Новости

09.02.2005 01:30
Рубрика: Культура

Диана Арбенина: Русского рока нет

Российская Газета: И что ж это такое - "Симаута"?

Арбенина: В переводе с японского это "песни островов". Конкретно эта - песня острова Окинава, одной из японских провинций. Красивейший остров, который пострадал в 1946 году от американских налетчиков. Там каждый второй житель погиб. Поэтому "Симаута" это та история, которую помнят японцы и не устают ее вспоминать.

РГ: Японский музыкант будет играть на своем инструменте?

Арбенина: Называется он сансин, и есть очень разные версии, из чего он сделан. Кто-то говорит, что из кожи крокодила, кто-то - из кожи змеи. Не могу сказать, как звучит, потому что аналога в русских инструментах просто нет. Но напоминает лютню.

РГ: От кого исходило предложение сотрудничать - от вас или от него?

Арбенина: Это был такой взаимный интерес, мы параллельно услышали музыку друг друга, он "снайперскую", а я - его.

РГ: Когда вы будете выступать в Японии, программа будет называться в честь какой-нибудь вашей песни?

Арбенина: Хороший вопрос, я об этом еще не думала. Там мы выступаем 22 и 23 апреля, и если мне предоставят такую возможность, то я как-нибудь по-русски программу назову.

РГ: Как вы друг друга понимаете?

Арбенина: Общаемся мы, конечно, на английском. Японский язык у меня вызывает глубочайший интерес, но учить его не хватает времени. А когда-то давно, когда я еще жила в родном Магадане, передо мной был выбор: либо ехать в Питер, либо изучать японский вторым языком, поскольку я лингвист по образованию. Я выбрала, конечно, Питер.

РГ: Вообще у вас есть интерес к японской культуре?

Арбенина: Безусловно, есть, и мне приятно, что наш русский народ повернулся в сторону Востока. У них удивительные традиции, и это очень здоровая нация. Если наша страна будет смотреть туда и внимательно следить за тем, что происходит на Востоке, я думаю, что мы все будем здоровее.

РГ: Вот у вас первый концерт во МХАТе. Как вы относитесь к этой сцене?

Арбенина: Дело в том, что у нас традиционно в мае акустические концерты во МХАТе имени Горького. Сейчас мы немножко наступаем на горло, потому что у нас в мае все равно будет концерт. Но мы решили именно там сыграть с японцем, потому что сцена уже привычная для нас и нам там хорошо играется.

РГ: Но там очень жесткая охрана, которая ужимает эмоции поклонников, да и выдавать театральные подмостки за рок-сцену как-то странно.

Арбенина: Что касается наших поклонников, никто пока не жаловался, что им руки заламывали. А к року в театре я уже привыкла. Хотя сначала было конечно немножко диковато, а сейчас я могу сказать точно, что это абсолютно обжитая рокерами площадка и никакого диссонанса у меня не вызывает.

РГ: Кстати, поклонники в Интернете ругаются, что билеты во МХАТ дорогие...

Арбенина: Это не моя политика ценовая, мне бы дать волю - я бы вообще бесплатно играла, потому что очень люблю свою профессию, люблю то, чем занимаюсь. Это нужно обращаться к тем людям, которые организовывают концерты.

РГ: Я помню, у вас была такая фишка на концерте, что вас под финал как бы убивали на сцене. Будет ли в конце концерта с японцем харакири?

Арбенина: Мне бы, конечно, не хотелось сыграть последний концерт в моей жизни с ними, потому что хочется попеть еще. Убийство было единственный раз на "Нашествии", это придумал Максим Виторган. Меня просто обвязали порохом, и на песне "Катастрофически" в какой-то момент я дернула чеку и взорвалась. Я думаю, больше не повторится.

РГ: Могут ли подобные восточные вливания как-то изменить стиль "Ночных снайперов"?

Арбенина: Безусловно, музыкальная мысль, она меняется. Что касается японцев, то это абсолютно иные мелодические расклады, поэтому я могу точно сказать, что мелодика "Ночных снайперов" может немножечко измениться.

РГ: Вам не кажется, что русский рок становится непопулярным?

