Новости

08.06.2007 06:00
Рубрика: Общество

Бондарчук в "Тисках"

Валерий Тодоровский привез на "Кинотавр" современное "На дне"
На новый фильм Валерия Тодоровского "Тиски" 37 миллионов рублей выделила Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков.

Историю снимали про то, как, один раз случайно оступившись, можно поломать свою жизнь и потерять все: любовь, друзей, будущее... Молодой, красивый, талантливый диджей (дебют в кино мхатовского актера Максима Матвеева) волею судеб становится соучастником угона автомашины, в которой хранились наркотики. Выскочить из истории в нормальную жизнь теперь у него не получится: ему придется работать наркодилером у самого авторитетного бандита города.

Наркобарона в фильме спокойно, уверенно и эпизодами бесчеловечно жестоко играет Федор Бондарчук. Почему выбор пал именно на него, рассказал режиссер Валерий Тодоровский:

- Изначально я метался. Думал об одном артисте, о другом, о третьем. Фамилия Бондарчук все время всплывала в наших разговорах с ассистентом по актерам, но, честно признаюсь, образ Феди, которого я видел каждый день в бескозырке на рекламных щитах Росгосстраха, отталкивал. Проезжая мимо, я думал: нет, нет и нет - при том что знал его много лет и очень тепло к нему относился. А потом я понял, что в нашем кино в этом поколении актеров не так много сильных харизматических личностей. Один из них уже был приглашен на фильм на другую роль - Алексей Серебряков, и оставался не такой уж большой выбор.

Дальше мы встретились с Федором Сергеевичем, поговорили, я на него посмотрел, и мне был важен только один момент: насколько он готов меняться. Первое, что я ему сказал при встрече, - ты не будешь Федей Бондарчуком в этом фильме. Нет больше Феди, и мы забыли все, что про него знали. Он пошел на то, что стал не такой лысый - отпустил волосы, - в фильме у него щетинка. Естественно, сбрил свою бородку. Это я сейчас о мелочах рассказываю, а были и долгие, серьезные, подробные разговоры, которые, как мне кажется, дали свой результат. Я считаю Федора очень серьезным и невостребованным артистом. Но он не тот актер, который придет и сыграет вам все, - в первую очередь он мощная, обаятельная личность, а дальше мы его ставим в обстоятельства, которые помогают ему раскрыться.

У меня не было задачи сделать из его героя Вернера такого обаяшку-наркодилера. По моему мнению, это животное. Милое, улыбчивое, которое может быть очень добрым, щедрым, умеет даже любить, может подарить тебе все, но у которого нет разницы между "мне не нравится" и "я убиваю". В фильме есть сцена в клубе - мне принципиально важно было показать, как человек, не думая, не задавая вопросов, не разбираясь, жестоко избивает другого человека. Так же бездумно он бьет свою сестру. И это страшное существо наделено улыбкой, обаянием, наконец, красотою, хотя оно - монстр. Делать все время злобного монстра с клыками было бы интересно. Они же тоже умеют выпивать на даче, вести серьезные разговоры. И что самое интересное и парадоксальное - когда неоднократно в жизни я встречаю подобных монстров, я к ним ужасно тянусь. Так хочется быть поближе, вот именно с ним идти по городу...

Почему, по вашему мнению, я плохо отработал деньги, которые мне дало федеральное агентство? Я ничьи деньги не отрабатывал, я снимал кино. Это не фильм про наркополицейских и не кино про борьбу с наркотиками - это история про простого провинциального парня, который крутит вертушку в ночном клубе и попадает в переплет. Наркотики - это таблетки, порошки, ампулы, некие штучки, но если отбросить на секунду их вещественное проявление, то в первую очередь это уход в забвение, нежелание жить здесь и сейчас с нами, с вами вместе, страх этого. Я снимал историю про то, что наш главный герой должен определиться: жить здесь и сейчас или где-то там...

Ситуация была следующая: не агентство нам предложило снять такой фильм, а мы пришли в агентство, но в первую очередь за консультацией - нам важно было погрузиться в тот мир, который мы собирались показать на экране, и мы получили более чем исчерпывающую информацию из первых рук. На сценарий наши консультанты никак не влияли, и сейчас возник большой страх показывать им фильм. Потому что наш наркополицейский в итоге сам оказывается наркоманом, и я подозреваю, что генералам это может не понравиться...

Фильм снимался за 50 дней прошлым летом в июле и в августе в Ростове-на-Дону. Мы по своей наивности предполагали, что это будет летняя картина, в которой нам довольно быстро и легко удастся прожить жизнь, но она оказалась и длинной, и тяжелой, и изнурительной. Когда мы приехали в Ростов, там оказалось 50 градусов жары, и весь фильм прошел под давлением этого страшного климата, временами вплоть до помутнения мозгов...

   прямая речь

На кинофестивале "Кинотавр" вчера был представлен в конкурсе фильм Татьяны Воронецкой "Натурщица". Специально на премьеру прилетел Марк Рудинштейн, благодаря стараниям которого когда-то на свет появился "Кинотавр".

Российская газета: Марк Григорьевич, на "Кинотавре" вы как актер представляете фильм Татьяны Воронецкой "Натурщица"? Кто ваш персонаж?

Марк Рудинштейн: В "Натурщице" у меня маленькая роль, но со словами. Я играю банкира начала века. Мне интересно было это делать. В его времени есть что-то из сегодняшнего дня.

РГ: Почему?

Рудинштейн: У моего героя сложился особый характер: в жизни он безопасен, но становится опасным, когда добирается до больших денег.

РГ: Ваш герой идет по трупам?

Рудинштейн: Нет, в результате трупом становится он.

РГ: Вы себя называете мастером эпизода. Какой сыгранный вами эпизод самый любимый?

Рудинштейн: В фильме Алексея Балабанова "Мне не больно", где я сыграл с Ренатой Литвиновой.

РГ: Говорят, вы запускаетесь в Америке с новым проектом?

Рудинштейн: Это "Русский блюз". Фильм будет рассказывать о судьбе реального человека, которого считали убитым, а он оказался в Америке. Я буду играть с американскими актерами и со звездой бразильского футбола Роналдиньо. В Америке я снял свой первый фильм "Супермен".

РГ: Будет ли в этом году проходить ваш новый кинофестиваль в Питере?

Рудинштейн: Нет. Но фестиваль готовится. Питер станет центром мира: в Питер переезжают банки, Конституционный суд. С появлением пятого государственного телеканала решена проблема трансляции кинофестиваля. В прошлом году прошла его презентация. Мы не сдались, мы просто затихли.

РГ: Вы привозили в Россию много мировых звезд. С кем из них дружите?

Рудинштейн: С Катрин Денев. Она два раза вручала мне премию Федерико Феллини. Первый раз в ЮНЕСКО во Франции, потом в Москве. Я - единственный обладатель этой премии в России.

РГ: Как вы, крестный отец "Кинотавра", ощущаете свой визит на этот фестиваль?

Рудинштейн: Я два года здесь не был.

РГ: Ностальгия не мучила?

Рудинштейн: Я переболел. После фестиваля мне даже приходилось лечиться. Но я был чужой среди своих. Раньше фестиваль "Кинотавр" рассматривался как помощь бедным. Теперь он стал конструктивным, но все по-прежнему хотят на него приезжать с семьями.

Общество Ежедневник Образ жизни Культура Кино и ТВ 18-й российский фестиваль "Кинотавр"