Новости

06.12.2007 03:55
Рубрика: Экономика

Сверхдоходы на старость

Эксперты предлагают неожиданные источники для улучшения жизни нынешних и будущих пенсионеров

Во время предвыборной встречи с "единороссами" в Тверской области Владимир Путин заявил, что одна из главных задач власти на ближайшие годы - увеличить пенсии до 40 процентов от зарплаты. Такой уровень замещения пенсией утраченного заработка рекомендован 102-й Конвенцией МОТ.

Как выяснила "РГ", несколько экспертных групп работают над тем, чтобы предложить правительству варианты решения проблемы. Президент Центра стратегических разработок Михаил Дмитриев познакомил "Российскую газету" с результатами только что завершенного Центром исследования.

Российская газета: Нынешнее исследование выполнялось по поручению правительства или это инициатива ЦСР?

Михаил Дмитриев: Конкретного поручения нам никто не давал. Но проблема есть, проблема острая. В течение последних лет зарплаты в среднем растут в стране быстрее, чем происходит индексация пенсий. В результате коэффициент замещения пенсией утраченного заработка постоянно падает и составляет сейчас порядка 25 процентов. Опережающее повышение базовой части пенсии, подтягивая средний уровень трудовой пенсии в целом по стране, не решает вопроса с работниками, имеющими зарплату выше средней. А ведь именно у них коэффициент замещения самый низкий по сравнению с утраченным заработком. Если взять группу из 20-30 процентов работников с самыми высокими заработками, то пенсия у них окажется меньше 10 процентов от зарплаты. Люди воспринимают это крайне негативно, как большую несправедливость.

Правительство не может этого не понимать. Значит, рано или поздно, но искать решение придется.

РГ: А почему речь идет именно о 40 процентах?

Дмитриев: Рекомендации МОТ не случайны: в пожилом возрасте человеку трудно приспособиться к новым условиям дохода, если он уменьшается сразу в несколько раз. Это настоящий потребительский шок и сильнейший стресс. Как показывает практика развитых стран, чтобы такого шока не происходило, пенсии должны составлять не менее 40 процентов утраченного заработка. Не менее.

РГ: Вы утверждаете, что приблизить пенсии к заветному параметру в принципе можно. Касаются ли ваши предложения только тех, кто будет уходить на пенсию в ближайшие годы, или вы предлагаете варианты увеличения доходов и тех, кто уже на пенсии?

Дмитриев: Это касается всех. Речь идет не только о том, как обеспечить достойный уровень пенсии работникам, которые будут выходить на пенсию уже с пенсионными накоплениями по новой системе, но чтобы и нынешние пенсионеры имели возможность постепенно повышать уровень своего обеспечения.

РГ: Ну, Всемирный банк, например, вообще не видит никакого другого выхода как только поднять пенсионный возраст, чтобы сократить расходы пенсионной системы...

Дмитриев: Вы знаете, что главой государства поставлена задача возраст, по крайней мере принудительно, не поднимать, а население воспринимает любой намек на принудительное повышение возраста крайне негативно. Значит, надо искать дополнительные источники для финансирования пенсионной системы. Но, скажем, провести одномоментную двукратную индексацию невозможно. Потому что возникает угроза колоссальных экономических диспропорций: либо возникнет значительный дефицит средств в федеральном бюджете, либо придется резко сократить расходы по другим статьям. К тому же "лобовое" повышение пенсий - это потенциально проинфляционное мероприятие, если проводить его без должной подготовки.

Поэтому речь идет о том, чтобы от постепенного снижения ставки замещения перейти к тенденции ее ежегодного роста.

РГ: Что вы предлагаете?

Дмитриев: Мы просчитали несколько сценариев: радикальный, подразумевающий доведение пенсии до 40 процентов от зарплаты к 2015 году, более умеренный - решение задачи к 2020 году и самый мягкий - ориентированный на 2035-2036 годы.

Наша задача была проверить, какие ресурсы понадобятся и какими способами можно их изыскать. Результаты нашего исследования мы предлагаем правительству для изучения, но не более того. Никаких политических решений мы никому не навязываем.

РГ: Так все-таки за счет каких источников можно повысить пенсии по всем трем вариантам? Ясно, что первый будет самым дорогостоящим.

Дмитриев: Если мы поставили себе ограничение не предлагать принудительного повышения пенсионного возраста и если мы не собираемся увеличивать налоги, то самым главным источником остаются доходы от нефти и газа.

Мы исходим из того, что подавляющая часть, а именно 80-90 процентов предстоящих сверхдоходов, связанных с сохранением высоких цен на энергоносители в мире, должна направляться на увеличение пенсий.