Арбенина: Я могу сказать больше: русского рока не существует вообще. То, что сейчас есть, - это полный отстой и туфта, которую слушать невозможно. Во всяком случае, я не могу. Его непопулярность вызвана тем, что он стал какой-то очень причесанный, невнятный, невразумительный. Новые группы "Уматурман", "Звери" - это попса...

РГ: А где критерий, по которому можно понять четко, где рок, а где поп?

Арбенина: Критерий, наверное, все-таки в искусстве. Группа "Звери" - вообще антиискусство и антигруппа. Она абсолютно четко высчитана маркетологами и рассчитана на определенную прослойку общества из спальных районов - Марьино, Братеево. Что касается группы "Уматурман", то я их называю "лайт-попса" - абсолютно непонятные тексты, и вокал вместе с мелодикой.

РГ: Что делаете вы, чтобы вас однажды не назвали попсой?

Арбенина: Безусловно, я избирательна, меня так просто не запрячь в какое-нибудь там ток-шоу. Это смешно, более того, я могу сказать, что касается нашего ТВ - оно не подает особых надежд, потому что появилось очень много лабуды типа "Пять вечеров", все эти малаховские вещи, которые невозможно ни слушать, ни видеть. Поэтому в такого рода шнягу меня не затащить, это понятно.

РГ: А вас приглашали на "Фабрику звезд"?

Арбенина: Я там была дважды. Полное разочарование. Я была на второй и была на пятой, думала, что хоть что-то изменилось. Ничего не изменилось, только хуже все стало, и, на мой взгляд, пятая "Фабрика" - самая слабая.

РГ: С вами работают стилисты или имиджмейкеры, которые создают тот самый образ, который мы знаем?

Арбенина: Это невозможно. Я очень строптивая и никому не позволяю этого делать.

РГ: Можно ли вас где-нибудь увидеть в вечернем платье, на каблуках?

Арбенина: Да ради бога! Пригласите меня на свидание!

РГ: А как вы представляете романтическое свидание со мной?

Арбенина: Мне бы очень понравилось, если бы мы съездили в какое-нибудь ближнее Подмосковье. В Сергиев Посад например. Мне просто очень не хватает сейчас нашей совершенно конкретной русской духовности. Поэтому никаких ни баров, ни ресторанов, ничего не нужно, а вот поездка за город бы!

РГ: Вернемся к вашему японцу. Вы понимаете японскую поэзию?

Арбенина: Уже да, хотя изначально в нее очень сложно въехать. Но, когда ты проникаешься этим, ты можешь ее чувствовать, ты уже не можешь оторваться.

РГ: А что это за "цветок дэйго" из песни "Симаута"?

Арбенина: Цветок "дэйго" цветет раз в четыре года, и для них это символ несчастья. То есть если расцвел дэйго, то жди войны, природных катаклизмов. Они не любят очень это растение.

РГ: А про Курильские острова он вам не говорил?

Арбенина: Это вообще очень тонкий вопрос, такой же, как "цветок дэйго" и как опять же "Симаута", поэтому мы на такие темы не разговариваем.

РГ: Ему здесь холодно?

Арбенина: Конечно, холодно. Да и мне здесь холодно - я прожила на севере 17 лет, а вот в средней полосе мне не особо уютно.

РГ: Вам тут поклонники подарили сенбернара после песни "Сенбернары". Как поживает песик?

Арбенина: В воскресенье песику исполнилось 10 месяцев, и он абсолютно здоров, счастлив, и мы переехали за город из-за него. Весит он около 85 кг и абсолютно изменил наш образ жизни.

РГ: А как поклонники выражают негативное отношение? Помидорами не кидаются?

Арбенина: Помидорами, конечно, не кидаются, хотя как-то давно, года три назад, был случай - мы играли концерт на Чукотке. Дело было не в любви публики, а просто народ в какой-то момент перегрелся, излишне выпил, и кто-то кинул бутылку на сцену. Она поцарапала мне горло и цапанула сонную артерию. В общем, жива осталась. Я не люблю об этом говорить, и абсолютно этого человека, который это сделал, не виню. Он просто устал.

Культура Музыка
Добавьте RG.RU 
в избранные источники