Новости

01.02.2006 03:00
Рубрика: Происшествия

После пожара

Что способно примирить спасателей Владивостока и горожан

Владивосток имеет славу города митингового. И после 16 января пикетов было уже три. Были они немногочисленны, не у всех черный понедельник что-то перевернул в сознании, но собрания дороги тем, что горожане сорганизовались сами, без единого объявления в прессе. В них приняли участие преимущественно молодые люди, как заметила коллега: "Дети лучше нас!"

Тот первый митинг с криками: "Прав-ду!", "Пол-пре-да!" (Камиль Исхаков в это время давал пресс-конференцию в здании местной администрации), "Мэ-ра!" и "Дарь-кин, пры-гай!" был самым жестким. И впервые за все годы при должностях, раздвигая цепь омоновцев, к митингующим вышли губернатор Дарькин и глава города Николаев. Похоже, они сами удивились тому, что и с возбужденными людьми можно разговаривать. Тот диалог на холоде, при сильном ветре, без охраны, а не со сцены и не на трибуне, был доказательством того, что пикеты, забастовки, прочие акции протеста порождаются элементарным отсутствием полной и достоверной информации.

Сейчас, когда эмоции чуть улеглись и нет вопросов к прокуратуре (та работает по уголовному делу по факту пожара удивительно открыто, не давая основания для слухов), остались другие вопросы. Общественность требует отчета о финансировании противопожарной службы Приморского края и о поступлении и расходовании средств краевого Благотворительного противопожарного фонда за весь его период деятельности. Есть такой фонд, куратора которого найти никак не удается. Но от "добровольного" сотрудничества с ним не удалось уйти ни одному предпринимателю, в помещении которого не все в порядке с противопожарной системой.

Еще есть какой-то особый стыд в том, что никто не принял на себя вину за гибель женщин. Ни просто по-мужски, ни по офицерской чести. В маленькой Черногории после падения автобуса с обрыва министр транспорта подал в отставку, а главного пожарного инспектора по Приморскому краю временно отстранил от дел министр Шойгу, и то спустя несколько дней.

Признание опасно

Сознаваться, что ты пожарный, нынче во Владивостоке рискованно. Только ленивый не проклял их за кажущуюся нерасторопность при тушении огня в офисном центре, за спасение не тех, кто горел в огне, а за спасение начальства в окне соседнем, откуда валил только дым. Вера в то, что мог быть такой приказ, удивительно сильна в общественном мнении и поэтому показательна: мы привыкли, что нас власти все время обманывают. То прибавками к пенсии, которые тут же съела инфляция, то сказками про незначительное повышение жилищно-коммунальных тарифов, которые во Владивостоке уже не осилить одинокому пенсионеру. Да мало ли еще чем? Остановить поток машин простых людей, чтоб пропустить начальство, - обычная картина, но кто решил, что их работа важнее, чем наша?! К такому унижению привыкли. В конце концов мы видим, как живут они и как мы, - словом, слух, что некто мог отдать приказ спасать своих, увы, пал на благодатную почву. И пророс, в него очень верят.

Руководитель ГУ МЧС по Приморскому краю полковник Николай Тимошенко, уходя от оценок действия подчиненных на пожаре, как ни пытала его пресса, тут стоял насмерть:

- Не мог водитель автолестницы получить такую команду. Во-первых, потому что не мог в принципе, а, во-вторых, оперативное руководство на месте пожара осуществляет начальник расчета, даже мне запрещено подходить к нему в такую минуту ни с советом, ни с указанием.

Евгений Курдин - единственный из пожарных, чье имя широко известно, потому что именно ему досталось от очевидцев за поданную не туда автолестницу. Один человек, ударивший пожарного, следствию известен, другого ищут. Лестница не дотягивалась до горящих окон из-за козырька над зданием и припаркованных машин. Но никто не дал команды столкнуть машины, тросом зацепить, стекла выбить и с ручника снять и откатить, таранить все, что препятствует спасению людей! Никто! Потому что за разбитые машины пришлось бы платить, а за смерти платить не надо. Или шок и растерянность были велики? Как предложил некто, обсуждая трагедию в Интернете, "да скажи мэр или губернатор в тот момент: "Я отвечу!", получил бы индульгенцию на долгие годы: "Нашего не тронь, он на пожаре знаешь как!.."

Как спасали - по инструкции или по совести? Как следует из ведомственной проверки действий пожарных, "личным составом противопожарной службы проведены все необходимые меры по спасению людей". Начальники закрыли глаза на явное нарушение: по выдвижным лестницам люди спускаются по 4 -5 - 6 человек, в то время как по технике безопасности положено по одному. Дай в тот момент команду: "По одному!", очевидцами был бы бит не только Евгений Курдин. Еще одна цитата: "Он перемещал лестницу с людьми к другому окну. Хлебнули, они, вероятно страху. Если бы кто-то сорвался, того водилу на части бы порвали. Но он успел спасти других людей, не погубив тех двоих, что на лестнице висели. И я вот точно не стану его упрекать за нарушение устава".

Но душа болит, и вопросы остались. Караулу, что тушил пожар, сегодня строго-настрого запрещено общаться с журналистами. Это было странно, грустно и смешно одновременно, как далеко не последние руководители ГУ МЧС по Приморскому краю партизанскими тропами устраивали мне встречу с караулом, строго-настрого взяв слово, что ни одного имени я не назову.

Старое здание, почти сто лет назад специально построенное для пожарной части, до сих пор используется по назначению. У входа раздевалка с разложенными на столе несколькими комплектами обмундирования, в соседнем помещении старые сиденья, какие раньше были в кинотеатрах, в центре на столе(?!) кто-то спит, рядом слышен работающий телевизор. Но единственное, что можно было вытянуть из ребят: "Такой на нас прессинг идет, газеты почитаешь - будто мы не умеем ничего и сами этот офис подожгли. Тяжело, конечно". Сына одного из них затюкали одноклассники в школе: папа - пожарный.

Монетизация пожарной безопасности

Трагедия 16 января вытащила на свет божий такую проблему. В 2001 году пожарная охрана, будучи падчерицей в системе МВД, была передана в МЧС. В 2005 году в соответствии со 122-ФЗ и разграничением полномочий между федеральным центром и субъектами Федерации пожарные части из МЧС были переданы в собственность субъектов Федерации. Однако не все части: в ведении ГУ МЧС по Приморскому краю остались три пожарные части, остальные - в ведении местной администрации.

Что это значит для рядового пожарного? Как предполагается, пожарные части в ведении субъекта Федерации перестают быть полувоенной организацией и с погонами служащим там придется расстаться, вместе с ними и с надбавками за звание. А гражданских служащих не построишь, приказом не припечатаешь. Не исключено, канут в Лету льготные пенсии. Кое-чего положенного в "субъектовых частях" уже сейчас не добиться. Как рассказал старшина пожарной службы (надеюсь, ему не аукнется общение с корреспондентом "РГ") Гормхаз Казымов, если полтора года назад, еще будучи в системе МЧС, он съездил с семьей в Баку и дорогу ему оплатили без проблем, то отпуск летом 2005 года компенсировать не могут до сих пор.

Сейчас никто из специалистов пожарной службы не знает толком, как будет дальше, но надежды на то, что пожарную охрану вернут под единое крыло МЧС, есть. Осенью прошлого года Совет безопасности РФ рассматривал такую возможность.

Так кто виноват в таком количестве жертв и как будет дальше с пресловутой пожарной безопасностью, тратиться на которую не хотят и, боюсь, не будут и дальше?

Наверное, можно себя успокаивать тем, что виновные в этой конкретной трагедии будут наказаны: арестованы уже пожарный инспектор и его начальник, инженер хозяйственного отдела банка, отвечавший за пожарную безопасность, и его начальница... Но, как представляется, их вина, даже если она и будет установлена судом, не отражает причин случившейся трагедии в принципе.

Спросите любого предпринимателя, сколько стоит пожарная безопасность. Если по-честному, то от 10 до 20 процентов от вложенного в строительство здания. Но кто это может себе позволить? Только очень солидное АО, и при желании руководства. А в прочих конторах, магазинчиках, киосках - для кого это секрет? - от инспекторов пожарного надзора просто откупаются. Эта практика существует по всей стране. Денег лишних (и больших, как выясняется) у предпринимателя нет, а у инспектора большая власть, он при поддержке суда может закрыть любой офис. И прощай, бизнес.

Так откупаются от санитарных врачей, от ветеринарного надзора, так покупают дипломы и лицензии, за откаты выигрывают тендеры и прочее, прочее. Коррупцию в стране давно пора мерить не рублями, а человеческими жизнями.

Сейчас во Владивостоке бросились проверять на предмет пожарной безопасности все здания. Двух дней хватило, чтобы в краевом ГУ МЧС поняли - такими темпами можно остановить жизнь в городе. За один день пришло: решение о закрытии шести дошкольных учреждений, школы-интерната (в нем, кстати, дочь губернатора Дарькина учится), художественной студии, ушло в суд представление на закрытие аналогичного сгоревшему офисного здания, а в нем контор - десятки! В том числе подразделения администрации края. Городская администрация опять выделила деньги на оснащение школ тревожными кнопками и автоматической пожарной сигнализацией. Впервые эта работа началась минувшим летом, за столь внимательное отношение к безопасности школьников полпред президента Исхаков хвалил администрацию города, но летом денег хватило лишь на десять школ, уж больно дорогое дело - пожарная безопасность.

Однако не все в руках и Госпожарнадзора. Уже после пожара 16 января в приморском поселке Тигровом сгорело здание поселковой администрации, в котором ютились также школа и библиотека. До этого, в августе прошлого года, инспектор вручил предписание - нарушения противопожарной безопасности устранить. Но суд в сентябре производство об административном правонарушении отклонил в связи с тем, что "выполнение указанных пунктов предписания требует значительных денежных средств". Полгода не прошло, как 23 января администрация, школа и библиотека в Тигровом сгорели дотла...

Происшествия ЧП Пожары Филиалы РГ Дальний Восток ДФО Приморский край Крупный пожар в офисном центре во Владивостоке