Новости

27.10.2005 03:30
Рубрика: Власть

Нерусские в России

Есть ли у нас расизм?

В Черноземном представительстве "РГ" в Воронеже мы провели совет экспертов на тему "Чужие. Есть ли расизм в России?" В нем приняли участие заместитель прокурора Воронежской области Иван Замараев, координатор землячеств иностранных студентов Воронежа Симо Кхамаль, председатель комитета Воронежской областной Думы по законодательству, безопасности, правам человека Александр Пономарев, руководитель общественной приемной Уполномоченного по правам человека Андрей Рашевский, аналитик управления ФСБ по Воронежской области Андрей Марков, психолог Игорь Романов. Вела совет экспертов заместитель главного редактора "Российской газеты" Ядвига Юферова.

"Уважай или уезжай"

Российская газета | Трагическая новость об убийстве перуанского студента в Воронеже, где учатся 1400 иностранцев, стала в десятых числах октября одной из главных на лентах информационных агентств. Вот только некоторые заголовки статей в российской и мировой прессе: "Гроб вместо диплома", "Злой город", "Учеба с риском для жизни"... Мы приехали в Воронеж, где были популярны листовки "Уважай или уезжай!", чтобы вместе с вами разобраться, как город может справиться с этим грузом обвинений. Что, совесть, разум, воспитание должны ограничить первобытный инстинкт - ксенофобию - боязнь чужих? Но прежде всего слово прокурору: какие последние данные в расследовании преступления?

Иван Замараев | Сегодня установлены и задержаны 14 человек (13 арестованы, один под подпиской о невыезде), участвовавшие в нападении на иностранных студентов возле спорткомплекса "Олимпик". По их объяснениям, 9 октября они там отдыхали. Примерно в семнадцатом часу заметили непонравившуюся им группу подростков-рэпперов и избили ее. В 18 часов обратили внимание на группу иностранных студентов, среди которых был один русский студент, затем жестоко их избили. Били руками и ногами, палками, железными прутами. Один из них пустил в ход нож.

На раскрытие этого преступления были брошены все силы, им занимаются самые лучшие специалисты не только прокуратуры, но и из ФСБ, ОВД. Несмотря на то, что преступники сбежали с места преступления, их очень быстро установили и задержали. Преступление раскрыто. Теперь его нужно квалифицировать. Нам постоянно задают вопрос: какой мотив преобладал у преступников? К сожалению, сейчас нельзя однозначно ответить на этот вопрос, поскольку обвинение еще никому не предъявлено. Оно будет предъявлено в ближайшее время, и тогда можно будет дать официальный комментарий. Пока есть данные - они активно проверяются, - что преступление было совершено на почве национальной и расовой розни.

РГ | Реакция, которая последовала в Воронеже на убийство иностранного студента, если честно, насторожила. Когда в Петербурге убили таджикскую девочку, губернатор Валентина Матвиенко жестко заявила: расизм и ксенофобия недопустимы, убийцы будут найдены и наказаны, скинхеды - позор нации. А из Воронежа последовали вялые комментарии: мол, непонятно, ксенофобия это или хулиганство, нацисты или элементарные гопники?

Замараев | Cобытия последних двух лет в Воронеже заставили общественность и СМИ рассматривать город под лупой. Все ищут основания для вывода: "Воронеж - расистский город". Да, у нас возрастает количество преступлений против иностранных граждан. В прошлом году было совершено 61 преступление, в этом году за девять месяцев - 106. Но далеко не все они происходят на почве расовой и национальной розни. Подавляющее большинство - по иным мотивам, из которых лидируют корыстный и хулиганский. Грабителю, как правило, безразлично, у кого отнять кошелек или мобильник, хулигану тоже. Но при этом, конечно, нельзя отрицать, что определенная часть молодежи в Воронежской области, как и в России в целом, придерживается националистических взглядов.

В 2002 году мы привлекли к уголовной ответственности некоего Жигульского. Он распространял литературу с призывами к разжиганию национальной и расовой ненависти. Осужден, несет наказание. Мы стараемся реагировать на распространение литературы и всевозможных листовок подобного содержания. Мы тщательно проверяли все версии совершенного в феврале прошлого года нападения на студента из Гвинеи-Бисау Амару Лима. Никто никого не отмазывал и не покрывал, мы твердо остановились на версии: это убийство из националистических побуждений. Суд был открытый, преступники осуждены на длительные сроки лишения свободы.

