Новости

Социологи выяснили, какие претензии высказывают друг другу выпускники вузов и их работодатели

"Ничто не дается так дорого и не ценится так дешево, как высшее образование", - говаривали в советские времена, перефразируя лозунг о пользе взаимной вежливости, развешанный по стенам всяческих булочных и прачечных. Времена, конечно, меняются, но отнюдь не так сильно, как хотелось бы. Качество высшего образования по-прежнему вызывает массу нареканий и у выпускников, и у их работодателей.

Почему так происходит, попытались выяснить социологи Института социологии РАН. Целью их исследования было определить "жизненные траектории" выпускников и понять, в каких коррективах нуждается система российского высшего образования. Рассматривалось это с чисто практических позиций личного успеха каждого обладателя вузовской "корочки" - найдет ли он себе достойное место в жизни, совпадают ли его желания с экономической действительностью, может ли он как-то скорректировать свою карьерную и профессиональную "траекторию".

Опросы намеренно проводили подальше от Москвы и Питера - в Чувашской Республике, Краснодарском крае, Свердловской, Воронежской и Томской областях. В общей сложности респондентами для социологов выступили выпускники разных лет и старшекурсники более 40 вузов, руководители институтов и структур послевузовского образования, а также главы предприятий и компаний, куда выпускники трудоустраивались. Проводились подробные интервью по заранее подготовленным вопросникам и дополнялись результатами дискуссий в так называемых фокус-группах (свободный разговор на определенную тему под руководством социологов-модераторов).

Учеба пуще работы


Сначала цифры. 53 процента опрошенных выпускников вузов заявляли, что теперь, получив диплом, они намерены заняться исключительно работой. 35 процентов собирались совмещать работу с дальнейшей учебой. 2 процента планировали в ближайшей перспективе только учиться - повышать квалификацию, получать второе образование, писать диссертацию и пр.

Из первой группы при этом только 28 процентов были уверены, что никакой учебы в их жизни отныне больше не будет. 40 процентов все-таки предполагали, что курсов повышения квалификации или дополнительного обучения им в жизни не избежать (разве что затруднялись сказать, каких именно знаний им на данный момент не хватает). 5 процентов опрошенных в этой группе планировали сначала набраться опыта работы, а потом опять засесть за учебники и конспекты в режиме непрерывного обучения (получить второе высшее или поступить на профессиональные курсы).

Из тех 37 процентов выпускников, которые (в общей сложности) заявляли, что, получив диплом, собираются учиться дальше, 41% собирались подать документы в другой вуз, 24% - в аспирантуру, 9% планировали пойти на курсы (иностранного языка, компьютерной грамотности, бухгалтерского учета, дизайна, массажа, парикмахерского искусства и пр.) или на корпоративные обучающие программы. 7% хотели остаться для получения второго диплома в своем собственном вузе, а 3% - обратиться в магистратуры, бизнес-школы и т.д.

Получается вполне по-ленински: учиться, учиться, учиться… Чему? Ну, естественно, не методике переноски бревен на субботнике. Наибольшей популярностью у выпускников вузов, намеренных сразу же после выпуска продолжить образование, пользовались специальности, связанные с обучением менеджменту, экономике, финансам и праву. Только половина упорных молодых людей собирались на этом остановиться. Еще 23% респондентов намерены и в дальнейшем совмещать работу с учебой.

Спрашивается - зачем? Самый распространенный ответ: "Я хочу продолжить обучение для удовлетворения интереса и развития своих способностей, для самосовершенствования" (36%). Для повышения шансов на рынке труда и для карьерного роста к услугам непрерывного образования обращаются 33% выпускников, составивших эту группу респондентов. Для повышения шансов на успех в личной жизни - 21% из них. Почти две трети выпускников в этой группе говорили о том, что полученное образование кажется им "недостаточным".

Впрочем, из таких фанатов учебы почти треть - 30% - к моменту встречи с социологами и так занимались самообразованием, 10% учились на компьютерных курсах, 7% - на профессиональных, 20% дополнительно учили какой-нибудь иностранный язык, не входивший в вузовскую программу, 5% ходили в различные кружки.

