Новости

01.03.2007 05:00
Рубрика: Власть

Три года для премьера - срок

Михаил Фрадков отметил "юбилей", зазывая японский бизнес в Россию

Теперь он вышел на финишную прямую. Мало кому из его коллег удавалось продержаться на этом посту так долго.

Когда злые языки критикуют такой разный по взглядам кабинет, премьер относится к этому без раздражения, как и к перестановкам в правительстве. "Надо работать так, чтобы все понимали свою ответственность", - любит повторять Фрадков. Но кто-то понимает, а кто-то и нет. Тем не менее кабинет работает, поддерживая макроэкономическую стабильность. И хоть ВВП особо не удваивается, так и задачи сегодня другие, теперь главное - диверсифицировать экономику. Для этого и первого вице-премьера Сергея Иванова выдвинули на передовую. Но у Фрадкова свой фронт работ, на котором, правда, он не испытывает особых иллюзий по поводу своего премьерского долголетия.

Отметить очередную дату в кругу единомышленников Фрадкову вчера все же не пришлось. Не там был. Сакэ, суши и интриги - это то, что удалось отведать главе российского правительства в первый день визита в Японию в полной мере. Второй день был по сути ответным - внушительный российский чиновничий десант "кормил" японцев экономическими не то чтобы обещаниями, но проектами.

С раннего утра премьер совмещал полезное с приятным, проведя рабочий завтрак с руководством Федерации экономических организаций Японии "Кэйданрэн" (подобие нашей Торгово-промышленной палаты). Правда, Фрадков не был оригинальным: он не только лоббировал интересы российских предпринимателей, но и пытался убедить, что "приход в Россию - это не риск".

- Рискованно не идти в нашу страну, - предупреждал осторожных японцев глава российского правительства.

Японцы же известны тем, что, застолбив место на иностранном рынке, разворачивать собственное производство не спешат, а годами собирают информацию и только после тщательного анализа могут решиться на это.

- Риски связаны с упущенной выгодой, - сыпал соль на японские раны российский премьер.

Представитель "Мицубиси" заметил, что его компания готова принимать участие в развитии инфраструктуры в нашей стране.

- Конкуренция на российском рынке усиливается, - разогревал японцев и подгонял Фрадков. - Можно опоздать. В сегодняшних условиях плюсы работы на российском рынке превосходят все минусы.

Кстати, о минусах главе российского правительства все же рассказали. Председатель японо-российского комитета по экономическому сотрудничеству Кунио Андзай, по совместительству представляющий интересы "Токио газ", жаловался на сложность и запутанность формулировок официальных документов. Напомнил о коррупции и российских бюрократах, отсутствии единых стандартов финансовых и юридических процедур.

- Если бы вы смогли устранить эти проблемы, то торгово-экономическое сотрудничество было бы гораздо продуктивнее, чем сейчас, - в обычной японской провокационной манере заметил Андзай.

На самом деле пожелания японского бизнеса мало отличались от тех, которые звучали год назад, - упростить визовый и таможенный режимы, извести бюрократию. Об упрощении визового режима японцы не устают говорить постоянно. На что российские чиновники отвечают, что "Москва готова пойти в этом вопросе так далеко, как пойдет Япония". Кто хотел бы услышать - услышал бы. Но Андзай продолжал перечислять факторы, вызывающие раздражение. Российскому правительству досталось за недостаточную господдержку развития Дальневосточного региона. Не исключено, что недовольство японцев связано с тем, как идет строительство нефтепровода "Восточная Сибирь - Тихий океан". Фрадков хоть и заверял японцев в том, что "все идет по плану - к Тихому океану выйдем". Но, в общем-то, лишь подтвердил, что за время строительства 500-километрового участка трубы проект сильно подорожал.

Как известно, два года назад общая стоимость ВСТО, по расчетам "Транснефти", должна была составить 11,5 миллиарда долларов, из которых 6,6 миллиарда приходилось на первый этап. Теперь, по оценке "Транснефти", только первый этап нефтепровода может обойтись компании в два раза дороже - в 13,2 миллиарда. Во сколько обойдется второй этап, монополия пока не подсчитала. Поэтому Фрадков и предложил смотреть на тему шире, с возможностью инвестирования.

- Интерес, если он сохраняется, надо проявлять более предметно: сырая нефть - это важно, но нас интересует переработка, и чем глубже, тем лучше, - не стал юлить российский премьер.

В общем, откровенно говорил вчера не только он, но и глава РСПП Александр Шохин. Линия их поведения была одинакова: надо уже говорить не просто об экспорте сырой нефти из России, но и продуктов глубокой переработки. А в итоге - обсуждать строительство НПЗ на конце трубы ВСТО.

Шохин считает, что привлекательные для японцев проекты в России есть. Можно, к примеру, вернуться к обсуждению проекта энергомоста через Сахалин в Японию. То есть не уголь везти, а строить электростанции. Предложил он и вовлекать наших металлургов в японское автопроизводство, раскинутое на территории России. Видимо, чтобы "Тойота" все больше напоминала наши "Жигули".

Кстати, протокол создания совместного предприятия на базе Ульяновского автозавода вчера уже подписали российская "Северсталь-авто" и японская Isuzu Motors. В отличие от других проектов, Isuzu Motors передаст российскому партнеру лучшие технологические образцы двигателей. Контрольный пакет нового СП, правда, вопреки ожиданиям японского фондового рынка останется у "Северсталь-авто". Мощность СП - 25 тысяч грузовиков в год.

Озабоченность японцев усилением госконтроля в России над природными ресурсами и тем, как уберечь свои инвестиции, Фрадков попытался снять обещаниями, что государство будет "работать ответственно". Да и вообще на встрече с Абэ глава российского кабинета заметил, что услышал от бизнеса не озабоченность, а заинтересованность в более тесных контактах.

- Ожиданий больше, - подвел итог Фрадков.

Хотя и без того объем подписанных коммерческих документов был беспрецедентным. К примеру, Внешэкономбанк привлек кредит на строительство Шереметьево-3. "Транстелеком" заключил соглашение с японской NTT о прокладке опто-волоконного кабеля, который соединит Россию и Японию. А министерства экономического развития двух стран договорились о расширении российско-японского торгово-инвестиционного сотрудничества.

Культурная программа премьера вчера была несколько неожиданной. Между делом он съездил на открытие памятника экс-премьер-министру Японии Итиро Хатояме. Кто мог сделать подарок японцам в виде скульптуры в человеческий рост, в Москве догадается каждый. Действительно, Зураб Церетели теперь добрался и до этой далекой страны. Возможно, здесь его искусство оценят по достоинству.

Власть Работа власти Внешняя политика Правительство Председатель Правительства