10.04.2008 02:00
    Рубрика:

    "Горящие земли" захватывают США и разоряют людей

    "Человек идет по земле, а пустыня следует за ним по пятам" - прочли мы плакатик в Юте

    Пустыня

    Вспоминая, какой отрезок пути лучше всего запомнился, решили: пустыня. В чем дело? Ведь мы проезжали по живописным горам, видели край озер, видели островные леса в холмистом штате Теннесси, видели побережье на Западе и Востоке. И все же пустыни...

    Вода тут редкость

    Возможно, что-нибудь объяснит многим знакомый момент: идешь по зеленому лесу и вдруг на поляне видишь сухое дерево. Как будто тушью прописанный силуэт. Суровая, строгая красота! Вспоминая прогулку, это дерево ясно видишь перед собой. То же самое и с пустыней...

    Пустынь в Америке много. И хотя условия, их породившие, одинаковы - избыток солнца и недостаток воды, облик пустынь различен.

    На севере, в штате Вайоминг, это холмы красной глины, в которую при замесе подсыпали белых камней. По холмам черные крапины можжевельника, а в долинах зеленые коврики трав.

    Невада поражает размерами, монотонностью, тишиной и безлюдьем. Зубцы размытых маревом гор, серебристые волны полыни, отсутствие знаков о скорости - выжимай сколько хочешь! Идеальное место для философов и пророков...

    Особо зловещей нам показалась пустыня Мохаве в Калифорнии.

    Район рекордной жары - Долина смерти - лежит чуть севернее нашей дороги по Мохаве. Пятьдесят семь градусов! Это всего лишь на один градус ниже, чем в самой горячей точке Земли, лежащей на севере Африки, в Ливане. И речь идет о температурах воздуха. Земля нагревается много сильнее - до девяноста трех градусов!

    Что значит такая жара? Долину смерти индейцы называли "горящей землей". "С июня по октябрь, - пишет один путешественник, - земля действительно тут горит. Мухи не летают, а ползают, чтобы не опалить крылышек; ящерицы переворачиваются на спину, чтобы охладить обожженные лапки, а дождевые капли испаряются в воздухе, так и не достигнув земли.

    У Мохаве характер лишь малость помягче. Не видно ни зверя, ни птицы. И все же какие-то крохи жизни держатся в этом пекле. Змея, размятая на дороге. Чья-то норка в песке. Печатный след вездехода в сторону от шоссе... Но до ночи никто не высунет носа под солнце, все спряталось, затаилось.

    Что характерно для всех пустынь? Первое, что замечаешь, - отсутствие проволочных ограждений. Тут нет еще частных земель. Впрочем, если захочешь, кусок пустыни можешь купить - пятнадцать долларов акр. В Аризоне реклама призывала сделать это возможно скорее: "Прекрасная возможность для дальновидных людей!"

    Есть еще примечательность: пустыня - это индейцы. Глянем на карту в дорожной книжке. Сгустками точек на ней обозначены поселения аборигенов Америки. Где же рассыпаны точки? В штатах Невада, Юта, Аризона, Нью-Мексико, в обеих Дакотах, в уголках Колорадо, Монтаны. По топографии этих точек пустыни определяются без ошибки. Что это - любовь индейцев к жаре и безлюдью? Справедливости ради надо сказать: есть племена (пуэбло, навахи, хавасупаи), искони живущие в этих местах. Укладом жизни они привязаны к пустыням (точнее, полупустыням), так же как эскимосы привязаны к жизни в снегах. Остальным племенам пустыни достались как последний рубеж изгнаний.

    Чем занят индеец в пустыне? Если верить альбомчику для туристов, то индейцам в пустыне живется легко, беззаботно, почти как в раю. Старики в шикарных уборах из перьев стоят величественно, как и подобает стоять вождям, или сидят у костра, курят длинные трубки. Те, что моложе, засняты на вздыбленных лошадях либо во время воинственных танцев. Старушки на снимках плетут корзины, ткут знаменитые индейские покрывала, шелушат золотистую кукурузу или на длинных деревянных лопаточках достают из печей, похожих на муравейники, аппетитные хлебцы. На фоне белоснежных вигвамов сняты юные индеанки. Но это не жизнь индейцев. Это опера для туристов - индейцы изображают прежнюю жизнь индейцев.

    В пустынях индейцев сделали приманкой туристов. Как солдата в чужеземном походе, туриста снабжают памяткой: чего не следует делать, встретив индейцев. "Помните: они тоже люди. Прежде чем войти в жилище, спросите разрешение. Если индеец не дал согласия сняться, оставьте его в покое".

    Что еще характерного видишь в пустыне?.. Несколько раз мы наблюдали дождь, испарявшийся, не достигнув земли. Заметно шире в пустынях поля у шляп. И это отнюдь не ковбойский шик - солнце тут беспощадно. Исчезает в пустыне реклама. Никто не внушал нам немедленно положить деньги в банк, купить автомобиль, съесть курицу по-кентуккски или выбрать в градоначальники какого-нибудь улыбчивого джентльмена. Реклама не оскверняла дорогу. И от этого пустынные земли казались особенно просторными и пустынными.

    Встреча

    Человека в пустыне встретишь нечасто. В Аризоне судьба нам послала занятных странников. У дороги стоял фургон, запряженный двумя ослами, которым, судя по очень усталым мордам, приятней стоять было бы на траве или хотя бы у сена. Хозяин повозки тут же рядом на маленькой наковальне гнул печку из оцинкованной жести. В данной местности целесообразнее было бы мастерить холодильник, но владелец повозки уверенно следовал к своей цели. Он заметил наш к нему интерес и удвоил старания. Мы почтительно кашлянули, подойдя на дистанцию, допустимую вежливостью. Мастер положил молоток, распрямился.