В Воронеже первыми запретили РНЕ

РГ | Уполномоченный по правам человека в России Владимир Лукин прокомментировал трагические события в Воронеже так: "Безусловно также и то, что внутри структур, обладающих властью и влиянием, существует зона негласной поддержки озверевших бандитов, непротивление им и выгораживание их. Эти зоны нуждаются в решительном и гласном выявлении и проветривании. Иначе смрад не рассеется, а режиссеры с исполнителями будут вновь и вновь ускользать от встречи с законом или отделываться символическим наказанием". Так ли это в данном конкретном случае?

Андрей Рашевский | Воронежцы прекрасно помнят времена, когда весь город был обклеен листовками РНЕ (и это продолжалось длительное время). Однажды у нас приняли решение, что члены РНЕ будут участвовать в патрулировании улиц как дружинники. И они даже вышли в рейд в этом статусе. И только после того как правозащитные организации на всю Россию возмутились, рейды прекратились. Известный руководитель "Памяти" Дмитрий Васильев не зря любил Воронеж и постоянно сюда приезжал, ему здесь оказывали очень теплый прием. И другие лидеры всевозможных движений националистической окраски с удовольствием приезжали в Воронеж. А попытки противодействовать этому, робкие марши протеста никогда не получали со стороны власти серьезной поддержки. Поэтому то, что мы сейчас пожинаем, как и разговоры о том, что Воронеж становится центром нацизма, не случайны.

У нас есть городская газета "Берег", публиковавшая откровенно националистические материалы. Мы обращались в прокуратуру по поводу ее содержания, никакой реакции не последовало.

Замараев | Неправда. Я лично выносил главному редактору официальное предостережение. А вскоре он не без нашего влияния был освобожден от занимаемой должности. Кроме того, у нас - впервые в России - по инициативе прокуратуры и юстиции и по решению суда была запрещена организация РНЕ. У меня много примеров самой жесткой реакции правоохранительных органов на такие факты. После убийства Амару Лима, студента из Гвинеи-Бисау, мы собрали все заинтересованные ведомства, представителей всех общественных организаций, иностранных студентов. Дважды обсуждали эти вопросы в прокуратуре за "круглым столом", выработали очень серьезные меры.

Но, к сожалению, я должен согласиться с тем, что администрация, областная Дума и особенно органы самоуправления миллионного города делают очень мало либо вообще ничего для противодействия экстремизму.

Андрей Марков | А кто-нибудь видел бюджет органов местного самоуправления? У нас отопление сегодня пущено не во всех домах, а вы хотите, чтобы они экстремизму противодействовали.

Рашевский | Но гражданская реакция Воронежа, конечно же, отличалась от реакции в Санкт-Петербурге. Первый комментарий наших официальных лиц: никакой национальной подоплеки. Затем: мы еще не разобрались, не вникли. Да, я согласен, нужно дело расследовать до конца. Но зачем же тогда спешить с оценками: убийство произошло по хулиганским мотивам?

Хочу обратить внимание и на то, что в последнее время у нас довольно-таки авторитетным политическим лидером становится Дмитрий Рогозин, высказывающийся здесь, в Воронеже, в откровенно националистическом духе. Мало того что ростки на эту почву брошены давным-давно, так идет еще и подогревание их сейчас. Я прожил в Воронеже всю жизнь, и мне стыдно за происходящее. У нас даже в телеопросах после убийства Энрике молодежь не стеснялась очень негативно высказываться в адрес иностранных студентов.