Самое интересное, что подобная страсть к познанию нового вовсе не означала, что молодые люди намерены использовать свои знания только по месту основной работы, чтобы продвинуться профессионально и сделать карьеру. Специалисты из сферы дополнительного образования говорили социологам, что, по их наблюдениям, более половины студентов выпускных курсов вузов убеждены, что по специальности работать не будут никогда. Шансы получить работу в соответствии со своими желаниями и запросами сразу после получения диплома выпускники, которые не планировали сразу начать новое обучение, оценивали в среднем на 3,6 балла по пятибалльной системе.

Зато - и это действительно оказалось "приметой новых времен" - учеба (особенно послевузовская и на специальных курсах) важна была для них как способ расширить кругозор, обрасти полезными знакомствами, получить "выход на новый уровень и в новый круг". То есть развиваться не столько как профессионал в узкой сфере, а как личность вообще. Вот типичные ответы выпускников прошлых лет о том, что дал им родной институт, университет или академия. "…Образование в вузе не должно быть узкопрофессиональным. Оно нужно только для общего образования. Все равно на предприятии приходится учиться практически с нуля". "…Если образование не помогает устроиться в жизни, это еще не значит, что оно не нужно. У меня гуманитарное образование, после которого я получил МВА. Конечно, в работе мне диплом историка не нужен, но вуз и не для этого". "…Я работала с третьего курса и вроде бы по специальности. Но основные знания получила не в вузе, а на рабочем месте. Зато вуз мне дал кругозор, навыки общения, умение правильно себя подать…"

Как выяснилось в ходе опросов и дискуссий, молодым людям в значительной степени бывает безразлично, в каком вузе учиться (разумеется, в рамках выбранной специализации). Зато к послевузовскому образованию они относятся гораздо требовательнее - речь идет уже не просто о "корочках", а о навыках, которые действительно помогут устроиться в жизни и преуспеть в профессии. Поэтому и денег на второе образование они не жалеют: во всех структурах непрерывного образования говорят сейчас о "росте платежеспособного спроса". Среди тех, кто собирался продолжить учебу после получения диплома, 31% был готов платить за нее, "сколько потребуется", для 44% цена обучения была решающим фактором выбора. И лишь 13% таких респондентов делали ставку сугубо на бесплатную учебу.

Вообще, по единодушному мнению региональных экспертов, специалистов сферы непрерывного образования и молодых специалистов, главным препятствием на пути ко второму диплому и профессиональным сертификатам для молодых людей был недостаток не денег, а информации о подходящих курсах. Отсутствие средств и времени называли лишь во вторую и третью очередь. Причем в данном случае между жителями разных регионов различий не прослеживалось.

Расписание для "шаттла"

Надежды, безусловно, юношей питают, амбиции выпускников простираются далеко. Однако социологи поинтересовались и мнением тех, кто берет (или не берет) "молодых да ранних" на работу - чем они руководствуются при отборе кадров, довольны ли качеством их подготовки? Экспертами в данном случае выступили работодатели и сотрудники рекрутинговых и консалтинговых фирм.

Складывалось впечатление, что вузы и рынок труда находятся почти что на разных планетах, между которыми изредка туда-сюда курсируют космические "шаттлы".

Бизнес-сообщество и вузы, конечно, с большим или меньшим успехом пытаются наладить контакты (из пяти регионов, где работали социологи, в Томской области это удается лучше всего). Традиционные формы известны: в вузах создаются профильные кафедры "по заказу" предприятий, на базе высшей школы работают специальные курсы для лучшей профориентации выпускников, есть масса корпоративных университетов и ученых внутрифирменных подразделений, действует система практики на будущем месте работы и целевое распределение выпускников в соответствии с "ученическим договором" (уволишься раньше срока - выплатишь предприятию средства, затраченные на учебу). Некоторые кафедры "продают" своих выпускников предприятиям, как футбольные клубы игроков, а при вузах действуют практически консалтинговые агентства, чья задача - пристроить всех! Есть, кроме того, и система "бизнес-инкубаторов", когда студенты работают над проектами по заказу крупных региональных компаний. "Инкубаторы" финансируются за счет университетов, по идее, должны помогать выпускникам адаптироваться к будущей работе. В реальности, правда, все менее радужно. Так, один из университетов на содержание бизнес-инкубатора тратил 6,5 миллиона рублей в год, часть этих денег возвращалась благодаря отдаче от бизнес-проектов. Но не настолько значительная, чтобы начинание стало для вуза коммерчески выгодным.

