Новости

05.03.2005 01:30
Рубрика: Общество

Жди меня

Домыслы и телефантазии подменили настоящую жизнь Валентины Серовой, убеждена кинодокументалист Галина Долматовская

Ее жизнь была овеяна романтическими легендами, такими же красивыми, как она сама. Но в ее последние годы и особенно после ее ухода эти легенды стали некрасивыми и циничными сплетнями. Их смаковали газеты и журналы, они стали предметом книг и даже игрового фильма, который скоро увидит зритель. Так что документальное киноисследование Галины Долматовской появилось более чем вовремя.

Российская газета: Почему вы решили снова взяться за эту историю, когда, казалось бы, зритель и читатель уже ею пресыщены?

Галина Долматовская: Именно поэтому. После десятков лет молчания (Серова умерла в 1975-м уже почти забытой) о ней вдруг вспомнили. Но увы, главным образом не как о большой актрисе, а как о героине самых громких романов советской эпохи. В 19 лет она вышла замуж за одного из первых Героев Советского Союза - летчика Анатолия Серова, красавца-богатыря. Он был в звании комбрига, что по сегодняшним понятиям соответствует генеральскому чину. А после гибели Анатолия стала музой, а потом и женой поэта Константина Симонова. Именно ей посвящено лучшее лирическое стихотворение того времени - "Жди меня", ставшее молитвой, заклинанием, талисманом солдат всех войн, доставшихся нашим современникам. До сего дня обрастает невероятными слухами ее роман с маршалом Рокоссовским. Молва приписывает ей бесчисленные любовные истории, закрепленные сегодня фантазиями прессы и телевидения. Такие сюжеты уже хорошо знакомы мне еще по работе над фильмом о Фурцевой, когда пришлось освобождать героиню от всех этих нагромождений, выдуманных для занимательности. Мертвые беззащитны. Можно на все лады тиражировать свои домыслы о чьей-то жизни, ссылаясь на то, что свидетелей нет, и потому домыслы дозволены. Именно так аргументирует свои пассажи о Серовой автор книги о ней Наталья Пушнова. Собственно, эта книга и побудила меня взяться за фильм. Там множество ссылок на мою маму - подругу Валентины Серовой. Правда, Пушнова ее перепутала с другой подругой актрисы, - словом, каша получилась отменная. Книга вышла под рубрикой "биография", а значит, претендует на достоверность. Теперь по ней режиссер Юрий Кара снимает еще и сериал. То есть снежный ком версификаций превращается в лавину. И мне показалось чрезвычайно печальным, что молодые люди, которые до сего дня переписывают своим любимым строки "жди меня", будут представлять себе прекрасную женщину, вдохновившую поэта, опустившейся пьяницей. А ведь она была в моем детстве сказочной феей.

РГ: Но ведь и вы в своей картине говорите о "поисках истины в вине", о том, что актриса так искала спасения от навалившихся на нее бед, среди которых на первом месте - отсутствие работы, "груз несыгранных ролей". Но фильм не объясняет, почему актриса, которая по своему обаянию, красоте и таланту могла бы поспорить с первыми звездами мирового кино, была так мало востребована в нашей стране. Из 11 ее фильмов зрители помнят 3-4: "Девушку с характером", "Сердца четырех", "Жди меня", недавно по ТВ показали "Глинку". А о ее театральных работах можно прочитать только в старых газетах.

Долматовская: Вы сами подсказали ответ: "в нашей стране". В фильме говорится, какой важной персоной стал уже к середине 50-х Константин Симонов. Они развелись с Серовой в 1957 году, и услужливые начальники от театра и кино, не говоря о прессе, тут же отодвинули актрису на задний план, предполагая этим угодить Симонову. Он же снял свои посвящения ей в последующих изданиях, оставив две буквы "В.С." лишь над строками "Жди меня". Так что главный ее губитель - конъюнктура времени.

РГ: Картина сделана от первого лица - вы ее трактуете только такой, какой ее знали лично, отказываясь от каких-либо оценок.

Долматовская: Уже в одной газете был упрек, что нет "компрометирующих подробностей", и что я, наверное, боюсь, "не омрачит ли светлый облик грамм-другой правды". Но, к счастью для меня, другой правды я не знаю. Говорю лишь о том, что могу подтвердить собственной памятью, записями мамы, мемориальными книгами моего отца - Евгения Долматовского, Симонова и архивом самой Серовой.

РГ: Как реальная Серова соотносится с Серовой из легенд?

Долматовская: Мне казалось, что она словно не замечала своей славы. Была на редкость естественной, хоть дома, хоть на людях. И даже застенчивой, хоть я и понимаю, что слово это трудно соотносится с ее обликом. И особенно - с обликом этой блистательной супружеской пары: Серова - Симонов. Считается, что она была любимицей Сталина, но близко его видела лишь несколько раз. Включая похороны мужа-летчика Серова. Впрочем, если судить по хронике, она тогда вообще никого не видела, целиком ушла в свое горе. В остатках официальной хроники похорон Серова мы нашли кадры, где рыдает двадцатилетняя вдова, в которой трудно узнать только что шагавшую по экранам "Девушку с характером". Она была бесконечно добра и щедра и очень органична в своем демократизме и в этой щедрости. Меня потрясло, с каким тактом после развода с Симоновым она сама уступила своим и его друзьям Симонова, отошла в сторону.

РГ: Открыли ли вы для себя что-то новое в процессе работы над фильмом?

Долматовская: Перебирая архив Серовой, который мне дала ее дочь Мария Симонова, я была ошеломлена, с каким тщанием она хранила каждую записочку, каждую телеграмму от друзей, треугольнички солдатских писем с фронта. Потрясают ее дневники свиданий с дочерью, с которой она была разлучена до своего "перевоспитания". Невозможно было себе представить, что эта золотоволосая красавица от руки переписывает роли, которые хотелось бы ей сыграть. Сравнивает разные переводы "Гамлета", на отдельной страничке выписывая, как читается в различных вариантах та или иная фраза. Ее архив подарил мне и несколько личных открытий, о которых я смею говорить, потому что они в какой-то мере относятся к истории советской литературы. Так, Маша Симонова дала мне первый самодельный экземпляр книги стихов Симонова "С тобой и без тебя", где эпиграфом служат строки моего отца из его стихотворения 1938 года "Комсомольская площадь", много позднее оно стало песней: "Расставанья и встречи - две главные части,/ Из которых когда-нибудь сложится счастье". В том же "самиздатовском" сборнике стихам, написанным после извещения о гибели моего отца: "Мы не увидимся с тобой, а женщина еще не знала" (извещение, к счастью, оказалось ложным), предпослано посвящение ему - потом оно, естественно, было снято... В архиве Серовой нашлось и горькое стихотворение "Украине", написанное от руки отцом с дарственной надписью: "Вале Серовой". Таких дорогих мне крупиц в ее архиве немало.

РГ: На какого зрителя рассчитан ваш фильм?

Долматовская: Конечно, на премьере в кинотеатре "Художественный" преобладала публика старшего возраста, но и процент молодежи, к моей радости, оказался немалый. Сейчас я читаю в Интернете первые отклики на фильм - среди них наиболее тонкие и яркие статьи принадлежат молодым критикам. Мне ведь хотелось сделать картину без "клубнички" и при этом удержать зрителя, приученного к "жареным" фактам, заставить его облиться слезами над правдой этих своих открытий. Словом, это был в каком-то роде эксперимент - попытка документальной мелодрамы. Ведь по сути драма Серовой - это драма любви, хорошо знакомая миллионам женщин.

Общество Ежедневник Образ жизни Культура Кино и ТВ