Время ярлыков

Марков | Но и наши правозащитники не всегда реально оценивают ситуацию. Андрей Юров, член Московской хельсинкской группы, представитель молодежного правозащитного движения говорит, цитирую: "РНЕ запретили как экстремистскую организацию. Но националисты никуда из Воронежа не исчезли. Здесь они образовали свою организацию, обзавелись спонсорами и прекрасно себя чувствуют". Знаете, такое надо доказывать. Укажите нам хоть на одного такого спонсора, мы будем с ним работать. Нет такого в городе, чтобы националисты себя прекрасно чувствовали при шикарных спонсорах, разъезжали тут чуть ли не на танках с бронетранспортерами и убивали направо и налево. Реакция наших правоохранительных органов адекватна. Убийцы студента из Гвинеи-Бисау получили очень большие сроки. Но последовало новое убийство. Городу действительно не хватает взаимодействия в рамках гражданского общества. Но к нам не было ни одного обращения от общественных организаций, видимо, отношение по старинке такое: вы там ЧК, а мы здесь гражданское общество. Но люди, работающие в правоохранительных органах, на госслужбе, тоже граждане.

Игорь Романов | А мне вообще непонятно, какой политической реакции все так ждут от города. Прошлогоднее убийство не вошло в десятку новостей мировых информационных агентств, а это вошло. Шквал статей в московских и мировых СМИ: в результате Воронеж почему-то должен начать рвать на себе волосы, покаянно приговаривая: "Мы - столица расизма". Вы знаете, это какие-то особые правила медийной игры, мне они непонятны. Мы серьезно задаемся вопросом: а областная Дума проявила какую-то реакцию? Сделала жест или не сделала? А жест этот на самом деле жизнь не меняет. Я не понимаю все эти массовые ожидания покаяния. Вешать ярлыки расистов на кого-то не лучше, чем вешать расистские ярлыки "чужой", "не наш". Но "расистским городом" нас называют культурные люди, не бритоголовые гопники. Те, кто формирует этот информационный шквал, должны отвечать за свои слова. Мы не в "злом городе" живем. Мы в университете проводили достаточно глубокие исследования, и я могу, опираясь на них, подтвердить: нет у воронежских жителей особенной ненависти к иностранцам. Есть тихая зависть из-за того, что часто они живут немножко лучше, чем среднестатистический воронежец. Есть раздражение по поводу того, что воронежским девушкам с иностранными студентами иногда выгоднее дружить. Те 400-500 долларов в месяц, которые им могут (не всегда) прислать родители, как правило, в 3-5 раз выше той помощи, что могут позволить себе воронежские родители среднестатистического студента. Но наше исследование показало: в отношении воронежцев к иностранцам нет каких-то выраженных элементов расизма. Поэтому давайте разбираться в ситуации серьезно и с политической, и с правовой, и с психологической точки зрения. Я понимаю в какой-то мере нейтральную позицию правоохранительных органов. С точки зрения закона убийство есть убийство, убийца должен быть найден и наказан вне зависимости от того, какой национальности была жертва.

Виктор Чемодуров, собкор "РГ" в Курске | Я пять лет учился в воронежском университете. Мы праздновали с иностранными студентами Новый год, мы не считали их "другими" людьми. Мне, курянину по рождению, и тогда, и сейчас Воронеж представляется городом высокой интеллигентности - и в трамваях здесь тише, и интонации у людей спокойней...

Евгений Писарев, собкор "РГ" в Тамбове | Я бы не сказал, что Воронеж особенно знаменит среди городов-соседей по части проявления расовой нетерпимости. В Тамбове тоже есть случаи нападения на иностранных студентов. Недавно суд вынес приговор по поводу избиения вьетнамского студента на почве расовой ненависти.

Геннадий Литвинцев, собкор "РГ" в Воронеже | Я только что вернулся из Литвы, был там в отпуске, и из литовских газет узнал, что в городе Шауляй регулярно бьют натовских летчиков - американцев, немцев, французов. Стоит им только заглянуть в бар с девушкой - лупят, отнимают кошельки. Что это, ненависть литовцев к людям другой национальности или обычный грабеж?

Африка - это не страна

РГ | Симо, расскажите, к кому вы обращаетесь, к кому идете со своими проблемами: в милицию, к ректору?