Сила отталкивания

"Сила притяжения" вузов и работодателей на более близком расстоянии, увы, сменяется "силой отталкивания". Лишь считаные единицы из тех, кто готов был взять молодых специалистов на работу, отозвался о качестве их образования с похвалой. Зато руководство вузов работодатели часто обвиняли в том, что оно безбожно "завышает цены" на "товар с недоделками": то кафедра заломит за подготовку специалиста "под заказ" предприятия абсолютно неадекватную цену, то высокое должностное лицо университета приходит посоветоваться с главой крупной компании на предмет того, как наладить обучение по корпоративным стандартам. Что происходило дальше, рассказывает один из участников фокус-группы: "Я думаю, сейчас, наверное, начнется разговор о высоких материях, как преломить принципы западного менеджмента и управления бизнесом о российские реалии, готовлюсь. Ведь понимает, что бизнесу нельзя научить. Говорю ему об этом. Он говорит: прекрасно понимаю, нам главное, как деньги со слушателей стрясти, как лохов кинуть - цитирую. Это цитата проректора! Я говорю, в этом вам не помощник…"

Как выяснили социологи, "моментом истины" для работодателей становится преддипломная практика выпускников. И вот тут список претензий к без пяти минут специалистам дорастает до объемов обширной "дефектной ведомости". Причем иногда эти претензии - взаимоисключающие. По принципу "оба хуже".

Работодателям - представителям малого и среднего бизнеса не нравится в выпускниках вузов то, что образование у них "неприкладное и чересчур академическое" (самое интересное, что говорится это абсолютно про все вузы и специальности). Высшей школе пеняют на то, что студентов она учит "по книжкам", а практики не знает. Хотя, правда, таких работодателей вполне устраивает то, что молодые специалисты "молодые, активные, свежие, готовые начинать с небольших денег".

У крупного бизнеса свои претензии. Здесь как раз не в восторге от "чрезмерно прикладного" образования, которое (как говорили социологам представители влиятельных структур и компаний) дают вузы. Таким работодателям, по их словам, требуются специалисты с широким кругозором и "умением учиться": "Не надо делать упор на прикладные аспекты. Больше философии, больше истории, больше математики, не надо рассказывать про маркетинг. Бизнес развивается настолько быстро, что преподаватели не успевают, тем более что они не прикладники. Тем, кто к нам приходит, не хватает фундаментальных знаний, общего уровня культуры, системности". "Нам нужно умение учиться, нам не нужны готовые специалисты. Готовых специалистов, если надо, мы будем задорого перекупать", - вот несколько характерных ответов.

Около четверти работодателей, с которыми побеседовали социологи, оценили качество высшего образования, полученного их молодыми сотрудниками, негативно (вне зависимости от того, диплом какого вуза они имели). Еще около четверти опрошенных работодателей вообще считали, что образование для карьеры особого значения не имеет: все дело в личных качествах человека, а не в "корочке". Очень важно, говорили они, чтобы претендент на "хорошее место" был амбициозным в хорошем смысле, умел себя подать, обладал разнообразными навыками помимо основной специальности (в том числе знал иностранный язык, умел водить машину и т.п.). И, главное, "имел потенциал", то есть был обучаемым.

А некоторые работодатели, по наблюдениям социологов, вообще стараются набирать себе специалистов откуда угодно, только не из вузов собственного региона, и постоянно твердят о "кадровом дефиците на рынке труда" и о собственных "ну, возможно, слишком высоких требованиях" к молодым специалистам.

