Новости

Андрей Астайкин: человек, нарисовавший России ее историю
Впервые за 85 лет в России вышел в свет полноценный исторический атлас. Искусство рисовать исторические карты было прочно забыто в советские годы, хотя дореволюционная российская наука могла похвастаться школой, так и не превзойденной на Западе. Между тем специалисты знают: хорошая карта - это не просто "картинка", а мощный научный инструмент, стоящий наравне с традиционными археологическими методами. По мнению экспертов, атлас позволит трезво взглянуть на многие события российской истории. И ответить на самые проклятые вопросы, например: было ли "призвание варягов" и "скифы ль мы, с раскосыми и жадными очами"?

Андрей Астайкин. Фото: Аркадий Колыбалов.Помню, "Исторический атлас школьника" произвел на меня в свое время неизгладимое впечатление. Естественно, я не подозревал тогда, что этому атласу даже со скидкой на его "школьность" - грош цена, что недочетов и заблуждений там больше, чем реальной информации, и что он, как и все исторические карты, издававшиеся в СССР, был лишь переделанным "в духе решений очередного съезда" дореволюционным изданием для гимназий.

Советские историки не любили карты и не хотели учиться их рисовать. Почему? Ответ прост, считает автор карт атласа "Tartarica. История татар и народов Евразии" Андрей Астайкин: "Карта - вещь объективная. Ее невозможно подтасовать под ту или иную идеологическую схему. Если из летописи всегда можно выдернуть удобный факт, замолчав "неудобные", да еще перевести с древнерусского так, чтобы глаже получилось, то карта - вот она, вся на ладони".

Утверждать, будто советская историческая наука останется в памяти только подтасовками и натяжками, конечно, глупо. Но факт: построения даже лучших наших историков, что называется, висели в воздухе. Откройте любую, даже очень хорошую историческую книгу, изданную в России. Там будут картинки из летописей, будут фотографии археологических находок. И едва ли там будут карты, а если будут, то вряд ли хорошие. В итоге чтение превращается в пытку не только для дилетанта. Упоминается древний русский город, но где, непонятно. Говорится о походе князя Игоря на половцев, но куда Игорь "ходил" и где он этих половцев встретил - поди разберись. А пресловутые варяги, призванные "володеть и править", какой дорожкой они попали в Новгород? И где тогда находилось то, что летописец назвал Новгородом? А русы, по свидетельству арабского историка, торговавшие и пьянствовавшие на Волге в начале Х века, - это наши предки или все-таки скандинавы? Непонятно, и таких "непонятно" - море, от древнего каменного века до восстания Пугачева.

Так появлялись ляпы, за которые наших историков принялись со сладострастием ловить поборники так называемой "новой хронологии". Помните спекуляции о том, что Куликовской битвы то ли не было, то ли она была чуть ли не в пределах современной Москвы? А историкам и крыть нечем: рассказать о ходе битвы они могут по часам, но при попытке сориентироваться почти все на местности теряются. "Кому бы пришло в голову морочить народ "Московским княжеством, ставшим и Римом, и Ордой" одновременно, если бы у историков были четкие ответы не только на вопросы "когда", но и на вопросы "где"? - говорит Астайкин.

Это чудовищно, в самом деле: древнерусские города "летают" по картам, как Голландцы, места даже самых известных боев Средневековья не определены, торговые пути неизвестны, а Киевское княжество "пропадает" после разорения монголами, чтобы вдруг "появиться" после "воссоединения Украины и Россией" через несколько сотен лет. "Достаточно нанести на карту наши знания, чтобы увидеть: вся наша история - скопление белых пятен", - говорит Астайкин.

Я прошу его продемонстрировать, как может хорошая карта "раскопать" в считаные минуты какую-нибудь застарелую историческую проблему. "Раскопать" без дорогостоящей археологической экспедиции. Андрей показывает мне серию карт, где помечены год за годом походы половцев на Русь и ответные удары киевских князей:

- Вот тут Степь переходит в наступление. Тут Русь отвечает. А вот они действуют сообща! Становится совершенно очевидным, что именно Владимир Мономах, блестяще обеливший себя в своих мемуарах, был первым, кто задействовал кочевников для "разборок" между русскими князьями. А когда русские князья породнились с половецкими ханами, последние привлекли русских к своим "разборкам" с монголами. Итог известен.

На другой карте мы видим, как физически растворяются "великие и могучие" варяги, якобы давшие начало русской государственности. Вот настоящие варяги - на Западе, в Балтийском море, занятые местечковыми потасовками между крошечными европейскими княжествами. И вот "наши" варяги, покоряющие гигантские пространства. Не те варяги-то, другие, доморощенные. У "настоящих" масштаб не тот.

Как не спросить у картографа про могилу Чингисхана? Недавно в Бурятии мне ее "показали" - на одном мысу у озера Байкал. Астайкин фыркает:

- Вот территория, где действовал Чингис, - говорит он, - Байкал в нее даже не входит! А вот (палец Андрея упирается куда-то в Монголию) его коренные, родовые земли - гора Бурхан-Халдун. Тут и надо искать могилу. Мы можем с помощью этой карты определить ее положение с точностью до десятка квадратных километров. Хотя все равно вряд ли найдем: хорошо спрятана.

