Новости

14.01.2005 02:00
Рубрика: Власть

Вчерашняя война

Ценность и цена высшего образования возрастает

В России может появиться второй после замены льгот денежными выплатами фактор дестабилизации общественного пространства - отмена отсрочек от службы в Вооруженных силах. Борьба за пополнение поредевшего призывного контингента и стремление любой ценой сохранять устаревшую малоэффективную призывную армию обернется серьезным социальным напряжением и нанесет очередной удар по репутации российских Вооруженных сил.

Проблема обострилась после того, как перед Новым годом тему отмены отсрочек, которая уже однажды, минувшим летом, выкатывалась как пробный шар, зондирующий общественное мнение, затронул министр обороны. Заговорили даже о референдуме по этому поводу. Беспокоиться инициаторам плебисцита не о чем: если он будет проведен, сомнений в том, что население поддержит сохранение отсрочек от службы в рекрутской армии, нет. Об этом красноречиво свидетельствует социология - во всех группах населения с любыми политическими взглядами доверие к армии катастрофическим образом упало и, соответственно, никто не хочет, чтобы она вела, да еще в условиях демографического спада, войну на своей территории с молодым мужским населением.

Аргументы по поводу необходимости изменения системы комплектования военной организации России, ее модернизации и адаптации к требованиям государства и общества хорошо известны. Однако сам ход военной реформы вызывает некоторое недоумение. Например, федеральная целевая программа перехода на контрактную армию, по свидетельству одного из авторов реформы профессора В.И. Цымбала, рассчитана в ценах 2003 года и до сих пор не индексирована. О какой дискуссии по поводу чрезмерной экономической цены перехода на контрактную армию в ситуации административного бездействия вообще может идти речь? (К тому же, согласно расчетам, которые хорошо известны с 2002 года и никем пока не опровергнуты, реформа системы комплектования в годовом исчислении стоит примерно 0,3 процента ВВП.)

Отмена отсрочек оправдывается тем, что срок воинской службы должен быть сокращен. Однако тогда, во-первых, следовало бы синхронизировать процесс отмены и сокращения. Между тем, согласно одному из постановлений правительства, федеральный закон о сокращении срока службы должен был быть подготовлен... в четвертом квартале 2003 года. Закона нет, и пока остается только довольствоваться слухами о том, что наверху обсуждается то год обязательной для всех службы, то полтора.

На самом деле все это - позднейшие искажения несколько иной ключевой идеи: переходный период к контрактной армии должен был сопровождаться формированием мобилизационного резерва. Для чего предполагалась отмена отсрочек, но со сроком службы не год и не полтора, а 6 месяцев. А это уже принципиально иной подход.

Теперь все-таки об аргументах социального и демографического характера. К сожалению, реформу надо проводить быстро. Демографы и статистики говорят о неизбежном начале сокращения численности населения, начиная с 2005 года. С 2006-2007 года начнется снижение числа юношей призывного возраста, которое достигнет своего пика к 2011 году. Это вполне достаточное время для того, чтобы успеть провести реформу. (Если, конечно, ее все-таки реально проводить, а не сознательно отставать от графика, который был согласован в принципиальных моментах в 2002-2003 годах.)

В стране в принципе будет не хватать рабочей силы - численность трудоспособного населения уменьшится, нагрузка на работающих, "содержащих" все большее число пенсионеров, увеличится. Между тем новая экономика потребует не просто дополнительных трудовых ресурсов, а квалифицированных работников. Отсюда - все возрастающие ценность и цена высшего образования.

Так что нынешнее военное строительство противоречит основным демографическим и экономическим тенденциям современной России, не говоря уже обо всем остальном мире. Попытки идти против социальных тенденций неизбежно вызовут существенное социальное недовольство, вплоть до акций гражданского неповиновения.

Призывать к 2011 году все равно уже будет решительно некого, особенно если рост ВВП сохранит сколько-нибудь значимую динамику, реальные доходы населения станут устойчиво расти, а дифференциация между самыми бедными и самыми богатыми уменьшаться. Помимо демографических факторов будут действовать факторы финансовые и имущественные - значительно большая, чем сейчас, часть населения окажется в состоянии, говоря прямо, откупиться от рекрутчины еще советского типа. Ведь ни для кого не секрет, что в обстоятельствах нынешнего времени в армию зачастую попадают выходцы из семей социальных аутсайдеров. В своей только что вышедшей книге очерков экономической истории "Долгое время" Егор Гайдар, принимавший участие в разработке концепции военной реформы, пишет: "Призыв становится несправедливым натуральным налогом, ложащимся на бедные, низкостатусные группы населения, не способные обеспечить своим детям освобождение от службы". Это, во-первых, в принципе несправедливо. Во-вторых, плохо для самой армии, получающей некачественный человеческий ресурс, да еще в ситуации, когда вооруженные силы модернизируются в военно-техническом отношении.

Получается, что отсутствие реформы - это подготовка к вчерашней войне, сохранение представлений о мире, вероятном противнике, самой природе современной войны дореформенного, даже доперестроечного времени. Это не просто смешно или печально. Это - катастрофа, потому что современная профессиональная армия является одной из основ постиндустриального общества и государства. Сохранение армии и системы ее комплектования образца индустриального или даже аграрного общества абсолютно неадекватно происходящим в мире и в стране переменам.

США перешли на новую - профессиональную - систему комплектования вооруженных сил в 1973 году. Переход от смешанной - добровольческой и призывной - армии занял три года после того, как в начале 1970 года президент Ричард Никсон согласился с выводами специальной комиссии о необходимости реформы. Американцев научил уму-разуму неудачный опыт войны во Вьетнаме. Однако аргументы участников специальной комиссии, в которую входили среди прочих лауреат Нобелевской премии по экономике Милтон Фридман и впоследствии многолетний глава Федеральной резервной системы Алан Гринспен, были ровно теми же, что и у российских сторонников реформы системы комплектования - экономическими, социальными, демографическими. Интересы общества и армии в этой схеме не входили в трагическое или трагикомическое, как у нас, противоречие.

Однако в те годы у Америки было то, чего не достает нам - политическая воля к реформе и ее качественное администрирование. Американцы подозревали, что войны будущего окажутся не похожими на вчерашние.

Власть Безопасность Армия