20idei_media20
    21.12.2005 00:00

    Виктор Холстов: 10-я сессия Конференция Организации по запрещению химического оружия

    Процесс ликвидации химического оружия набирает обороты

    В Гааге прошла 10-я сессия Конференция Организации по запрещению химического оружия (ОЗХО). Мы попросили главу российской делегации заместителя руководителя Федерального агентства по промышленности Виктора Холстова рассказать о работе сессии о том, что говорилось на ней от имени России.

    Российская газета | Виктор Иванович, какие вопросы рассматривались на прошедшей встрече в Гааге?

    Виктор Холстов | На весьма представительной международной сессии государств - участников Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления, применения химического оружия и его уничтожения был рассмотрен ряд важных организационных вопросов.

    В частности, состоялись выборы председателя Конференции - им стал представитель Перу при ОЗХО посол Жозе Антонио Арроспиде Дель Бусто. Были выбраны члены исполнительного совета ОЗХО. Переизбран на следующие четыре года генеральный директор технического секретариата ОЗХО Рохелио Пфиртер. Рассмотрен и одобрен бюджет Организации на предстоящий год. Следует подчеркнуть, что бюджет Организации на 2006 год не увеличен по сравнению с 2005 годом. Именно за это и боролась делегация России. Назначен внешний аудитор, пост которого разделили представители Германии и Пакистана. Наша страна вновь вошла в исполнительный совет ОЗХО, а ход процесса уничтожения химического оружия (УХО) в России никаких нареканий со стороны мирового сообщества на сей раз не вызвал.

    На прошедшей сессии была продолжена оптимизация инспекционной деятельности, и мы считаем это очень важным направлением работы ОЗХО. Мы заинтересованы в таком контроле, со стороны Технического секретариата, который при максимальной эффективности достижения целей инспекции был бы экономически разумным и оптимизированным по стоимости.

    РГ | Известно, что уничтожение химоружия идет за счет средств целого ряда государств. Предвидятся ли в вопросах финансирования какие-то изменения?

    Холстов | Уничтожение боевых отравляющих веществ является одной из приоритетных программ глобальной ликвидации средств массового поражения. Финансирование этого процесса действительно осуществляется мировым сообществом на принципах доброй воли. При этом основное бремя, как это и предусмотрено Конвенцией, ложится на государства, обладающие химическим оружием.

    В ходе обмена мнениями на прошедшей сессии было отмечено, что Россия значительно увеличила свой вклад в дело УХО. Это действительно так. По сравнению с 2004 годом, финансирование программы уничтожения химоружия за счет государственного бюджета в нашей стране на 2006 год увеличилось более чем в три раза.

    Интересно в этой связи отметить, что чем больше мы сами выделяем денег на УХО, тем более активно в финансовом плане нас поддерживают иностранные государства. То есть доверие к нашим практическим действиям в деле полной ликвидации боевых отравляющих веществ растет.

    Можно привести такие примеры. В ходе прошедшей сессии представители Канады заявили, что выделят дополнительно 55 миллионов канадских долларов для снижения российских затрат на закупку оборудования необходимого для промышленного объекта по уничтожению химоружия, который строится сейчас в районе городка Щучье Курганской области. Руководители делегации от Швеции также проинформировали нас о принятом решении выделить России 4,2 миллиона шведских крон на закупку электротехнического оборудования для объекта в Щучьем. Были рассмотрены вопросы активизации сотрудничества, и расширения финансовой помощи со стороны Германии, Великобритании и Польши.

    Стоит уточнить, что Канада и Швеция оказывают нам помощь через Великобританию, которая является весьма важным финансовым донором России именно в уничтожении химического оружия.

    Особых изменений в механизме финансирования процесса УХО, наверное, не предвидится. Однако хочу сказать, что меняется в лучшую сторону степень доверия к России, и целый ряд новых стран предлагает нам помощь в этом сложном деле. В целом можно констатировать, что учреждение программы Глобального партнерства в 2002 году значительно расширило объемы помощи и географию участвующих в ней стран.

    РГ | А как осуществляется контроль за расходованием выделяемых мировым сообществом средств? И есть ли какие-то нарекания в наш адрес?

    Холстов | Нареканий к России нет, хотя контроль за тем, как у нас расходуется выделяемая финансовая техническая помощь, со стороны государств, оказывающих такую помощь, очень строгий. Иностранные партнеры перед принятием решения очень внимательно прорабатывают возможные проекты сотрудничества, в том числе на эффективность их реализации.

    Внутри страны налажена система контроля за целевым использованием международной технической помощи, направляемой для создания объектов по уничтожению химического оружия.

    Реализация этой деятельности осуществляется по постановлению правительства Российской Федерации от 17 сентября 1999 года N 1046 "Об утверждении порядка регистрации проектов и программ технической помощи (содействия), выдачи удостоверений, подтверждающих принадлежность средств, товаров, работ и услуг к технической помощи (содействию), а также осуществления контроля за ее целевым использованием".

    Регистрация проектов и отнесения к технической помощи осуществляется Комиссией по вопросам международной гуманитарной и технической помощи при правительстве Российской Федерации, которую возглавляет вице-премьер А.Д. Жуков.

