28.08.2007 00:20
    Рубрика:

    Российские сериалы отразили бизнес-игру государства

    О финишировавшей на прошлой неделе трилогии "Терминал", "Голландский пассаж" и "Расплата", имеющей некоторое отношение к саге о "Бандитском Петербурге", и поговорить не с кем. Кого ни спросишь, видел ли он (она) ее - все мотают головой и крутят палец у виска: мол, делать тебе больше нечего.

    Душным вечером

    ...А делать душным вечером у экрана телевизора было и вправду больше нечего, кроме как смотреть криминальные сериалы. Я на это намекал в предыдущей колонке. В этой попробую извлечь смысл из совершенно бессмысленного, на взгляд многих моих родных и друзей, занятия.

    Вообще, в продвинутой и, разумеется, образованной части телевизионной аудитории принято не смотреть сериалы и гордиться этим фактом. Принято еще сетовать, насколько наше государственное ТВ, занятое вещанием лапши в уши российских телезрителей, далеко от российских реалий, от того, что происходит в действительности за пределами Садового кольца и рамкой телеэкрана.

    Гордятся тем, что не смотрят сериальную продукцию и телезрители, числящие себя профессиональными телеобозревателями, что не мешает им тоже убиваться по поводу невменяемости нашего ТВ.

    Но все, как выясняется, не так однозначно. Либеральное клише точно так же слепо, как и антидемократическое.

    Забыть Антибиотика?..

    Сериал "Бандитский Петербург", датированный 98-м годом, в свое время отсмотрела вся страна. В ту пору ни один из вымышленных криминальных сюжетов, включая подвиги мисс милиции - майора Каменской, не вызвал такого обвального интереса.

    И в ту пору, помнится, наша общественность страшно волновалась по поводу обилия на экранах жестокости и крови, не способствующих нравственному оздоровлению незрелого юношества. Были даже, помнится, митинги протеста в городе Воронеже студенческой молодежи.

    И тогда проблема эта не раз поднималась на парламентский уровень; про дискуссии в телевизионных ток-шоу и не говорю. Но сериал Владимира Бортко "Бандитский Петербург", где и трупов и крови оказалось выше крыши, был вне критики.

    Сей парадоксальный случай лишний раз показал, что дело не в наличии непременных ингредиентов криминальной хроники. И даже не в эстетическом уровне самого произведения. Дело в другом. Сериал, так сказать, зацепил действительность за живое. Он отразил массовые представления российского населения о той реальности.

    В центре повествования - человек (неважно, вор ли это в законе, журналист ли или бывший прокурорский работник), оказавшийся между Сциллой и Харибдой - коррумпированным государством и организованной преступностью. Он сам по себе. Он сам для себя вырабатывает мораль и сам для себя создает право. Не надеясь ни на кого - ни на парламент, ни на прокуратуру. И если такой герой в таком фильме вызвал всенародный интерес, то из этого следовало, что страна себя в нем узнала.

    То бишь углядела в нем свои страхи и возможности.

    Как она углядела их несколько позже в сериале "Бригада". И сколь бы общественность ни морщилась брезгливо при виде Саши Белого, она не могла не признать логику его биографии и биографии первого постсоветского поколения.

    С той поры криминальные сериалы для меня утратили всякий развлекательный смысл, кроме тех, что имеют кроссвордную основу, - экранизации романов Татьяны Устиновой, например. (Занятно следить, как вертикальные и горизонтальные сюжетные линии пересекаются в квадратиках общих букв.)

    Все прочее "криминальное смотриво" сохранило лишь познавательный интерес для социологов. Этот телеформат стал своего рода индикатором коллективно-бессознательных нужд и умонастроений отечественного населения.

    Много ли воды утекло?

    В начале 2000-х популярными оказались сериалы, где правоохранительные органы обрели женское лицо - "Каменская" и "Тайны следствия". Феминизация на экране сугубо мужской работы, вероятно, ответила на запрос зрительской массы на смягчение нравов и гуманизации людского общежития.

    Но жизнь усложнилась: криминальные авторитеты стали мало-помалу легализовываться, а государство принялось энергично накачивать мускулы и множить силовые спецслужбы.

    Мало нам было противостояния в 90-е годы организованной преступности и дезорганизованного государства, так теперь мы в 2000-х имеем войны не на жизнь, а на смерть между одними бизнес-структурами и другими бизнес-кланами, осложняемыми конкуренцией между государственными силовыми ведомствами. Один из самых продолжительных сериалов на эту тему так и назывался - "Ментовские войны".

    ...А как славно было еще сравнительно недавно. Взять хотя бы тот же "Бандитский Петербург". Там есть плохие бандиты, а есть вполне приличные, с понятиями о добре и беспределе. Есть плохие менты, без всяких понятий - беспредельщики. И есть менты хорошие. Надежда на что? На то, что хорошие бандиты объединятся с хорошими ментами и тогда все образуется. Гладко было на телеэкране. В реальности граница между добром и злом оказалась размытой. И потому не могла в конце концов не сделаться подвижной и в сериалах.

    Один из них, из недавних, так и назывался "Свой - чужой". Храброго мента внедряют в преступную бизнес-группировку. Его чуть ли не дважды перевербовывают.

    В сериале "Гражданин начальник-3" вообще сам черт ногу сломит и будет долго чертыхаться, пытаясь разобраться в хитросплетениях борьбы между генеральной прокуратурой и краевыми компетентными органами, поощряемыми влиятельными лицами из президентской администрации. А в результате погиб честный губернатор - намек на Михаила Евдокимова.

    Такого рода разводки, запечатленные на телеэкране, в художественной форме отразили склонность государства вести свою игру в бизнесе, притом не совсем честную.

    Насколько оно в этом случае может быть коварным и жестоким, мы видим в приложении к "Бандитскому Петербургу" (повторяю: не в продолжении "Бандитского Петербурга") - "Терминал", "Голландский пассаж" и "Расплата".

    Там некий госфункционер Сергей Сергеевич из высокого кабинета с помощью одного из вице-премьеров такие схемы придумывает и так разводит криминальных олигархов и авторитетов в законе, что злодей Антибиотик на этом фоне кажется простодушным недотепой.

    Новое веяние в последних криминальных сериалах - крупный предприниматель все чаще предстает фигурой трагической. Таким был сыгран Большаков артистом Анатолием Журавлевым ("Терминал"). Таким мы увидели и бизнесмена Нефедова из "Расплаты". Они оба, преуспевающие, самодостаточные, скверно кончили. Первый - самоубийством. Второй - за решеткой.

    Аллюзии оказались настолько прозрачными, что авторы посчитали нужным снабдить сериал специальным титром: "Все совпадения с реальными событиями являются случайными".

    Но что-то уж очень много совпадений, чтобы все они были случайными.