Новости

07.03.2006 00:20
Рубрика: Общество

Подводные камни

Заброшенные гидротехнические сооружения могут стать причиной чрезвычайных ситуаций

Природная терапия

По словам директора воронежского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Александра Сушкова, один из главных факторов, влияющих на половодье, – количество осадков, выпавших в осеннее-зимний период. Сегодня минимальный уровень снежного покрова – на юго-востоке региона, максимальный  – на северо-западе. Благоприятное или неблагоприятное развитие половодья, в конечном счете, предопределит среднесуточная температура в марте – начале апреля. Если потепление будет "плавным", то большая вода пройдет с наименьшим ущербом для области и ее жителей. В этом случае не будет интенсивного таяния снега – вода станет уходить в землю постепенно. Благо, несмотря на сильные морозы, почва, укрытая большим снежным покровом, промерзла всего на 30-50 сантиметров, что в два раза меньше средней многолетней нормы.

Впрочем, интенсивное половодье – палка о двух концах. С одной стороны, большая вода очищает реки. По словам главного областного эколога Анатолия Бородкина, отсутствие "стремительного" паводка в течение последних шести лет привело к тому, что речки сильно загрязнились, деградировали, а некоторые и вовсе исчезли. К примеру, если в 50-е годы прошлого века в Воронежской области было около 200 малых рек, то сейчас осталось 80. С другой, даже умеренное половодье грозит обернуться чрезвычайной ситуацией.

Если смотреть в корень проблемы, то виновата в возможных бедах не вода, а люди: стихия оказывается лишь своего рода "проявителем" человеческой недальновидности, расхлябанности и халатности.

"Венеция" по-воронежски
Лет десять назад в поселке Давыдовка  – центре тепличного овощеводства – отработанной пленкой забили водопропускную систему, в результате чего населенный пункт во время прохождения паводка затопило. Руководителю местной администрации пришлось спасать односельчан на плавающем бронетранспортере – за проявленный героизм ему впоследствии дали орден. Хотя в данном случае можно было обойтись без подвигов – достаточно было вовремя и по правилам утилизировать тепличную пленку.

Веяние последних лет – застройка заведомо опасной территории, в том числе на берегах водоемов. Наши далекие предки знали, что селиться надо подальше от воды – на возвышенности. Хоть и тяжело им было воду на пригорок таскать, зато чувствовали себя в безопасности. Нынче же замки с коттеджами строят близ воды, в низинах, потому что место живописное и потому что кто-то дал разрешение на это строительство. Однако, поселившись в низине, надо быть готовым к тому, что по весне – не в этом году, так в следующем – в дом может прийти вода. Не говоря о том, что бездумная застройка пойм рек мешает нормальному прохождению половодья.

Большая запруда

Из года в год накануне паводка начинается традиционный разбор полетов по поводу гидротехнических сооружений (ГТС). Их, кстати, в Воронежской области неоправданно большое количество – 2557, что составляет почти 10 процентов от всех имеющихся в России искусственных водоемов. Многие из них, по словам начальника областного управления ГО и ЧС Павла Куприенко, и водоемами-то уже назвать сложно: они давно превратились в болотца и в период половодья становятся потенциальным очагом возникновения ЧС. Собственники большинства прудов – бывшие колхозы и совхозы, которые использовали пруды для орошения. Потом трубы растащили, насосы разворовали, сегодня о мелиорации уже никто не вспоминает, за уровнем воды в прудах никто не следит.

Таким образом, сейчас в области имеется 184 ГТС, которые представляют потенциальную опасность, из них около 40 находятся в неудовлетворительном техническом состоянии. Хотя на самом деле неисправных гидросооружений значительно больше: из двух с половиной тысяч искусственных водоемов декларацию безопасности (обязательное требование закона "О безопасности ГТС") имеют только пятнадцать.

Что же делать с этим огромным бесхозным хозяйством? Экологи, учитывая опыт Липецкой области, предложили воронежской обладминистрации взять пруды на свой баланс, однако первый вице-губернатор Сергей Наумов, комментируя это предложение, заявил, что администрации столько рыбы не нужно. Надеяться на то, что балансодержатели "возьмутся за ум" и приведут пруды в порядок, тоже не приходится. Хотя бы потому, что одно только составление проектной документации на пруд стоит порядка 150 тысяч рублей, не говоря уже о расходах, связанных с ремонтом и эксплуатацией ГТС. Между тем, по словам руководителя воронежского управления федеральной службы по надзору в сфере природопользования Виктора Ступина, если не принимать никаких мер, то к 2010-му году количество "чрезвычайных" гидротехнических сооружений возрастет в два раза. Кстати, контролирующие органы выдали предписания на ликвидацию 19 прудов. Взрывотехники тут же отрапортовали: мол, если нам заплатят, мы готовы привести приговор в исполнение. Впрочем, как выяснилось, тут есть свои подводные камни: ликвидация прудов чревата тем, что из колодцев в населенных пунктах, близ которых ГТС расположены, может уйти вода.

Вот такая всеобластная "запруда", почему-то ставшая неразрешимой проблемой. Хотя "неразрешимость" проблемы зачастую означает, что ее просто никто не хочет решать. К слову сказать, так или иначе мониторинг за ГТС ведут четыре контролирующих ведомства: проводят проверки, выносят предписания, штрафуют. Между тем КПД их активной деятельности не превышает 10-ти процентов. Рассчитать этот показатель очень просто: из всех нарушений на ГТС, выявленных контролерами в этом и прошлом годах, устранена только десятая их часть. В самом деле, кто же будет латать прорехи в собственности, если она ничья? Можно многократно увеличить число проверяющих, но легче от этого не станет. Для начала надо бы с исполнителями (балансодержателями) определиться. Сегодня, во время подготовки к паводку, ответственность за пруды собираются возложить на глав муниципальных образований – руководителям местного самоуправления дали ясно понять, что "в случае чего" отвечать придется именно им.

В этом году впервые прозвучало дельное предложение – провести инвентаризацию прудового хозяйства области. В частности, ответить на вопросы: у каких ГТС есть хозяева, какие пруды нужны близлежащим населенным пунктам, а какие бесперспективны для дальнейшего использования и подлежат ликвидации. Кстати, как заявила начальник воронежского отдела водных ресурсов Донского бассейнового управления Тамара Павлушева, если пруды определят в областную или муниципальную собственность, то появится возможность вложить в их восстановление федеральные средства.

Впрочем, кардинально изменить ситуацию с ГТС до начала паводка, пик которого придется на начало-середину апреля, уже не получится. Так что остается лишь надеяться, что большая вода пройдет область без серьезных чрезвычайных ситуаций.

Справка "РГ"
Последний самый серьезный разгул стихии пришелся на 1994 год. Тогда в зоне затопления оказалось 1127 жилых дома, было разрушено 2,5 километра линий электропередач, 13 мостов, 75 километров дорог. Под водой оказалось более трех тысяч гектаров сельхозугодий. Жертв не было, если не считать гибель 184-х голов крупного рогатого скота. В 2003-м году половодье доставило неприятности жителям Кантемировского и Петропавловского районов: около двух тысяч человек пришлось эвакуировать. Всем пострадавшим выплатили компенсации, некоторым купили новые дома. Не обошлось без ЧС и в прошлом году. К примеру, в Новоусманском районе в одном километре от трассы Воронеж-Тамбов размыло дорогу к селу Хлебное с населением в 700 человек. Чтобы наладить связь с "большой" землей, дорожникам пришлось прокладывать трубы для пропуска воды. В Эртильском районе река Матреночка затопила понтонный мост, в результате в изоляции оказались 140 человек.

Общество Ежедневник Образ жизни Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Воронежская область