Новости

07.04.2008 06:30
Рубрика: Власть

Эта "каша" нам не нужна

Россия будет противостоять расширению НАТО и развертыванию американской ПРО

В Бухаресте завершил работу саммит НАТО. О его итогах в эксклюзивном интервью "Российской газете" рассказал постоянный представитель России при НАТО Дмитрий Рогозин.

Российская газета: Как вы оцениваете результаты саммита НАТО в Бухаресте? Удалось ли России реализовать свои планы в ходе этой встречи?

Дмитрий Рогозин: Российская делегация все поставленные задачи выполнила.

Саммит не является некой отправной точкой нашего сотрудничества с альянсом. Это скорее возможность для диалога на высшем уровне. До саммита у нас были большие сомнения относительно того, собирается ли Североатлантический альянс с нами считаться при принятии серьезных решений. Сказать, что ситуация полностью изменилась в нашу пользу, нельзя. Тем не менее факт остается фактом: Россия стала неотъемлемым фактором при принятии всех решений НАТО. А это очень важный итог.

На саммите никто не собирался сглаживать разногласия между Москвой и Брюсселем. Президент России Владимир Путин использовал в полной мере формат дискуссии со своими коллегами из стран-членов НАТО, чтобы донести позицию России по принципиально важным вопросам. Конечно, все разногласия по ПРО, Косово, контролю над вооружениями и философии партнерства с альянсом у нас сохранились. Но самое главное то, что мы не попрятались друг от друга в окопы, а продолжаем диалог. Наш разговор с НАТО получился откровенным. Путин говорил прямо, не избегая острых оценок и эмоций.

РГ: Вы могли бы однозначно сказать - этот саммит был провальным или успешным с точки зрения российских интересов?

Рогозин: Ни то и ни другое. Он был позитивным с той точки зрения, что мы решили все поставленные перед собой задачи. Например, планы расширения НАТО на Восток не вышли на уровень реализации и просто остались планами. Несмотря на красивые слова, которые были сказаны в адрес Киева и Тбилиси, никакого ПДЧ Украине и Грузии выдано не было. Это очень важный итог.

России и Западу удалось сблизить позиции по Афганистану. Москва проявила добрую волю и предоставила свои железные дороги для наземного транзита грузов невоенного назначения в поддержку Международных сил содействия безопасности, которые действуют на территории Афганистана согласно решению Совета Безопасности ООН. Без такой помощи со стороны России натовская операция в Афганистане могла захлебнуться. Все это говорит о том, что там, где наши с альянсом интересы совпадают, мы действуем динамично и слаженно.

Что касается разногласий, то России прежде всего не нравятся планы по расширению НАТО. Мы этому будем очень жестко противостоять. По Косово наши с Западом точки зрения давно уже разошлись. Вопрос даже не столько касается судьбы самого края, сколько нарушений международного права. Все эти разногласия остались. Тем не менее они не ставят под сомнение необходимость продолжать российско-натовское сотрудничество.

РГ: Будет ли Россия дипломатическими и политическими методами противодействовать планам Украины по вступлению в НАТО?

Рогозин: Мы не то что будем противодействовать вступлению Украины и Грузии в альянс, мы будем предупреждать натовцев о тех необратимых процессах, которые начнутся вследствие включения этих государств в блок. Ведь всем понятно, почему президент Грузии Михаил Саакашвили апеллирует к НАТО. Он сам не собирается мирным путем разрешать территориальные споры. Он хочет прибегнуть к вооруженной силе. Для этого ему нужна индульгенция. Ее может предоставить только НАТО. Иными словами, Саакашвили хочет спровоцировать альянс на участие в военных действиях далеко за пределами географии НАТО - на южном Кавказе. Я сильно сомневаюсь, что натовцам это нужно.

Что касается Украины, то можно определенно сказать, что во время президентства Джорджа Буша президент Виктор Ющенко уже точно не сядет как равноправный партнер за один стол с натовскими лидерами. Не верю, что это произойдет и в будущем. Вступлению любой страны в НАТО должен предшествовать референдум. Решение должны принять все жители Украины. Готовы ли они посылать своих парней на верную смерть в Ирак или Афганистан, отрабатывая атлантическую солидарность? Об этом надо спросить самих украинцев. Насколько мне известно, украинский народ не заинтересован влезать в горячие точки ради чьих-то отвлеченных интересов. Надо понимать, что НАТО - это не спортивный клуб или музыкальное объединение. Это военная организация. Если ты туда вступаешь, то должен подчиняться общей дисциплине. Если тебе скажут ехать на войну, то тебе придется это делать. Если не будешь подчиняться, то тебя выставят из альянса.

Я хочу сказать, что Россия не будет делать никаких гадостей Украине и Грузии, чтобы помешать им вступить в НАТО. Мы просто говорим, что нам не нравится, если чужая военная машина будет лязгать гусеницами около наших ворот и парковаться около наших дверей.

РГ: Что вы думаете о тех договоренностях, которые были достигнуты на саммите по ПРО? Что они дают нашей стране?

Рогозин: Тема противоракетной обороны прошла по касательной саммита. Никто эту тему не педалировал, потому что европейцы по-прежнему надеются, что основные игроки по ПРО - американцы и русские - договорятся между собой. Они ожидают хороших новостей от встречи Путина и Буша в Сочи. Если президенты не договорятся, европейцы вряд ли смогут внести что-то полезное в этот диалог. Так как обладателями технологий по противоракетной обороне остаются только две страны: Россия и Америка. Все остальные являются просто потенциальными участниками на случай, если Москва и Вашингтон сумеют договориться.

Что касается России и НАТО, то у нас хорошо идут переговоры и совместные учения по проекту противоракетной обороны в Европе. Компьютерные учения, которые прошли в начале года в Германии, показали блестящий результат. Специалисты сейчас призывают политиков сказать "да" такого рода кооперации России и альянса. Но, честно говоря, Америке это не очень нужно. Им хочется, чтобы европейцы аплодировали развертыванию глобальной системы противоракетной обороны США непосредственно около наших границ. А эта каша нам уже не нравится, и есть мы ее не собираемся.

РГ: Как вы оцениваете первые итоги вашей работы в должности постпреда России в НАТО?

Рогозин: Для меня дипломатическая работа не была чем-то новым. Еще в 1999 году я защитил докторскую диссертацию по проблемам национальной безопасности. Поэтому тема войны и мира для меня не нова.

Но, конечно, этой темой я больше занимался как законодатель и ученый. Здесь, в штаб-квартире НАТО, мне приходится быть не только постпредом, но еще и возглавлять миссию России в альянсе. Поэтому работа очень интересная. Я очень благодарен своим коллегам и соратникам за то, что огромный опыт их дипломатической и аналитической работы сейчас востребован страной. И мне многому приходится учиться у своих товарищей по работе в Брюсселе.

Власть Работа власти Внешняя политика В мире Европа Румыния Расширение НАТО Система ПРО