Не берем программистов. Они какие-то дикие. Ни в коем случае не берем философов, актеров. А вот филологи обладают системным подходом

В итоге недовольны все: и вузовское начальство, и работодатели. Зато вполне неплохо чувствуют себя рекрутинговые компании. Именно они берут на себя роль "универсальной свахи", которая теоретически способна (по известному анекдоту) методом "челночной дипломатии" выдать замуж дочь Рокфеллера за сибирского лесоруба. Аналогия в общем-то не случайная. Рекрутеры, занятые поиском и "доводкой" менеджеров среднего звена для крупных предприятий, в один голос жалуются, что выпускники вузов слишком много о себе мнят и хотят чересчур многого при минимальных на то основаниях. Социологи периодически слышали: "Они думают, что диплом - это уже как минимум 10 тысяч рублей, которые не нужно зарабатывать. Я вот пришел, такой красивый, и у меня должен быть оклад не меньше 10 тысяч. Только единицы четко могут себе представить, чего ждут от работы". "Они абсолютно не адаптированы, не приспособлены. Еще в начале моей работы один написал в анкете: хочу быть директором с зарплатой $1000".

У рекрутеров свой взгляд на качество образования и его "профессиональное измерение": "Мы не берем программистов, айтишников. Они квалифицированные, но какие-то дикие. Хорошо работают экономисты. Ни в коем случае не берем философов, актеров, то есть с культурологического факультета. Для них мир - как объект изучения, смотрят на него широко открытыми глазами и фиксируют явления. Что удивительно - филологи обладают системным подходом. Понимают: вот круг моих обязанностей, вот цель, вот такие действия я должен произвести…" "В первую очередь обращают внимание на то, могут ли ребята понимать потребителя. Умеют ли делать неожиданные ходы в сфере маркетинга. Все связанное с взаимодействием с потребителями вызывает у работодателей интерес. Проблема - то, что у выпускников вузов отсутствуют ответственность и огонек в глазах. Когда у человека есть "огонек в глазах", ему можно поручить дело, а этим - нельзя". Кроме того, по мнению всех респондентов-работодателей, молодые специалисты никогда не сумеют сделать карьеру, если не обладают тремя самыми важными навыками: работа в команде, коммуникационные навыки (то есть умение общаться и получать информацию), самостоятельность.

Больше всех - надо

Считается, что на рынке (в том числе и в сфере образования) спрос рождает предложение. А вот и не совсем. Социологи выявили своеобразный "эффект запаздывания" в том, что касается особо популярных специальностей, которым учат в вузах. Молодые люди изо всех сил стремятся поступить на престижные факультеты и кафедры, искренне не догадываясь, что они чем дальше, тем меньше востребованы на рынке труда. Часто проходит не меньше пяти лет, пока вузы медленно и со скрипом переориентируются в соответствии с реалиями дня. Но это тоже вполне объяснимо: разработка новых программ и курсов, подготовка специалистов и прочие необходимые для этого вещи требуют немалого времени и денег, зато рынок труда меняется стремительно. "Экономика как бы уходит из-под ног у сферы образования и тех, кто ею охвачен", - заключают социологи.

А еще, конечно, студенту надо крепко задуматься, нужно ли будет в его работе высшее образование как таковое. Вернее, найдет ли он работу, где вузовский диплом - это "путевка в жизнь".