Симо Кхамаль | У нас не было и сейчас нет комитета иностранных студентов, мы можем только в частном порядке общаться друг с другом. Ректору было не до нас, декану тоже. Извините, но если бы к нам стали прислушиваться лет десять назад, этой проблемы бы не было. Это проблема не этого и не прошлого года. Я приехал в Россию в 1994 году, живу здесь более 10 лет, мне здесь хорошо, тут много добрых людей. Первые оскорбления в адрес иностранцев я услышал в 1996 году, узнал значение слов "чурки", "обезьяны" и т. п. Оскорбления эти мы слышали не только от скинов и агрессивных подростков, но и от правоохранительных органов. Проверяя документы, милиционеры нам говорили: уезжайте! В 1996 году я не знал, что такое прокуратура. Не представлял, куда обращаться, если милиционер вымогает деньги. Подходил с этим вопросом в деканат, мне ответили: это Россия, здесь всегда так. Несколько раз мы обращались с жалобами в милицию, писали заявления начальнику РОВД, они попадали в мусорную корзину.

А в 1998 году нас начали избивать. Я знаю парня, студента из Палестины, он потерял глаз. А сколько было моральных травм. Оскорбления эти доказать невозможно. Мы обращаемся в милицию, нам говорят: а где телесные повреждения? Если их нет, разбираться не будут. Полтора года назад случилась настоящая беда: убили Амару Лима - прекрасного студента. Он, как и я, учился в медицинском, мечтал стать хирургом. Мы тогда сделали все, что могли: организовали встречу с мэром города, писали свои предложения. Мы предлагали создать комитет иностранных студентов из пятнадцати человек с обязательным ответственным за безопасность. Не было сделано ничего, ни одно из наших предложений не приняли.

В России сегодня нужна очень серьезная воспитательная работа с обществом, и начинать надо со школы. А то российские школьники думают, что Африка - это страна...

Пономарев | Похоже, наши правоохранительные органы сегодня не могут обеспечить уровень безопасности каждой группы иностранных студентов, которая сегодня хочет поехать в "Олимпик", завтра - в клуб или кафе. Не расставишь на каждом углу посты милиции. Может быть, правильно говорил губернатор: если вузы принимают иностранных студентов, они должны нести за них определенную ответственность. Создавать места, где иностранные студенты могут проводить свободное время. Это не гетто. Просто пока нужна организованность. Если иностранные студенты хотят съездить в тот же "Олимпик", пусть эту поездку для них организуют.

Кхамаль | К сожалению, сегодня многие иностранные студенты, столкнувшись с плохим отношением русских к себе, стараются общаться лишь между собой. Можно легко сделать из общежития золотую тюрьму, но это неправильно. Они не приобщаются к великой культуре России.

И это проблемы не только Воронежа, но и Москвы, Казани, Ростова, Питера. Когда я в Москве, всегда мечтаю поскорее вернуться обратно в Воронеж.

РГ | Воронеж остался в списке городов, рекомендуемых министерством науки и образования для подготовки иностранных студентов. Говорят, здесь хорошие учебные традиции, один из лучших языковых центров. У города есть свои преимущества?

Кхамаль | Здесь есть свои проблемы, но не все плохо. Если министерство вдруг исключит Воронеж из списка рекомендуемых городов, из города уедет примерно четвертая часть иностранных студентов, три четверти останутся, потому что хотят учиться в Воронеже. Что мне надо для учебы? Хорошее общежитие, академия рядом, рынок рядом, все это в Воронеже есть. Этот город можно обойти пешком. Когда я общаюсь с будущими студентами по Интернету, то советую им приезжать учиться в Воронеж. Они пишут: ох, у вас же там иностранцев убивают. "Да ладно, ребята, - отвечаю я. - Здесь можно жить". Я сам не знаю, почему люблю этот город. У меня здесь семья, дочка воронежская. Много людей, получивших здесь образование, женятся и остаются жить в России.

РГ | Это правда, что в попытке наладить диалог с российским обществом, найти общий язык с юными воронежцами вы ходили в детсад и сажали деревья с маленькими детьми?

Кхамаль | Да. Это начинал наш Воронежский государственный университет в 1998 году. Собирались еще ходить в школы рассказывать о наших странах.

Евгений Писарев, собкор "РГ" в Тамбове | Симо, среди иностранных студентов бывают конфликты на расовой почве?