    Роспром осуществляет контроль за целевым расходованием получаемых российскими организациями средств.

    РГ |  Прошедшую 10-ю сессию можно считать юбилейной. Насколько оправдало себя создание ОЗХО?

    Холстов | Организация по запрещению химического оружия, учрежденная для реализации положений Конвенции, прошла этап своего становления и сейчас работает в полную силу. Россия высоко оценивает деятельность ее Технического секретариата, личный вклад его генерального директора господина Пфиртера.

    Конвенция по запрещению химоружия является эффективным инструментом сдерживания угрозы расползания химического оружия. Феномен нашего времени, бросающий вызов всему режиму нераспространения, - возникновение "черных" рынков технологий и материалов оружия массового уничтожения (ОМУ). Это очень опасный рынок, поскольку им могут воспользоваться как отдельные государства, так и террористы.

    Резолюция 1540 Совета Безопасности ООН по нераспространению, которой Россия придает большое значение, стала конкретным ответом мирового сообщества на одну из важнейших глобальных угроз - возможную смычку международного терроризма с ОМУ и средствами его доставки. Резолюция заложила важные принципы и механизмы скоординированного противодействия "черным" рынкам в сфере ОМУ. А международная Организация по запрещению химического оружия стала эффективным инструментом по реализации Конвенции, направленной на полную ликвидацию одного из самых варварских видов оружия массового уничтожения - химического.

    РГ  | Какую цель в деятельности ОЗХО вы считаете наиболее важной именно сегодня?

    Холстов | Вне всякого сомнения, это обеспечение полного уничтожения существующих запасов боевых отравляющих веществ и мощностей по их производству. Актуальность данного направления повышается в связи с новыми вызовами, самым опасным из которых является международный терроризм. Отсутствие в мире химического оружия - наиболее надежная гарантия от его применения во враждебных целях.

    Другим важнейшим приоритетом ОЗХО является повышение универсальности Конвенции по запрещению химического оружия и ее укреплению путем обеспечения выполнения всеми государствами положений этой Конвенции на национальном уровне. Думаю, стоит отметить, что число государств - участников Конвенции в период работы сессии в Гааге, достигло 175. Фактически вся человеческая цивилизация осознала необходимость уничтожения химического оружия.

    РГ | Есть ли какие-то общие проблемы у государств, имеющих химическое оружие, и стремящихся к его уничтожению?

    Холстов | Все обладатели химоружия, независимо от объемов имеющихся у них запасов, сталкиваются в той или иной мере с проблемами юридического, технического, экологического и финансового характера. И даже при наличии твердой политической воли, планы уничтожения ХО, в том числе очень скрупулезно и детально составленные, зачастую нуждаются в корректировке. Эти обстоятельства необходимо учитывать при утверждении промежуточных и конечных сроков уничтожения химоружия всем его обладателям.

    РГ | Какова ситуация с уничтожением ХО в России?

    Холстов | В сентябре текущего года преодолен рубеж в первую тысячу тонн уничтоженных отравляющих веществ. В декабре планируется завершить ликвидацию всех имевшихся запасов ОВ на первом российском объекте промышленного уничтожения химоружия в Горном, Саратовской области.

    В конце 2005 - начале 2006 годов планируется ввести в строй два новых объекта УХО. В Камбарке (Удмуртская Республика) начнется уничтожение последних в России запасов люизита, а в районе поселка Марадыковский (Кировская область) - запасов фосфорорганических ОВ, находящихся в различного вида авиационных боеприпасах.

    РГ | Насколько более опасно уничтожение фосфорорганических ОВ в сравнении с ипритом и люизитом?

    Холстов | Сами по себе боевые отравляющие вещества, созданные на основе фосфорорганических соединений, более опасны, чем "древние" иприт с люизитом. Однако российский процесс их уничтожения во многом идентичен и основан на детоксикации отравляющих веществ. Стоит отметить интересную химическую особенность. Чем более ядовито и опасно вещество, составляющее основу химического оружия, тем оно может быть менее устойчиво к агрессии разлагающих его гидролизных компонентов. Например, самые опасные ОВ типа Ви-Икс, относящиеся к последним поколениям ОВ, при соприкосновении с дезактиваторами теряют свои боевые отравляющие свойства гораздо быстрее, чем "допотопный" иприт. А иприт мы уничтожили полностью в текущем году, и никаких технологических проблем у нас при этом не возникло. Залогом того, чтобы процесс УХО был безопасен, является строжайшее соблюдение технологической дисциплины. И этому аспекту промышленного уничтожения химоружия мы уделяли, уделяем и всегда будем уделять самое высокое внимание.

    РГ | Уничтожение химоружия - задача весьма масштабная. Как было сказано, основное бремя расходов на ликвидацию собственных запасов ХО несет Россия. А какие страны помогают нам наиболее активно?

    Холстов | Степень финансовой поддержки различна, но мне бы хотелось выразить одинаковую благодарность всем, кто помогает России: Великобритании, Германии, Ирландии, Италии, Канаде, Нидерландам, Новой Зеландии, Норвегии, Польше, США, Чехии, Швейцарии, Европейскому союзу. Такое содействие мы высоко ценим не только по финансовым соображениям, но и по значимости политической поддержки усилий России.

    Поделиться: