Причиной "изъятия ребенка" стало то, что Лидии Ивановне не удавалось получить постоянную прописку из-за отсутствия жилья, потому и документы на ребенка не были оформлены должным образом. Вместо того, чтобы помочь ей осилить бумажную проблему, сотрудники отдела опеки администрации города Славянска-на-Кубани и Славянского района отобрали мальчика и отправили его в детдом.
Счастье босиком
Старая хатка, где собирают вещи, готовясь к переселению в новую квартиру, мама Лида и ее сын Богдан, затерялась в камышах. Чтобы найти хутор Беликов, где они жили до сих пор, корреспондентам "РГ" пришлось изрядно попетлять среди ферм по глинистому бездорожью. Нас встретил улыбчивый голубоглазый мальчишка. Оказалось, это и есть тот самый Богдан. Сразу повел показывать свои сокровища – рыжего петуха да белого гуся. Богдан в жизни Лидии появился, когда ей исполнилось сорок девять лет. Жила тогда в Казахстане в городе Чимкенте. Тяжело болела, муж погиб в автокатастрофе, дочь уехала за границу. Пищащий сверток, однажды обнаруженный ею на пороге, стал смыслом жизни.
– Когда раскрыла тряпки и увидела ребенка, – вспоминает Лидия Стрижак, – позвонила в милицию, а там отвечают: ночь на дворе, у нас тут два убийства да разбой. Что мы с ним будем делать? Дождитесь утра, придет участковый.
А в домах тогда ни газа, ни света не было. Коптилки сами делали: в банку наливали растительное масло, опускали тряпичный фитилек – дорого было покупать свечки. Когда при тусклом свете развернула хламье, мальчик оказался таким хорошеньким. Утром появился участковый и сказал: "Лида, ты не представляешь, что делается в домах ребенка. Пропадет парень – оставь лучше его себе".
Так подкидыш и стал жить у Лидии Ивановны. На одной коптилке вода греется, на другой каша стоит. Знакомые недоумевали: "Ты же бабушка уже, в таком возрасте и снова мамой становиться?" Соседка однажды сказала, что через роддом удалось установить настоящую мать Богдана. Отправились к непутевой мамаше. Та расплакалась: "У меня и так двое детей, а этот ребенок не нужен – очень бедно живем. Заберите себе, запишем его на вас".
Когда Богдан подрос, встретили как-то случайно на улице родную маму, но она голову отвернула и даже не подошла. А для Лидии Ивановны мальчик стал светом в окошке. Не случайно ведь назвала его "богом данный".
– Жить становилось все труднее, – вспоминает Стрижак. – Я нигде не работала, тяжело болела. Решила возвращаться с ребенком на родину. Оформила российское гражданство, разузнала насчет сбора документов на сына. Мне посоветовали: зачем вам такое мученье? Возьмите отказную и разрешение на выезд у родных родителей мальчика. А на новом месте ему дадут российские документы. Тут же все очень сложно. И я спокойно с этими отказными через несколько таможен проехала. Никто и слова не сказал.
Гуси-лебеди
Когда ехала на Кубань, мечтала Лидия Ивановна о своем доме, окруженном цветущими яблонями, стае гусей во дворе. Сестра предложила перебраться к ней в Славянский район. Позже в органах опеки и попечительства Лидии Ивановне пеняли на неподходящее для ребенка жилье и на то, что оно оказалось в глухомани. Действительно, рядом – ни клуба, ни школы, ни медпункта.
– Так я же домик на свои деньги покупала, – робко оправдывалась переселенка. – А то, что живем в глуши, так средств только на такое жилье и хватило.
К тому же вскоре выяснилось, что продавцы дома Лидию Ивановну обманули: оформили его неправильно, продав без ведома наследников. И осталась она без каких-либо правоустанавливающих документов. Когда же обратилась к квартальной по поводу прописки, та пообещала, что проблем не будет. И Лидия Ивановна успокоилась, оставшись с Богданом в купленном доме. Как и мечтала, весной зацвели яблони. Развели во дворе гусей и другую птицу, выращивали овощи. В общем, кормились, как говорится, с земли. Но время шло, а женщину нигде не прописывали, паспорт не меняли. Для переселенки неудачная покупка дома обернулась замкнутым кругом. По закону нет у человека жилья – нет постоянной регистрации, а без прописки – о каких-то гражданских правах и говорить даже трудно.
– В отдел опеки и попечительства пошла, чтобы узнать, не положено ли какое-нибудь пособие на ребенка, – продолжает Лидия Ивановна. – А мне предложили как можно быстрее покинуть пределы района. Сказали, что должны ребенка забрать: он у меня незаконно, так как нет никаких документов, кроме родительских отказных.
А вскоре из райцентра приехали и сказали, что действительно Богдана заберут в детский реабилитационный центр – мол, будете навещать регулярно, а там ему и российское гражданство легче получить, и к школе подготовиться. "Я в ужасе, как же он будет без меня? И я без него? Он же все шесть лет постоянно был со мной, за руку его держала, когда он спал. Но эти люди предупредили: "Если будете возражать, заберем насильно". В общем, увезли Богдана в Славянск-на-Кубани в детский реабилитационный центр "Надежда". Адрес оставили, но на свидание не пустили, сославшись на карантин.
Бумажные берега
В районном отделе опеки и попечительства тем временем навели справки в Чимкенте: а вдруг Стрижак увезла Богдана обманным путем? Попытались разыскать его родителей. Оказалось, они тоже уехали из Казахстана, причем в неизвестном направлении. Отыскалась, правда, родная тетка, которая предложила устроить мальчика в местный детский дом. "В данное время Смирнова Богдана взять к себе на воспитание не могу. В дальнейшем мы попытаемся решить вопрос опеки", – написала она на Кубань.
Когда отпали доводы по поводу родственников, у специалистов отдела опеки появились другие – мальчику недостаточно развития, приемная мать не может обеспечить ему необходимый уровень жизни и воспитания. И начали оформлять документы для отправки его в Афипский детский дом.
– В тех условиях мы не видели другого выхода, – говорит заведующая отделом опеки и попечительства администрации Славянского района Лариса Шаблиева. – Ведь у Лидии Стрижак не было ни жилья, ни прописки, ни работы.
– Конечно же, проще было отправить ребенка в детдом, чем помочь переселенцам с жильем, пропиской, – удивляется бывший замдиректора детского реабилитационного центра "Надежда" Александра Вознюк. – Лично я так и не поняла, зачем нужно было Богдана разлучать с приемной матерью.
Вроде бы все делалось по закону. Как сказано в акте изъятия ребенка, исключительно в интересах Богдана. Но интересы эти почему-то больше напоминали казенные и совершенно не совпадали с тем, чего на самом деле хотелось мальчишке.
А приемная мама никак не соглашалась с тем, что ее сын, ставший родным, будет воспитываться в детдоме, и начала борьбу за него.
– В моих хождениях по кабинетам добрых, отзывчивых людей и равнодушных я встречала поровну, – признается Стрижак.
Сотрудники детского реабилитационного центра посоветовали обратиться в суд, чтобы доказать права на ребенка, помогали, чем могли. И... получили выговоры. "Сейчас все зависит от быстроты ваших действий", – сказали в райсуде и объяснили, как можно отстоять свои права на ребенка. Историей Богдана заинтересовались журналисты местной районной газеты. Публикация, по мнению Лидии Ивановны, ускорила дело.
Но пока она собирала необходимые документы, Богдана из центра "Надежда" все-таки увезли в Афипский детдом. В целом же оформление бумаг на опеку заняло полгода. И все эти полгода Богдан находился в детдоме.
– Нас возили на экскурсии, в цирк, но всем детям все равно хотелось, чтобы их забрали домой, – вспоминает Богдан.
– В тебе что-то изменилось после детдома? – спрашиваем мальчика.
– Я стал бояться темноты.
Сейчас Стрижак и ее сын думают о том, как на новом месте сделать ремонт, устроить рыжего петуха, как встретят Богдана в школе – она теперь рядом с домом. Но это разве проблемы после всего, что пришлось пережить? Правда, у обоих остался страх: не разлучат ли их снова из-за какой-нибудь бумажки?
– Чтобы выйти из положения, мы сейчас заключили с Лидией Стрижак договор социального найма жилья и таким образом решили эту проблему, – рассказал корреспонденту "РГ" начальник жилищного отдела Славянской районной администрации Геннадий Дзятко. – Недавнее постановление правительства о вынужденных переселенцах во многом облегчит жилищный вопрос для этой категории граждан. Таких семей в районе сегодня 45. В основном бывшие жители Чечни, республик Закавказья, Казахстана. Все они теперь получат сертификаты на жилье. И на рынке вторичного жилья смогут подобрать себе квартиру или дом общей площадью не менее 18 квадратных метров на каждого члена семьи. Если это один человек – не менее 33 квадратных метров общей площади. В нынешнем году мы в состоянии обеспечить жильем еще одну такую семью. Также рассматриваются документы еще двух семей переселенцев.
комментарий
Галина Коновалова, уполномоЧенный по правам ребенка в Краснодарском крае:
– По-настоящему пока что интересы ребенка соблюдаются больше на словах. Только в 2006 году (у нас в штате работают несколько профессиональных юристов) довелось участвовать более чем в ста судебных процессах в Краснодарском крае, в которых рассматривались ситуации, когда так или иначе права ребенка и их опекунов грубо нарушались. Кстати, каждый третий из них был связан с жилищным вопросом.
По 50 процентам таких дел удалось добиться положительных и частично положительных решений суда в пользу детей и их приемных родителей. Поэтому Лидии Стрижак сразу же нужно было позвонить по телефону нашей приемной – (861) 268-43-15, а затем обратиться с письменным заявлением. Мы можем помочь составить исковое заявление, юридически грамотно оформить сбор базы данных, а также присутствовать в суде с целью защиты интересов ребенка и его попечителя. Причем все это делается бесплатно.
Что касается казенного отношения к делу сотрудников отдела опеки, то возникает оно из-за невыполнимого объема работы, который возложен на эти органы. Уверена, органы опеки и попечительства нужно выводить из состава краевого департамента образования и науки и создавать отдельную независимую структуру, которая бы занималась вопросами семьи, материнства и детства, со статусом государственного органа.
В том виде, в каком отделы опеки сейчас существуют, они вряд ли способны выполнить свои функции. Кадрами и финансами, насколько мне известно, сейчас они обеспечиваются по остаточному принципу, и их сотрудники разрываются на части. Дело в том, что за каждым районным управлением образования закреплены и детдома, и учебные заведения интернатного типа, сотрудники таких отделов обязаны ходить в рейды, выявляя "бесхозных" несовершеннолетних, и так далее.
А вот работа с семьей сейчас оживляется. Правда, с увеличением числа патронатных семей, развитием системы опекунства прибавится еще больше обязанностей. Нужно ведь не только определить ребенка в семью, но и кропотливо сопровождать его адаптацию. Такой специалист должен обладать знаниями педагогическими, быть хорошим психологом и юридически грамотным человеком – очень важно сейчас умение защищать интересы ребенка и приемных родителей в судах. Пока что в районных управлениях образования, насколько известно, специалистов такого уровня немного. Поэтому и возникают подобные конфликтные ситуации. Поддержка приемных семей должна быть не разово-выездной, а системной.