или народца, даже если он сам о ней спорит, оборачивается пренебрежением к массовому сознанию, даже когда оно в большинстве. Это и есть бомбы на будущее. Вот почему ни в коем случае нежелательно острейшую украинскую дискуссию просто заболтать политическими речами или загнать ее внутрь, что с успехом проделали два предыдущих президента, два Леонида, Кравчук и Кучма. Это при них существовало негласное правило: ни одна политическая партия не вправе даже заикаться о федерализации страны. Основа национального консенсуса - соборная, единая, унитарная Украина! Поэтому с таким надрывом, чуть не на грани отделения от новой метрополии, пробил свою автономию Крым. Но любопытно, что именно в Донецке, еще когда там губернаторствовал Виктор Янукович, и появились первые региональные партии, записавшие в своих программах федеральное устройство страны. Появились уже и национальные партии, требующие пересмотреть "земельное устройство" Украины - за этим эвфемизмом скрывается та же идея. Леонид Кравчук как от чумы отмахивался от реформы парламента, Леониду Кучме это уже не удалось: вторично став президентом, он все-таки решился в апреле 2000 года на всенародный референдум с вопросом: "Поддерживаете ли вы необходимость формирования двухпалатного парламента, одна из палат которого представляла бы интересы регионов Украины?" Результат предвосхитил все страхи политического истеблишмента: 81,7 процента украинцев проголосовали "за". Однако волеизъявление так и осталось на бумаге, не хватило четырех лет. Теперь с проблемами, которые два Леонида так успешно загоняли внутрь, столкнулись два Виктора. А взрыв уже такой силы, что Украина чуть не на грани развала.

Если бы все культурно-исторические провинции Украины, а их не меньше десятка, уже имели своих представителей в специальной палате высшего законодательного органа, кризиса национальной идентичности не было бы вовсе. Или он выплеснулся бы на заранее заготовленную публичную площадку, а не на улицу. Но не случайно в кругах украинских политиков сейчас популярна шутка о "трех отцах" украинской государственности - Владимире Ильиче, который признал право наций на самоопределение, Иосифе Виссарионовиче, который объединил Восточную и Западную Украину, и Никите Сергеевиче, который подарил Украине Крым. Шутка горькая и страшно запоздалая, чуть ли не "времен покоренья Крыма", который, кстати сказать, теперь стоит за соборную федеральную Украину. Но это всего лишь конституционное исключение из правила.

В мире экс-СССР Украина Интеграция на постсоветском пространстве