25.06.2007 01:00
    Поделиться

    ММКФ представил "Ужас, который всегда с тобой"

    Кино на русском: фильм без фабулы, триллер и антиутопия
    Было время, говорили: "Московский фестиваль - форточка в мировое кино". Сегодня можно сказать, что фестиваль стал форточкой в отечественное кино - этим и интересен.

    Когда сообщают, что у нас теперь снимают до полутораста картин в год, мы пожимаем плечами: где ж они?! На экранах - считаные единицы уровня "Дневного дозора". О некоторых только читаем. О большинстве и не слышали. В этом смысле начавшийся ММКФ особенно интересен: он позволяет увидеть как никогда много фильмов на русском языке. Причем именно эти фильмы обеспечили ему сильный старт: в главном конкурсе прошли украинская экзистенциальная драма "У реки" и российский боевик "Русский треугольник"; в конкурсе "Перспективы" - "Ужас, который всегда с тобой".

    "У реки"

    Это история без фабулы. Просто наблюдаем один день обитателей городка у реки; на крупном плане две женщины: 90-летняя мать и 70-летняя дочь. Ничего особенного не происходит: вот постучался какой-то чиновник насчет возврата утраченного имущества - посидел, поудивлялся безумной матери и стыдящейся ее дочери, при первой возможности ретировался. Вот мать, которая едва ходит, захотела погулять по городу, а потом и покататься по реке. На пути встречаются какие-то люди, собаки, кошки, официанты, человек в капитанской фуражке, пикник какой-то. Ничего существенного, только мать время от времени объявляет: "Ты мне не дочь!", требует какого-то романса и погружается в воспоминания о том, как она танцевала когда-то. Но удивительным образом от всего этого нельзя оторваться. Оно смешно и трагично.

    В ролях - Нина Русланова и Марина Полицеймако. Сказать, что это работы талантливые - мало. Они из тех актерских прозрений, какие входят в память навсегда. Обе играют так, что в бэкграунде ощущаешь целую жизнь.

    Картину сняла ученица Киры Муратовой Ева Нейман, не скрывая приверженности фирменному стилю своего мастера: здесь много "муратовских" актеров, и почерк Муратовой виден в каждом кадре, в заторможенности действия, внимании к эксцентричной детали, в построении диалогов. Но это не подражание: режиссер использует этот фундамент для собственных психологических надстроек, высказываний и трактовок. В фильме нет мизантропии, но есть полузабытое нашим кино сострадание, стремление войти в замкнутый мир уходящего поколения, понять его.

    "Русский треугольник"

    Тема триллера Алеко Цабадзе - коррупция, на которой держится и которой кормится вся чеченская кампания. Тема выражена через историю студента юрфака Воронцова, который направлен на практику в уголовный розыск и с энергией прирожденного победителя ввинчивается в самостоятельное расследование цепи убийств. Выслеживая киллеров, он приходит к субъектам, для которых война - бизнес. Коллеги по угро скептически относятся к юнцу-выскочке, и он действует как "чужой среди своих" - что придает фабуле остроту. Артем Ткаченко из "Меченосца" в этой роли обнаруживает незаурядные актерские потенции, и я удивлюсь, если сыгранный им образ человека-хамелеона не будет растиражирован в эпигонских боевиках. Фильм построен на флэшбеках, которые сложатся в цельную картину искореженных неправедной войной судеб. В нем много сильных, знаковых эпизодов. Кадры с новобранцами, уходящими в жерло военной мясорубки, повторяют кадр из "Груза 200", где солдаты маршируют в чрево самолета, привезшего цинковые гробы, - но это, конечно, не воспетое коллегами кинематографическое открытие, а общее место.

    В фильме Цабадзе действуют не прирожденные злодеи и не маньяки - у обеих сторон своя правда, и сотворенное зло неизбежно порождает зло ответное. Но веришь происходящему мало: призыв к пониманию задавлен интригой, закрученной не столько искусно, сколько искусственно.

    "Ужас, который всегда с тобой"

    Серьезную заявку на большое кино сделал Аркадий Яхнис в этой антиутопии, талантливо выписанной Юрием Арабовым. Перед нами интуитивное прозрение художников, которые честно проследили очередной и уже совсем гибельный кувырок русской интеллигенции. Создана универсальная картина мира, где распались все духовные ценности и их заменили ценности суррогатные, по видимости несовместные, но уродливо сцепившиеся, образовавшие какой-то особенно расчеловеченный союз.

    В центре - супружеская пара: он толкует школярам об искусстве, она преподает немецкий. Оба живут по инерции: у него погасшие глаза тотального импотента, она, как героиня Горького, "навсегда устала". Но вот однажды, придя домой, он находит на кухне вооруженных людей в камуфляжной форме, причем они, похоже, уже прижились: один жарит яичницу, другой на посту у входной двери, третий кемарит, четвертый - подполковник. Доброжелательные, симпатичные. Веселый хохол, субтильный еврей, качок-мусульманин и русский из тех, кого зовут настоящими мужиками. Этот вооруженный до зубов интернационал тут устроил засаду на какого-то невнятного противника. Попытки выдворить непрошеных гостей через милицию бесплодны: над всем витает призрак секретной государственной необходимости. Но морок заразителен: поначалу ошарашенный интеллигент быстро проникается новыми нравами, усваивает блатной жаргон, влюбляется в автомат Калашникова и учит этой любви озадаченное юношество, он очнулся от импотенции и вновь захотел жену. Только у жены свой морок: она скоропостижно поверила в бога, и вскоре квартиру оккупируют попы с блаженными "божьими людьми", нужно молиться, целовать деловитому батюшке ручку. А вскоре и сам этот последний приют былых интеллигентов отойдет во владение церкви, так что мужики с автоматами теперь покажутся героям избавителями. Но понимания они не найдут и здесь. Потому что проморгали момент, когда армия и церковь поженились, а муж и жена, согласно русской пословице, - одна сатана. Трагикомический финал картины логичен, закономерен и устрашающ.

    Лейтмотив: на телеэкране постоянно идут кадры патриотического фильма 1944 года "Зоя", к которому прилип один из закамуфлированных парней. Актеры Юрий Нифонтов, Марина Ильина и Олег Фомин, смешно, на уровне гротеска отыгрывая безумный быт, идеально чувствуют и передают все смыслы этого многоуровневого интеллектуального построения.

    Таким образом, первый итог начавшегося фестиваля уже начинает формулироваться: у нас снова есть кинематограф.

    Поделиться