29.01.2008 02:00
    Поделиться

    Фигуристка Алена Савченко мечтает о победе на Олимпиаде

    Алена Савченко после триумфа вместе с партнером Робином Шолковы на чемпионате Европы по фигурному катанию мечтает о победе на Олимпиаде

    Алена Савченко и Робин Шолковы, представляющие Германию, безусловно, были одними из главных "звезд" первенства Европы в Загребе. На минувшей неделе они подтвердили свое чемпионское звание, причем с огромным отрывом от соперников: 30 баллов в фигурном катании - не шутка.

    О своих планах в большом спорте и после него в интервью корреспонденту "РГ" рассказала сама фигуристка.

    Российская газета: Как вы стали заниматься фигурным катанием?

    Алена Савченко: С трех лет папа водил меня на озеро недалеко от дома. Такие вот тренировки. Понимаю, что это было скорее баловство, игра, хотя я уже тогда говорила, что хочу стать фигуристкой. Мы жили километрах в 50 от Киева, и в одну из наших поездок в столицу я увидела плакат с девушкой в красивом костюме и на коньках, а внизу объявление о наборе детей от пяти лет в спортивную школу. Тут же стала канючить, и отец не мог не уступить. Через месяц мне на день рождения подарили коньки: те, в которых я каталась до этого, для фигурного катания были абсолютно не предназначены. Правда, с первого раза меня в секцию не взяли, сказали - маленькая. Через год мы приехали снова, меня согласилась посмотреть Инна Шостак. Дали задание и... забыли обо мне. Я целый час просто так делала упражнения. В итоге осталась заниматься благодаря упорству.

    РГ: Наверняка начинали кататься одна?

    Савченко: Да, до 13 лет я была уверена, что буду одиночницей. Пары мне совсем не нравились. Но однажды на сборах меня посмотрел другой тренер и сразу сказал, что я должна выступать в паре. Домой я приехала, сменив амплуа. Сначала было очень тяжело, я ведь думала, что одиночное катание намного сложнее. А на практике оказалось совсем не так.

    РГ: Почему выбрали партнера именно из Германии?

    Савченко: Я до последнего момента делала все, чтобы остаться на Украине, найти партнера в своей стране. Мои родители, конечно, тоже не хотели, чтобы я уезжала, да и я совершенно не была уверена, что получится добиться успеха за границей: мне было всего 19 лет. В итоге украинская федерация отказалась финансировать сборы, расходы на костюмы, коньки, и у меня не осталось выбора. В Германии выяснилось, что есть возможность встать в пару с Робином Шолковы и тренироваться у Инго Штоера. Выполнение всех формальностей - оформление приглашения, визы, поиск нового жилья - длилось больше полугода, после чего я приехала в Германию.

    РГ: А разрешение на работу вам не нужно было получать?

    Савченко: Мне сделали студенческую визу, и я пошла на курсы немецкого, который преподавался на университетском уровне. А в тот момент мои познания в этом языке ограничивались знанием слов "привет", "пока" и "как дела?". Я сидела в аудитории и просто не понимала, что здесь делаю. День у меня выглядел примерно так: в семь утра на курсы, потом тренировка, отдых, тренировка, изучение немецкого дома.

    РГ: Где вас поселили?

    Савченко: Для меня сняли комнату в интернате для спортсменов. С нашими общежитиями его, конечно, не сравнить. Там в каждой комнате есть все, что нужно: кухня, душ, в общем, все удобства. Я там живу до сих пор.

    РГ: Насколько изменилась ваша жизнь?

    Савченко: Сильно. Скажу так: у меня есть все, о чем я мечтала, - тренер, партнер, крыша над головой, еда в холодильнике, а главное - возможность заниматься любимым делом. В данный момент мне ничего, кроме этого, не нужно. Единственное - не хватает семьи, я скучаю. Но жить на Украине сейчас, наверное, уже не смогла бы.

    РГ: А с какими людьми легче общаться?

    Савченко: Конечно, с нашими. У немцев совершенно другой менталитет, они слишком сильно любят себя, и это проявляется во всем. У них не бывает домашних посиделок большой компанией. И этого не изменить, так они росли и воспитывались. Но есть и положительные стороны: немцы, например, очень обязательны.

    РГ: Не разочаровались?

    Савченко: Когда я только приехала, была просто счастлива. Но меня убило отношение федерации к спортсменам, которое проявилось в прошлом году. Нашего тренера обвинили в том, что он работал на Штази (разведку ГДР. - Прим. авт.), и нас поставили перед выбором: либо мы уходим от Штоера и продолжаем получать финансирование федерации, либо остаемся со своим наставником и берем на себя все расходы. Мы выбрали второй, единственно возможный для нас вариант.

    РГ: А вам не скучно в Германии?

    Савченко: Нет. У меня там есть друзья. Это семья из Украины, мы с ними постоянно общаемся. Они уже стали как родные, уверена, что меня всегда поддержат.

    РГ: Задумывались над тем, чем будете заниматься после завершения любительской карьеры?

    Савченко: Ничего определенного. Я живу настоящим, а сейчас для меня большой спорт, фигурное катание - это мой мир. К тому же пока моя главная мечта - "золото" Олимпийских игр - еще не осуществилась.

    РГ: Вы легко сходитесь с людьми? Мне кажется, нужно иметь характер совершенно определенного склада, чтобы кататься в паре.

    Савченко: Тут и от партнера многое зависит. У меня непростой характер, я всегда добиваюсь того, чего хочу. В отношениях с Робином я лидер, он спокойный, поэтому легко согласился на такое негласное распределение ролей. Мне с ним повезло. Мы нашли общий язык с первой же тренировки, как только взяли друг друга за руки.

    РГ: У вас с Робином сразу сложились дружеские отношения?

    Савченко: Да. У него есть девушка. Многие считают, что партнеры на льду и в жизни должны быть вместе, но это не всегда так. Я рада, что у нас сложились дружеские, рабочие отношения, меньше поводов ругаться.

    Поделиться