Новости

13.10.2005 04:00
Рубрика: Общество

Где есть свобода, там нет диссидентства

Наталья Солженицына. Фото: Юлия Майорова.- Кого сегодня можно назвать диссидентом?

- Никого. Если понимать "диссидентство" как инакомыслие по отношению к господствующей идеологии, причем инакомыслие наказуемое, - людей ведь при коммунизме за это лишали свободы, а то и жизни, - то сегодня термин "диссидентство" неприменим: господствующей идеологии нет, и мыслить можно как угодно, выражать это вслух - и вполне без последствий.

Кто сегодня диссидент?

Мария Розанова,
писатель, вдова Андрея Синявского:

- Мне иногда кажется, что единственный диссидент в России сегодня - это я. По своему невероятно критическому отношению к тому, что сегодня в России происходит. Даже у тех людей, которые ходят сегодня в России под этим названием, я все время в разговорах с ними нахожу самые разные оправдания или послабления, или соглашения с тем, что мне категорически не нравится. Градус критики у современного диссидента должен быть гораздо выше.

Элла Памфилова,
председатель комитета по правам человека при президенте РФ:

- Если речь идет о чистом понимании этого слова, то чистых диссидентов нет. Есть обиженные олигархи, обиженные политики, оппозиция, просто те, кто недоволен.

Юрий Кублановский,
поэт, высланный из СССР:

- Диссидент сегодня коллективный: трудовая интеллигенция, замученная нищетой и бесправием. В моем родном Рыбинске отправленный на пенсию блестящий инженер в прошлом году мог в это время позволить себе морковь и капусту, а в этом - одну крупу.

Татьяна Заславская,
социолог, академик РАН

- Я думаю, что это научный все-таки термин. Дословного перевода этого слова, я, к сожалению, не знаю. Мне понятно, кто были диссиденты в 70-80-х годах: это те, кто уходил в дворники. Это была очень специфическая группа, люди сознательно отказывались от созидательной деятельности, которая помогает враждебному им государству, сегодня я таких не вижу. Эта категория людей была вызвана к жизни специфическим моментом истории. История пошла дальше. И сейчас другая общественная ситуация.

Валентин Гефтер,
директор института прав человека:

- Сегодня диссидентов в общем смысле этого слова чуть ли не больше половины России. У нас теперь такие времена, что каждый второй не хочет идти в ногу с мейнстримом, и имеет свое особое мнениеи позицию и выпадает из роты, которая шагает в ногу. Но в старом советском смысле слова диссидентами назывались люди, которых теперь называют правозащитниками.

Общество Ежедневник Образ жизни Власть Право Права человека Культура Литература 15 лет "Российской газеты" Экранизация "В круге первом"