Кхамаль | Нет, у меня ощущение, что только бытовые. Вспоминаю, как на фестиваль прошлого года к нам приехали представители еврейской диаспоры, и мы очень волновались по поводу реакции палестинских студентов. Но ничего не произошло. Израильские студенты пели, остальные слушали и аплодировали.

Кто такие бьющие?

РГ | Кто такие бьющие и убивающие? Кто и что собирает этих людей вместе? Как они устроены, что их мотивирует на драку? Можно ли дать социально-психологический портрет явления?

Марков | Мне кажется, не стоит искать в городе организованного расизма и национализма. Единственное, что эти люди про себя понимают, так это то, что они бьют иностранцев. И специально это делают. Но вряд ли они осознают это как систему политических взглядов. Маргинальная молодежная среда, которая увеличивается и увеличивается, и не только в Воронеже, а во всей России.

Романов | Расизм наших маргиналов тотальный. Так же, как к иностранным студентам, они относятся и к интеллигентам (я готов это с данными в руках доказывать): по формуле "надел шляпу и очки, в рыло тебе". И просто к студентам за то, что учатся и интеллектуально чуть повыше. Ну а если цвет кожи другой, граница чертится жестче и агрессия проявляется ярче.

Виктор Чемодуров, собкор "РГ" в Курске | Ну вообще-то молодежь всегда дерется. Мы в юности тоже ходили драться улица на улицу. Но при этом существовал уличный кодекс чести, правила, через которые никогда не переступали: лежачего не бьют, драка только до первой крови. Сейчас в таких драках торжествует подлость. Действует закон стаи.

Александр Пономарев | Не будем забывать, что мы отпустили 15-17-летнюю молодежь на вольные хлеба в идеологическом плане. Она видит насилие по телевизору, обман власти, и, я думаю, к маргиналам присоединяются такие организованные мальчики-спортсмены из благополучных семей, решившие "очистить" город. Например, от наркотиков. Государство должно возвратить себе уважение со стороны молодежи. Когда молодежь видит, что все вокруг врут, это вызывает отторжение. Я сам иногда задумываюсь, находясь в областной Думе: а туда ли я пошел?

Игорь Романов | Маргиналы бьющие или не маргиналы?Мне кажется, надо ввести понятие "психологической маргинальности". Даже если задержанные за убийство Энрике интегрированы в общество, где-то учатся, работают, у них есть что есть и пить, они все равно остаются психологическими маргиналами: у них выбита почва из-под ног. Они прекрасно понимают, что перспективы не за ними. Люди, у которых есть перспективы в науке, работе, любви, в стаи не собираются. В стаи собираются те, кто понимает, что их вот-вот обойдут. Они ищут почву под ногами и первое, что находят: мы - коренная нация. Собираются под лозунгом "бей всех чужих". Чужими могут быть как иностранцы, так и те, кто слушает иностранцев (рэпперы слушают чужую музыку). Патриотизм в данном случае становится прибежищем для людей, у которых нет перспектив. Последнее же прибежище психологических маргиналов - всегда стая. Учтите, что психологические маргиналы могут быть и в обществе равных возможностей. И в стаи они все равно будут собираться.

Что делать?

РГ | Почему российские студенты в Воронеже не вышли на митинг протеста "Мы хотим жить вместе"? Город, облученный какое-то время назад националистическими лозунгами, не может обойтись профессиональной реакцией прокуратуры и ФСБ. Это, что называется, отраслевая реакция. А где же гражданская? Да, она не должна быть дежурной: "выступил депутат, засветился", но она должна быть. Почему город молчит? Для точных, серьезных, значимых слов не нужны богатые бюджеты. Почему общество не беспокоится о введении альтернативной символики, допустим, на каждой третьей автобусной остановке плакат: африканский студент в обнимку с российским: "Наш город - лидер в образовании". Ведь когда-то наша страна была на третьем месте в мире по предоставлению образовательных услуг: мы можем торговать не только нефтью. Сейчас уже только на восьмом. Социальная реклама дает везде эффект. Стереть уличные афоризмы РНЕ вроде "уважай или уезжай", мало. Люди должны видеть другую символику, другую позицию.

