Новости

Сегодня "Российская газета" на первой странице опубликовала распоряжение правительства, согласно которому единый федеральный список организаций, признанных судами нашей страны террористическими, станет известен читателям нашей газеты.

Почему упомянутый список не оставить закрытым? На вопросы корреспондента "РГ" отвечает начальник управления по борьбе с терроризмом ФСБ России генерал-майор Юрий Сапунов.

Российская газета | О том, что в России есть национальный список террористических организаций, известно давно, и упоминания о нем периодически можно встретить в прессе. Но все это, так сказать, неофициально. Публиковался ли этот список где-то в специальных изданиях?

Юрий Сапунов | Насколько я знаю, нет.

РГ | А он вообще-то был не секретный?

Сапунов | Секретным он никогда не был. Доказательство - тот факт, что по линии МИД, по каналам обмена между спецслужбами мы регулярно доводили до наших партнеров вносимые в него изменения. Другое дело, что по мере разработки и на стадии оперативного интереса к той или иной организации, еще до включения ее в список, определенная информация носила служебный характер и была "не для печати".

Но даже после того как организация была признана террористической, узнать об этом, то есть найти сам список, было затруднительно. Надо было запрашивать либо Верховный суд, либо Генпрокуратуру, либо ФСБ.

РГ | Список постоянно меняется. Какие организации были включены в список последними?

Сапунов | Их две. Это Джунд аш-Шам и "Исламский джихад" - джамаат моджахедов. Так что теперь национальный список организаций, признанных Верховным судом террористическими, превратился из "списка 15" в "список 17".

РГ | Чем же занимаются эти две структуры, кто за ними стоит, чем они опасны для России?

Сапунов | Это уже информация, которая носит закрытый характер. Все террористические организации опасны тем, что от их деятельности могут гибнуть наши соотечественники или мирные люди в других странах и страдать безопасность страны. Включая организации в террористический список, мы объявляем организации на территории России вне закона и если такое решение принято, то основания для этого были веские.

РГ | А реален ли обратный процесс? Скажем, если какая-либо организация, как, например, недавно ЭТА в Испании, откажется от насилия, уменьшится ли список?

Сапунов | В принципе да. Хотя на моей памяти таких случаев не было.

РГ | А не лучше ли было держать этот список закрытым, чтобы не спугнуть террористов?

Сапунов | Ваша логика неверна. Организации, которые признаны террористическими, не только взрывают, убивают, готовят теракты. Они отмывают деньги, прокачивают их через официальные финансовые структуры. Чтобы банковским службам безопасности было проще определить, что деньги на счету "грязные" и принадлежат террористам, необходимо, чтобы список всегда находился перед глазами. Причем это касается не только банкиров, но и политических организаций, экономических форумов, фирм и прочих структур, которые по неведению могут вступить в какие-либо отношения с представителями террористической организации или ее финансистами.

Именно в этом смысл и практическая польза распоряжения правительства о публикации "террористического списка" в вашей газете.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке