Новости

21.01.2008 08:00
Рубрика: Культура

Транзит Гайдна

Лондонский маэстро Владимир Юровский сыграл австро-венгерскую программу в Москве

Следуя исключительно топографической логике, дирижер Владимир Юровский объединил в своем выступлении на сцене Концертного зала имени Чайковского полярные края австро-венгерской музыки - венскую классику с радикализмом ХХ века: Йозефа Гайдна с Золтаном Кодаем и Белой Бартоком. По традиции маэстро из Лондона выступил в Москве с Российским национальным оркестром.

Именно сотрудничество с оркестром Михаила Плетнева в качестве приглашенного дирижера стало поводом для регулярных визитов в российскую столицу известного музыканта, имя которого, несмотря на молодой возраст, числится в элитном международном топе современных дирижеров. В прошлом году Владимир Юровский, возглавляющий Лондонский филармонический оркестр и Глайндборнский оперный фестиваль, удостоился престижной премии британского Королевского филармонического общества (RPS Awards-2007), опередив в конкуренции Валерия Гергиева и Оливера Кнуссена. С 2008 года планируется сотрудничество молодого маэстро с Большим театром.

Естественно, что все выступления Юровского в Москве концентрируют на себе внимание, тем более что дирижер готовит с РНО нестандартные, парадоксальные программы, стыкующие классику и ультрасовременные опусы и представляющие по сути новый тип музыкальной интеллектуальной игры со слушателем. Нынешняя программа, прозвучавшая в Концертном зале имени Чайковского, выглядела как австро-венгерский коллаж, где изящные сочинения Гайдна, созданные в "венгерском Версале" Эстергази, пересеклись с опусами другой эпохи, стучащей урбанистическими диссонансами и пульсом атлетического тоталитаризма.

Впрочем, Юровский не стал вытягивать из Бартока привычную энергию barbaro, а исполнил его "Музыку для струнных, ударных и челесты" как звуковой мираж, картина которого возникала из тончайшей игры тембров - глухих литавр, холодных металлических переливов челесты, рояля и арфы. Ни одного "шумового" прорыва - только прозрачные наслоения звучностей, пронизанные танцевальными ритмами, гибкими струнными, стремительным моторным движением.

Без вычурных концептуальных "жестов" прозвучали и "Танцы из Галанты" Кодая, мадьярские наигрыши которых легко провоцируют бурные темпераментные дирижерские решения. Но Юровский и в этом сочинении нашел очень сдержанный баланс, с одной стороны - накручивая энергичные приземистые ритмы мужского танца вербункоша, а с другой - детально и скрупулезно развертывая в стремительном темпе всю музыкальную фактуру, чистоту которой подпортили медные.

В коллаже с евромузыкой ХХ столетия сочетались гайдновские сочинения: Концертная симфония для скрипки, виолончели, гобоя и фагота с оркестром, созданная в Лондоне в пылу конкурентной борьбы за первенство британских солистов, и Симфония N 63 (La Roxelane), собранная Гайдном из частей его театральной музыки, обильно создававшейся для дворцового театра Эстергази. Надо заметить, что в Концертной симфонии все сольные партии Юровский отдал не приглашенным инструменталистам, а музыкантам РНО - Татьяне Поршневой (скрипка), Александру Готгельфу (виолончель), Ольге Томиловой (гобой) и Алексею Сизову (фагот), и их "бесшовная" сыгранность с оркестром идеально вписалась в структуру сочинения, где солисты эффектно выходят на первый план и тут же растворяются в тутти. Гайдн в исполнении РНО и Юровского прозвучал с тонкостью и объемностью артефакта, не перегруженного индивидуалистическим прочтением, с прозрачным, чистым "дыханием", будто заново открывшим волшебство венской музыки, метрополия которой так естественно в этот вечер раскинулась до венгров Бартока и Кодая.

Культура Музыка