Но все равно этого не хватит для того, чтобы после повышения до 40 процентов коэффициент замещения уже не снижался. Поэтому второй источник - это приватизация государственной собственности. В этой области активов достаточно, чтобы вместе с доходами от нефти и газа закрыть половину дефицита в пенсионной системе. Если мы пенсии повышаем до 2015 года.

РГ: О каких суммах идет речь?

Дмитриев: Примерно о 20 процентах валового внутреннего продукта. При этом вторая половина - это, естественно, еще 20 процентов ВВП. По нашим оценкам, окончательно закрыть дефицит можно увеличив на эту сумму размер государственного долга.

РГ: Мы только-только расплатились с крупными внешними заимствованиями, а вы предлагаете снова "залезать" в долги?

Дмитриев: Сегодня совокупный государственный долг составляет 20 процентов ВВП. Это очень маленькая величина по мировым меркам. И увеличение его до 40 процентов ВВП не вызовет ухудшения инвестиционных рейтингов России, тем более что это увеличение будет растянуто на очень длительный период. К слову, практически все страны примерно нашего уровня развития имеют гораздо более высокие объемы внешнего долга, чем Россия.

К тому же, по сути, мы не увеличиваем общий размер государственного долга. То, что мы не доплачиваем пенсионерам, фактически является скрытым долгом государства перед ними. Мы предлагаем перевести его из скрытой формы в явную. В результате мы устраняем источник неопределенности, связанный с недовольством пенсионеров уровнем их обеспечения. И тем самым гарантируем долгосрочное устойчивое развитие всей бюджетной системы.

РГ: Многие считают, что "садиться" на нефтяную иглу нельзя: вдруг конъюнктура изменится, этого ведь тоже нельзя исключать?

Дмитриев: Важно, чтобы высокая цена на нефть продержалась еще несколько лет и чтобы мы могли использовать эти ресурсы для первоначального ускоренного повышения пенсий. Но в дальнейшем это сохранение высоких цен на нефть уже не будет критически важным. В расчетах мы исходили из того, что дополнительные рентные платежи используются лишь в первые годы, а дальше пенсионная система будет базироваться только на источниках, обеспеченных действующим законодательством и условиями формирования доходов федерального и пенсионного бюджетов.

РГ: Это первый, самый радикальный сценарий. А если будет выбран менее крутой подъем?

Дмитриев: Тогда на первый план выходят механизмы, которые в радикальном сценарии вносят менее значимый вклад в первоначальное повышение пенсий. Так, очень важно, чтобы мы задействовали механизм стимулирования работников по дополнительному добровольному пенсионному страхованию. Сейчас президент своим законом уже вводит в мягкой форме эту систему: если работник принимает решение выплачивать за себя взносы, то соответственно государство еще столько же доплачивает из бюджета.

Но эту систему надо развивать. Во-первых, такую же возможность - доплатить за сотрудника - надо предоставить работодателям. Во-вторых, работник должен принимать решение не о добровольном вхождении в эту систему, а о добровольном выходе из нее. Таким образом, мы в дополнительном пенсионном страховании задействуем намного больше работников и, соответственно, получим лучший экономический эффект.

Наконец, немаловажным способом является энергичное стимулирование добровольного более позднего выхода на пенсию. Это в законе тоже учтено: достигшие пенсионного возраста работники на каждую вложенную свою тысячу получат уже не одну, а три тысячи от государства. Между таким стимулированием и обязательным повышением пенсионного возраста, согласитесь, есть разница.

Но в дальнейшем это стимулирование также можно совершенствовать. Например, государство установит некий индикативный, рекомендательный пенсионный возраст. В случае если работник добровольно отложит выход на пенсию до этого индикативного возраста, его пенсия существенно возрастает. С учетом такого рода стимулирующих механизмов средние пенсии в конце прогнозного периода могут выйти даже не на 40, а на 50 процентов от средней зарплаты.

Но, повторю еще раз, какой из сценариев выберет правительство и, соответственно, каким образом под выбранный путь будет меняться законодательство, - это вопрос политического выбора. Этим, по-видимому, займется уже новый состав Госдумы и новое правительство после выборов президента.

От редакции

Над сохранением достойного уровня пенсий бьются сегодня практически все развитые страны, поскольку проблема старения населения общая для всех. Наиболее распространенный способ уменьшить расходы государства на пенсионеров - повысить пенсионный возраст, к чему в последние годы прибегли Франция, Италия, а в ближайшее время собираются сделать то же Швеция, США, Великобритания, Чехия. Россия от этого способа отказалась. Значит, нам предстоит выработать свою модель усиления пенсионной системы. "Российская газета" обязательно продолжит дискуссию на эту тему.

Экономика Пенсии и пособия Повышение пенсий Изменение пенсионного законодательства