Андрей - выпускник исторического факультета МГУ. Пока был студентом, о картах даже не помышлял. Хотя первую свою карту приложил уже к выпускному диплому: диплом был о битве на Калке, которую, как оказалось, никто толком не попытался картографировать, и самих Калок сыскалось несколько, на что никто не обращал особого внимания. Окончив вуз, мыслил себя в аспирантуре. Но на дворе стоял 1991 год. К тому же едва отшумел выпускной бал, Андрей решил сходить к врачам, поинтересоваться, откуда берутся головные боли, терзавшие его последние годы студенчества. Диагноз сбил с ног. "Я вышел на улицу, - вспоминает он. - В стране развал. Денег на операцию нет... Бог помог. Но о науке, как мне тогда показалось, придется забыть надолго".

Наука нашла Андрея случайно. После операции он только и мог, что возиться с книгами в домашней библиотеке. Позвонил знакомый издатель, предложил нарисовать историческую карту для детской книги: "Ты же усидчивый и рисуешь вроде неплохо". Задача не показалась Андрею сложной. И она не была бы сложной для менее "въедливого" человека. Но Андрей еще на истфаке сам себя мысленно называл "занудой". И этот "зануда", едва взявшись за дело, обнаружил... бездну незнания. "Мне пришлось заполнять сотни квадратных километров "белях пятен", причем я искренне не мог понять, что мешало историкам сделать это прежде: просто взять контурную карту, которой пользуются дети, и попробовать нанести карандашом свои собственные построения на карту. Им бы тут же стало ясно, где неправда, а где - просто очевидная информация, почему-то объявлявшаяся "провалом в источниках".

Ту первую карту он хранит как талисман. Хотя сегодня она кажется ему "наивной". Правда, техника работы с тех пор у Андрея несильно изменилась - все вручную, лишь школьные контурные карты в качестве основы заменили на специально изготовляемые для него "болванки" без водохранилищ и прочих плодов "насилия над природой". Сначала - источники, море источников. Данные раскопок, труды историков, топонимические словари, и летописи - прежде всего. Тонны летописей. Где еще в частной квартире вы увидите Полное собрание русских летописей? Вы хоть представляете, сколько это фолиантов? В летописях пришлось разбираться основательно: "Вот эти основные, - рука Андрея идет по полке. - Эти списаны с первых, а вот эти просто сказочные". Чтобы изучить русское летописание, даже после фундаментальной подготовки в МГУ пришлось потратить несколько лет.

Потом в ход идут карандаши. В результате получается нечто вроде "генерального плана Ледового побоища с указанием маневра каждого бойца": стрелки, черточки, море стрелок и черточек. На этом этапе становится видно, где источники подтверждают друг друга, а где - нет. Отсекается лишнее. Постепенно из хаоса кристаллизуется Карта.

- А это зачем, - я вижу на карте пометки "голод", "неурожай", "паводок". - Это не лишняя информация?

- Ты что, это мое ноу-хау! - Андрей выхватывает карту у меня из рук. - Как понять, почему Иван Грозный проиграл войну за Прибалтику, если не видеть, что у него полстраны сухари грызло?

- Ладно, а затмения-то ты на карту зачем нанес?

- Ну как же - увидели затмение, испугались, стали ждать конца света (на карте и в самом деле есть пометка - "1492 год, "конец света"), дух боевой утратили, тут их голенькими и взяли.

То, что мы видим в полиграфическом варианте, - это уже плоды усилий компьютерщиков. Хотя даже рисованную карту можно брать и печатать - настолько хороша.

- Месяца по два на одну карту, - говорит Андрей, видя, как я любуюсь его чеканными буквами и ровными линиями: ни за что не подумаешь, что от руки писано.

Андрей Астайкин - автор около 300 карт и при этом не кандидат и не доктор. Редчайший случай для нравов нашего научного бомонда: человек без ученой степени может говорить с академиками на равных. А вот с другой стороной "нравов" он поделать уже ничего не может: его карты, скажем так, "заимствуют". Счастье, если "академик" укажет его фамилию в конце книги мелким шрифтом. Хуже, когда на прилавках появляется "нечто", срисованное с карты Андрея, но с "корректировками". Нужна "Святая Русь" - несколько минут работы ластиком, удаляем "лишнее" и "несвятое", и вот она, родимая. Требуется "великий (нужное вставить) народ, задавленный русскими колонизаторами" - та же процедура. Так в одном фильме из статуи Ленина делали Пушкина. Издателю - доход, а Андрей смеется.

- Я не сужусь с ними никогда. Ты не поверишь, я стал неплохо зарабатывать на картах, кто бы мог подумать, не прошло и 15 лет труда. И их "отступные" мне не нужны. Но дико противно, когда моими картами дурачат народ.

Да, скифы мы все-таки: налетели, отняли, убежали. Когда директор одного крупного немецкого концерна и большой любитель истории по совместительству, трепеща от нетерпения, встретился с "русским, рисующим историю", он был в шоке: "Нет, я не ждал, что он миллионер. Но то, что у него нет даже компьютера..." Немец попросил Андрея нарисовать сводную карту расширения России - от удельных княжеств в древности до Российской и Советской империй. Как оказалось, в Германии (да и в России толком) ничего подобного нет. Андрей сделал - немцы были в восторге.

И вот прошло несколько лет, и Андрею предстоит уже на новом научном уровне выполнить ту же задачу. После "Тартарики" на очереди новый проект - Атлас Сибири. "Я хочу понять, каково это было, в XVII веке - слушать рассказы деда, видевшего границу страны у Волги, а самому при этом стоять на берегу Тихого океана".

Все-таки нам повезло с Родиной: где еще найдешь такую страну - неосмысленную. И даже не нарисованную.

Последние новости