Новости

02.02.2005 03:00
Рубрика: Общество

Тайный совет в особняке Демидова

Руководители РАН обнажили свои стратегические секреты

В повестке дня, разосланной накануне, значилось, что по главному вопросу "О работе Комиссии Президиума РАН по совершенствованию структуры Российской академии наук" выступят ее вице-президенты Валерий Козлов и Александр Некипелов. Никаких предварительных материалов не раздавали, и все приглашенные рассаживались с расчетом внимательно выслушать заявленные устные сообщения, а потом, в рамках предусмотренной дискуссии, их обсудить.

Заседание началось с некоторой задержкой - ждали президента РАН Юрия Осипова. Но, как только он занял центральное место в президиуме, председатель совета директоров академик Сергей Алдошин, оглянувшись в его сторону, свое вступительное слово обратил... к журналистам. В том смысле, что вопрос очень щепетильный, можно сказать, семейный: для начала хорошо бы самим разобраться, а вы торопитесь, выдергиваете из контекста, выдаете рабочие материалы за готовые решения, словом - не помогаете, а скорее наоборот...

По форме все было вежливо, по сути - оскорбительно. Под тягостное молчание мы вышли из зала заседаний и поймали на себе иронично-сочувствующие взгляды многоопытных секретарей-референтов: тут, мол, и не такое видали. Да, наверное. И нам не надо долго объяснять, что такое закрытое рассмотрение. Но, когда тебя приглашают, а потом публично указывают на дверь, это объяснить трудно, но о причинах можно догадаться. Больше всего было неловко за академика Алдошина, которому пришлось озвучить полученное в последний момент указание...

Совет директоров академических институтов, как и президиум РАН, с виду не похож на Генштаб, но дисциплина тут (о пропускном режиме уж не говорю) не менее строгая. Никто из присутствующих вчера не вступился за журналистов, не подал даже извинительной реплики. Может быть, члены совета не знали, что представителей СМИ официально оповестили об этом заседании и пригласили участвовать в нем? Так пусть знают: пресс-служба академии заблаговременно провела аккредитацию и представила список с фамилиями моих коллег из ИТАР-ТАСС, "Радио России", "Парламентской газеты", еженедельника "Поиск"...

Этим фактом недоверия не просто оскорблено профессиональное достоинство нескольких журналистов. Выражено неуважение к нашим читателям и радиослушателям, а это, если объединить только "РГ", "Радио России" и "Парламентскую газету", несколько миллионов человек в нашей стране и за ее пределами.

Из нынешнего руководства РАН нередко слышны упреки в адрес прессы - за необъективность, предвзятость в отношении академии, поверхностные суждения и неуважительный тон. Но не сами ли они провоцируют такое к себе отношение, когда избегают открытого общения с масс-медиа, уходят в круговую оборону по всему фронту сотрясающих академию проблем?!

Сдается, что ее нынешнее руководство теряет последних сторонников. И невольно закрадывается вопрос: что и от кого спасает в таком случае президент РАН Юрий Осипов? Отечественную науку? Или, может, свое привилегированное положение в ней?

P.S.

Когда на президиуме РАН генеральный директор Московского института теплотехники Юрий Соломонов заявил, что презентованная год назад во время стратегической штабной тренировки уникальная, по словам президента РФ, ядерная боеголовка ("с широким маневром по курсу и высоте"), легко преодолевающая хваленую американскую ПРО, в действительности не достигла своей условной цели, а "сгорела над космодромом Свободный", - такое простодушное признание журналистам слушать не заказано. А вот о том, грядут ли хоть какие-то перемены в разветвленном ведомстве господина Солнцева, управделами РАН, практически не подконтрольного ни президиуму, ни общему собранию академии, никому знать не положено. Вот, оказывается, где наш главный бастион и сверхсекретный стратегический ресурс...