Новости

10.10.2005 01:00
Рубрика: Общество

Чины человеку нежелательны

Сергей Слонимский против анкетных данных

В 40-е годы ХIХ века он создал вычислительную машину, получил Демидовскую премию, был представлен Александру III. Но поспорил с царем, и тот сказал: "Машина хорошая, еврей плохой". Отец музыканта был известным советским писателем, одним из "Серапионовых братьев", работавший в молодости секретарем Максима Горького, друживший с Евгением Шварцем, Михаилом Зощенко, Вениамином Кавериным, Константином Фединым.  

Российская газета | Сергей Михайлович, Петербург - толерантный город?

Сергей Слонимский | Петербург всегда был многонациональным городом. Просто сегодня чересчур много приезжих, исчезла проблема с пропиской и сильно изменился состав населения. К сожалению, это одна из причин резкого понижения культурного уровня жителей. Пройти вечером мимо группы подростков сегодня страшно даже взрослому человеку - могут забить. Это частичное одичание очень опасно. Бескультурному населению бесполезно твердить о толерантности. Думаю, что власть, которой кажется, что пропаганда культуры, искусства - барские затеи, не нужные народу, недальновидна. Народ, которому государственные телеканалы навязывают тотальную рекламу смеха, грубости, хамства, может смести власть в один момент.

РГ | Многие сегодня говорят о том, что стране необходима национальная программа воспитания толерантности. Вы с этим согласны?

Слонимский | Лучше уж начать изучать "Историю Государства Российского" Карамзина.

Нам всем, и молодежи в первую очередь, следует знать происхождение великого русского народа, его многонациональные корни, понять органическое смешение севера и юга, востока и запада. Нужно осознавать, что все мы - частицы общего большого демоса, так как племена варягов, хазар и половцев породнились много поколений назад. Поэтому анкетный подход к человеку: национальность, возраст, пол, место жительства - примитивен. А ксенофобия вытекает из анкетного подхода.

РГ | Скажите, в чем истоки такого явления, как петербургский снобизм?

Слонимский | Я считаю, что снобизм отвратителен, а те, кто причисляет себя к элите, - это чернь. Ни Пушкин, ни Достоевский не были снобами. Достоевский всю жизнь зарабатывал деньги своим трудом и умер совсем не богатым человеком. Всякого рода претензии на элитарность не присущи настоящим коренным ленинградцам. Неуместно также ни в столице, ни у нас такое явление, как городское местничество. Смешно звучит: манчестерский композитор, лондонский писатель? С москвичами Шнитке, Губайдулиной, Эшпаем, Денисовым я всю жизнь дружил, мы не разделялись по месту жительства. В то же время сегодня есть такое явление, как столичное, имперское чванство. Это когда к нам из Москвы приезжают облаченные властью чиновники, с высокомерием относящиеся к нашей консерватории. А раньше Петербургская и Московская консерватории всегда дружили. Чайковский был почетным профессором Петербургской консерватории, а Римский-Корсаков - московской.

РГ | Многие считают, что петербургский снобизм оправдан высоким уровнем образованности жителей, приобщенностью к его культурным и архитектурным шедеврам.

Слонимский | Мое окружение лишено этого качества. Какой может быть снобизм, когда человек едва сводит концы с концами материально? Тут, скорее, можно вспомнить Роберта Бернса: "Кто честной бедности своей стыдится и все прочее, тот самый жалкий из людей, трусливый раб и прочее". Все забыто, и я вместо строк Бернса вижу плакат: "Стыдно быть бедным". По-моему, стыдно такие плакаты вывешивать.

РГ | Но что плохого, например, в сплачивающем людей петербургском патриотизме?

Слонимский | Любить свой город - естественное состояние, но при этом не следует этим чувством себя кому-то противопоставлять. Я даже против присуждения званий "Почетных граждан Петербурга". Раньше это звание присуждалось богатым купцам, потратившим на нужды города большие деньги. А сейчас стало поводом для тщеславия, получения дополнительных привилегий. К тому же в основном почетными гражданами становятся у нас люди, которые имели достаточно привилегий и власти еще в брежневское время. Правда, есть три исключения: Лихачев, Бродский и Гранин. Бродского я сам предложил Собчаку сделать почетным гражданином Петербурга. Но я согласен с Римским-Корсаковым, который говорил, что излишние чины человеку нежелательны, так как являются поводом для высокомерия.

РГ | Вам, как польскому еврею, трудно было пробиваться в жизни?

Слонимский | Трудно было пробиваться по другой причине, раньше считалось, что старое интеллигентское воспитание - это очень плохо и нужно рождаться непременно между молотом и наковальней. Плохо было также потому, что мой отец был обруган постановлением ЦК в 1946 году, мои учителя были обруганы в 1948 году постановлениями по музыке...

РГ | То есть национальность влияла в меньшей мере?

Слонимский | Тоже играла роль. И тоже сказывалось плохо. По всем пунктам я был человеком второго сорта. Может быть, даже и сегодня таковым остаюсь, потому что сейчас самое главное - иметь большие деньги. А у меня их нет.