Романов | Может, я излишне пессимистичен, но пока с нас не снимут ярлык расистского города, не будет ни политической реакции, ни покаяния. Никто из наших политиков не пойдет на развешивание таких биллбордов, даже если бизнесмены дадут деньги, потому что это означает признать обвинения в адрес города. Глубоко и профессионально анализировать проблему и искать выход, вот что сейчас нужно делать.

Нам нужна общественная структура, может быть, при губернаторе, областной или городской Думе, которая бы занялась этой проблемой. Не комитет чиновников, а люди, готовые помочь. С обязательными рабочими группами, готовыми вырабатывать долговременные и краткосрочные программы, достаточно обязательные для исполнения в вузах.

Рашевский | Мне стыдно за происходящее в городе. Это не только воронежская проблема, но я говорю о Воронеже, потому что это у меня болит.

Марков | А мне стыдно, что в классе, где учится моя маленькая дочь, один папаша сказал: "Да я бы всех их поубивал" (имея в виду иностранцев). При том, что школа у нас "французская". Чувство стыда, вины очень острое. Но вся эта назидательная экспрессия: "мировая новость, вы сделали плохо, покайтесь", только мешает нам. Я каюсь. Но тем, кто убивал, не стыдно.

Как с ними работать, с теми, кто мелькал во множестве телесюжетов, вовсе не скинами, а просто молодыми людьми, пьющими пиво, сплевывающими и повторяющими: мы их будем бить? И телевизионщики с удовольствием показывали эту экспрессию агрессии. А они от этого только чувствуют себя героями. И никто не показал тех, кто уже сидит долгие сроки за предыдущее убийство.

Пономарев | Действительно, почему никто из журналистов не сделал серьезную передачу о тех осужденных, что отбывают наказание за убийство студента из Гвинеи-Бисау? Не попытался разобраться, что ими двигало?

Замараев | У нас уже есть на государственном уровне осознание, что надо устанавливать негативное отношение к расизму. Существует программа формирования толерантного сознания. Почитать ее, так там такие амбициозные цели - и научные исследования, и разработки, и воспитание, и пропаганда. Но она не выполнена и на 5 процентов. Сформировать сознание с негативным отношению к национализму - огромная задача.

РГ | В знаменитой речи Ф.М. Достоевского на открытии памятника А. С. Пушкину, в жилах которого, как известно, текла и эфиопская кровь, есть великие слова: "назначение русского человека есть бесспорно всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только (в конце концов это подчеркните) стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите". Если у человека, который хочет навести русский порядок, останутся авторитетами Пушкин и Достоевский, если воспитание и образование придут на смену первобытным инстинктам, то многонациональная наша страна перестанет быть многострадальной для тех, кто приезжает сюда в гости, на работу, на учебу, или более того - выбирает для места жительства.

Стыд - тоже публичная реакция. Ваш город перестает быть "городом молчания". Спасибо, что вы не молчали.

   Письмо

Уважаемые родные и близкие Энрике!

Мы понимаем и разделяем всю глубину горя, которое вы сейчас испытываете. Отправив единственного сына учиться в Россию, вы потеряли его при немыслимых - неприемлемых и для нас - обстоятельствах. Нам очень важно, чтобы ваша семья, ваши соседи и все, кто живет в далекой от России стране Перу, знали: трагедия с Энрике потрясла миллионы наших сограждан. Верно и то, что наш город не уберег вашего сына от нескольких нелюдей. Мы верим, что эти преступники будут непременно наказаны.

В России говорят: горе - это то, что нельзя поправить. И вам придется с этим горем жить. Но мы надеемся, что ваши страдания хоть на немного облегчит знание того, что тысячи отцов и матерей Воронежа искренне соболезнуют вам.

Сегодня мы собрались в редакции правительственной "Российской газеты", чтобы понять, почему стала возможной эта ужасная трагедия и что необходимо сделать для того, чтобы ничего подобного никогда не повторилось.

Участники Совета экспертов "Российской газеты" "Есть ли расизм в России?"

Власть Позиция Происшествия Преступления Криминал Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Воронежская область Воронеж В Воронеже убит студент из Перу