Социологи разделили все посты и должности на 4 группы. Первые две (руководитель и специалист с высшим образованием) предполагали наличие диплома, вторые (менеджер и специалист без высшего образования) нет. Проанализировав данные резюме выпускников вузов, находившиеся в открытом доступе на интернет-сайтах, ученые пришли к выводу: есть специальности, изначально ориентированные на определенные ниши рынка труда, и даже если они уже переполнены, шанс найти работу для молодого специалиста все же велик. А в других профессиях одним "золотым ключиком" в виде диплома не обойтись: потребуются еще связи, знакомства, опыт работы… К первой группе относятся инженерно-технические специальности, бухгалтерский учет, естественные науки, юриспруденция, информатика и вычислительная техника. Путь человека, выбравшего подобную стезю, в общем-то предсказуем. А вот со второй группой сложнее. В ней лидируют такие специальности, как экономика и менеджмент, а также педагогика. Выпускники этих факультетов и кафедр очень часто вынуждены после окончания вуза занимать рабочие места, которые высшего образования не требуют. Чаще всего это случается с дипломированными специалистами в сфере гуманитарных наук (75% неудачников), экономистов и менеджеров (67%), лингвистов (55%). Ученые называют такую ситуацию английским термином overqualified - избыточное образование.

Азбука для узкого круга

Если все так нелучезарно, возникает законный вопрос: для чего молодые люди все-таки постоянно чему-то учатся с отрывом и без отрыва от работы. Они что - слепые, наивные, им некуда девать время и деньги? Ни то ни другое и уж тем более не третье. Как свидетельствуют данные исследования, с помощью всех этих курсов, тренингов, аспирантур и прочего многие молодые люди надеются не столько научиться чему-то новому, сколько укрепить уже завоеванные профессиональные позиции, обрасти полезными знакомствами и связями. Или (в том случае, когда человек своим местом в жизни не слишком доволен) сделать своего рода "инвестиции в себя", чтобы в будущем иметь шанс для рывка вперед. Увы, эти "инвестиции" в большинстве случаев себя не оправдывают. Но надежда умирает последней, и именно она подвигает молодых людей на штурм все новых образовательных высот - "а вдруг пригодится, а вдруг вырвусь из замкнутого круга?" Социологи в своем исследовании эту надежду топят, как котенка в ведре с холодной водой: как правило, дополнительное образование повышает карьерные и профессиональные шансы тех, у кого они и так высоки, а "неудачники" довольствуются лишь еще одной "корочкой" и строкой в резюме. Проанализировав карьерный путь выпускников вузов Чувашии 4-5-летней давности, ученые выяснили, что 70 процентов по этой лестнице не сдвинулись ни вверх, ни вниз: тот или иной сегмент рынка они заняли уже при первом трудоустройстве. Лишь 14 процентам удалось повысить свой статус, но дело здесь было явно не в дополнительном образовании (доля тех, кто его получил в этой удачливой группе, была такой же, как и в среднем для всех). А еще в 15 процентах случаев на старте карьеры человек занимал позицию выше, нежели сейчас. Как правило, речь шла о сознательном переходе на более низкую профессиональную позицию из-за малой зарплаты по специальности. Так поступали, например, учителя, библиотекари и прочие бюджетники. Им было проще уйти "в фирму менеджером" или торговать косметикой вместо повышения квалификации ради грошовой надбавки к зарплате. Любопытно, что именно они гораздо чаще получали дополнительное образование - по сути "переучивались", чтобы уйти из малоперспективной сферы. Причем порой сразу по окончании вуза, даже не пытаясь найти работу по специальности.

Половина же выпускников последних пяти лет, которые сразу претендовали на руководящие позиции после вуза, "непрерывным образованием" не занимались. Зато они шли на курсы и в бизнес-школы позже. На топ-уровне действует иная логика. Дополнительное образование среди высокопоставленных профессионалов - это нечто вроде "элитного клуба", где создаются и укрепляются деловые связи. "Я пришел учиться на МВА не столько для образования - мне его в общем хватает, - а для общения с себе подобными, - часто говорили участники фокус-групп. - Сейчас половина моих партнеров - это те, с кем мы учились. Мы же туда все приходили уже на руководящих должностях от мидл-менеджера и выше. При этом, кстати, половина из них не закончили учебу - из-за напрягов на работе, да и вообще, тут после первых же месяцев выбирать надо: или учеба, или работа. Это еще хорошо тем, у кого семей нет".

Впрочем, мнения относительно того, насколько ценно высшее образование, высказывались разные. В среднем, считали респонденты, вклад вузовского диплома в профессиональный успех человека примерно равен значению опыта его работы. А вот дополнительное образование, считает большинство опрошенных, обусловило лишь 10-15 процентов их успеха, не более того. Хотя именно оно, по общему мнению, гораздо лучше встроено в систему рынка труда, чем обычное вузовское, и молодые люди, живущие в российских регионах, этим, если нужно, активно пользуются. Другое дело, что во многих случаях все равно приходится смириться с тем, что "выше головы не прыгнешь" - у рынка труда своя логика и законы. Но эту проблему ни молодым людям, ни их вузовским преподавателям решить, увы, не по силам.

Справка "РГ"

Исследование "Мониторинг индивидуальных (образовательных и карьерно-профессиональных) траекторий выпускников системы высшего профессионального образования" проводилось в рамках проекта "Методическое и организационное обеспечение формирования индивидуальных образовательных траекторий для профессионального, карьерного и личностного роста в контексте создания системы непрерывного профессионального образования", инициированного Федеральным агентством по образованию. Авторский коллектив: Д.Л. Константиновский, доктор социологических наук, руководитель Центра социологии образования, науки и культуры Института социологии РАН (руководитель проекта), научные сотрудники ИС РАН кандидат социологических наук В.С. Вахштайн, Д.Ю. Куракин.

В Чувашской Республике, Свердловской области, Краснодарском крае, Воронежской области проводился анализ данных региональной статистики, опросы студентов выпускных курсов вузов, групповые дискуссии и фокус-группы с молодыми специалистами, окончившими вузы 4-5 лет назад, полуформализованные биографические интервью, экспертные интервью с работодателями, с представителями администрации вузов и учреждений дополнительного образования, с представителями рекрутинговых агентств и служб занятости. К результатам исследований в этих четырех регионах были также добавлены материалы, полученные в Томской области А.Ю. Рыкуном и его коллегами. Всего исследованием были охвачены индивидуальные образовательные и карьерно-профессиональные траектории выпускников более сорока вузов в 5 регионах. Кроме того, был проведен анализ находящихся в открытом доступе баз данных резюме молодых специалистов.

Как ракете не упасть

Материалы проекта комментируют директор ИС РАН Михаил Горшков и руководитель исследования Давид Константиновский

 

 

Российская газета: Ученые Института социологии уже не первый раз исследуют проблемы образовательной сферы в России - от детских садов до школ и высших учебных заведений. Удалось ли сделать некие глобальные выводы?

Михаил Горшков: В данном случае мы оценивали не систему образования вообще, а то, насколько она помогает молодому человеку, выпускнику не столичного, а регионального вуза, начертить для себя наилучшую "профессиональную траекторию". Нельзя не заметить - прежнее убеждение, что "образование нужно для работы, а работа для жизни", устарело. Акценты теперь расставляют иначе: "образование - для жизни, и работа - для жизни". Точно так же считалось, что высшее образование должно играть для человека роль решающей ступени, выводящей его на орбиту успеха, - как в стартующей космической ракете. И снова акценты стали другими: вместо принципа "образование на всю жизнь" люди начинают жить по принципу "образование в течение всей жизни". Диплом вуза постепенно утрачивает свою "судьбоносную" роль - зато очень важными становятся разного рода формы непрерывного обучения, всевозможные курсы, школы, система второго образования и т.п. Но, конечно, сегодняшняя модель образовательной системы пока еще очень далека от совершенства. Да и рассматривать ее в отрыве от процессов, идущих на рынке труда российских регионов, невозможно.

РГ: И как они с ней соотносятся?

Давид Константиновский: Один из важных выводов исследования - то, что есть объективные запросы рынка труда и есть массовые заблуждения на этот счет, которые порождают спрос на профессии и специальности, по большому счету уже мало нужные и невысоко оплачиваемые. Например, судя по опросам старшекурсников вузов, многие из них стремились получить дополнительное образование в сфере менеджмента, экономики, финансов и права. Однако реальность такова, что эти ниши рынка труда уже переполнены, и найти там достойное место оказывается чрезвычайно трудно. К тому же сводная статистика по уровню зарплат молодых специалистов тех или иных специальностей доказывала: экономисты и менеджеры получали зарплату не больше "средней по выборке", а доходы тех, кто имел навыки бухгалтерского учета, были еще ниже. Зато в "богачах" ходили специалисты в области информатики и вычислительной техники. Да и слово "инженер", как выяснилось, не должно вызывать, как в советские времена, жалость: зарплаты ИТР находились на уровне не ниже среднего, а то и выше. Правда, должен пояснить: статистические данные мы брали не по Москве или Санкт-Петербургу, где картина специфическая, а именно по регионам, где шли опросы. Так или иначе, ряд специальностей находится в настолько сильном конфликте с ситуацией на рынке труда, что половина выпускников после окончания вуза идет на такие рабочие места, где высшее образование вообще не требуется.

РГ: Классические вопросы: кто виноват и что делать?

Константиновский: Работодатели винят вузовских руководителей, рекрутеры - профессоров и самих выпускников, те и другие - саму систему образования... Вместо поиска виноватых, видимо, нужно максимально точно отслеживать индивидуальные "траектории", по которым идут выпускники, учитывать массовые закономерности и давать рекомендации. Нельзя пускать все на самотек и ждать, пока кривая вывезет. Требуется постоянно отслеживать путь выпускников, не терять их из виду, проводить анкетирование - чтобы на их опыте и ошибках как можно большему и быстрее научиться. Нужно, чтобы общество было информировано о спросе на профессии, о возможностях, которые дает то или иное учебное заведение, о перспективах трудоустройства и вознаграждения за труд. Словом, требуется дать людям некий навигатор, путеводное устройство в мире образования и работы. Именно это может сделать социология, у нее есть для этого необходимые инструменты. Причем важно понимать, что понятие "образование", если речь идет о взрослых людях, включает в себя не только высшую школу или послевузовские курсы, а практически все - вплоть до садоводческих кружков для пенсионеров или неформальных ассоциаций, где люди свободно общаются и делятся каким-либо опытом. Важно, чтобы для профессионального и личностного совершенствования человек мог задействовать все эти формы.

РГ: Но ведь не всем дано достичь вершин в профессии. Что делать тем, у кого элементарно не хватает способностей, чтобы постоянно двигаться вверх?

Константиновский: Образование требуется всегда - и в случае, когда человек идет по карьерной лестнице на повышение, и когда он вынужден свою планку снижать. Есть элитные бизнес-школы, независимые учебные центры, которые продают услуги интенсивного дополнительного образования и формальную квалификацию "в одном флаконе" с нужными знакомствами и связями (мы подробно проанализировали опыт таких структур в Воронежской области, в Чувашии и др. - все они заняты по сути производством региональной элиты). На понижение карьерных амбиций играют, как правило, учебные заведения, связанные с центрами занятости. На входе в эти организации - невостребованные выпускники и те, кто не желает работать по специальности (например выпускники педагогических вузов). На выходе - востребованные квалифицированные рабочие, только что прошедшие переподготовку. Перенаправляя выпускников вузов в техникумы и училища, такие образовательные структуры выполняют социальную функцию восполнения дефицита рабочих кадров и адаптации специалистов к рынку труда.

Горшков: Генеральную стратегию - играть ли "на повышение" или "на понижение" - каждое учебное заведение выбирает для себя само. Для того чтобы привлечь к себе максимальное количество студентов, ставку делают и на приближение к международным стандартам, и на расширение спектра образовательных услуг, и на работу "под заказы" работодателей. В любом случае важно, чтобы услуги эти были доступными, а информация о них - максимально полной. Понятно, что одного исследования в 5 регионах явно недостаточно. Мы надеемся, что это исследование -только начало большой и скрупулезной работы, которая в итоге поможет сделать нашу систему образования более эффективной, доступной и приближенной к реальной жизни.

Подготовила Екатерина Добрынина

ПОДАРОК
за ПОДПИСКУ
через сайт
или в редакции
УЗНАЙ КАКОЙ!