    - Слотс Говард, путешественник, - так он представился.

    Мы тоже сказали, что путешествуем, сказали, откуда едем, куда вернемся.

    - Так, так... - сказал мистер Говард. - Холодно там у вас? - Он явно соображал, какую линию поведения избрать в беседе со столь неожиданными коллегами.

    Приняв решение, путешественник полез в задний ящик повозки и предложил нам купить открытки. На открытках была все та же повозка, но еще не побитая на дорогах. Хомуты осликов были украшены колокольцами. На облучке восседал мистер Говард, молодой, бодрый, осанистый.

    - У вас тут возраст Христа...

    Мистер Говард понимающе улыбнулся:

    - Пустыня старит людей...

    - Все время тут, в Аризоне?

    - Главным образом тут. Но заезжаем и в Новую Мексику, и в Неваду. Восемнадцать лет на дорогах...

    Полагалось задать вопрос: чем живет путешественник? Но мы догадались: в данном случае отвечать Слотсу Говарду было бы неприятно. Мы спросили: нельзя ли нам вместе сняться? Мистер Говард с готовностью согласился, поддержал идею снять его на повозке и в момент ухода за осликами. Благодарные, мы побежали к машине и достали из чемодана ходовые в Штатах подарки: мини-бутылочку из Москвы и пару деревянных расписных ложек. Обычного взрыва восторга не последовало. За вежливой благодарностью скользнуло даже разочарование. Экзотический путешественник ожидал чего-то другого.

    Простившись, уже в машине, мы обсудили деликатную ситуацию и пришли к выводу: тонкости поведения иностранца в чужом государстве в данном случае были излишни. К чему мистеру Говарду экзотическая ложка, если главной заботой профессионального бродяги было добыть что хлебать ложкой. Два доллара его бы больше обрадовали. Мы не успели отъехать, а Говард уже беседовал у фургона с новой парочкой любопытных. Как и следовало ожидать, дело кончилось фотографированием. Так пустыня кормит бродягу.

    А как хозяйство в пустыне? Чем живет человек, осевший на этой земле? Индейцы помимо ремесел в пустынных и полупустынных районах заняты скотоводством, земледелием, охотой и рыболовством. Белые люди в эти районы поначалу стремились в поисках драгоценных металлов. Все помнят золотую калифорнийскую лихорадку. (Рецидив этой страсти недавно вспыхнул опять.) Неваду называли "серебряным штатом", и только позже, когда на рудных местах остались опустевшие городки-призраки, за штатом утвердился титул "полынный". Серебро и золото есть в Аризоне. Но сегодня, пожалуй, важнее всего находки в пустынях стратегически нужных металлов. Аризона снабжает Америку медью. Нью-Мексико - ураном. В Альбукерке, куда просились два парня с пустынной дороги, - центр атомной промышленности. А севернее, в городе Санта-Фе, рекламный листок в гостинице уведомлял: мы находимся в двадцати пяти милях от Лос-Аламоса, места рождения первой атомной бомбы. А в ста семидесяти милях к югу от Санта-Фе жаркой июльской ночью 1945 года бомба была испытана.

    Свои тайны пустыня скрывает за полынными, разбеленными маревом горизонтами. Меньше всего секретов в пустыне у пастухов. Стада и отары при перегонах нередко занимают дорогу. В поисках влаги и корма скотоводам приходится кочевать. Жилища их - едва приметные хижины - сделаны кое-как. Стада и отары встречаешь нечасто. Но, судя по цифрам статистики, скота в пустынях немало - миллионы голов.

    Есть в пустынях и пашня. Сеют поливную пшеницу, подсолнух, люцерну. Всюду, где удается из-под земли или по трубам издалека получить воду, пустыня преображается. Пожалуй, самый наглядный пример - Калифорния. Тут поливают более трех миллионов гектаров пашни. Союз солнца, плодородной земли и влаги (разумеется, пот человека тоже что-нибудь значит) сделал чудеса. В Калифорнии собирают урожаи лимонов и апельсинов, арбузов, дынь, груш, персиков, хлопка, подсолнуха, сахарной свеклы. Из каждых десяти килограммов американского винограда девять собирается в Калифорнии. Районы бывших пустынь держат первое место в стране по товарной продукции сельского хозяйства.

    "Сыграй!"

    Глядя на бурный рост Калифорнии, на счастливое сочетание природных условий, пущенных в оборот, полынная Невада может только вздыхать. Тут разбейся в лепешку - пустыня остается пустыней. И поэтому штат вынужден "подрабатывать". Каким же образом? Нашли статью дохода чисто американского свойства - игорные дома и быстрые, без проволочек, разводы. Во всех штатах азартные игры запрещены. В Неваде игра узаконена и обставлена всеми удобствами века. Цепи супружества тут спадают легко, но все-таки надо немножко в Неваде пожить, хотя бы день-два. А поживешь - непременно сыграешь, а играть начнешь - проиграешь. Игорные страсти влекут сюда, разумеется, не фермеров из Айовы, не сталеваров из Питсбурга. В Неваду встряхнуться едут люди с деньгами. Но и случайный проезжий тоже, конечно, сыграет хотя бы по маленькой, иначе никто не поймет: "был в Неваде и не сыграл?"

    Столицы игорных домов известны: легендарный Лас-Вегас и город поменьше, но столь же страстный, честолюбивый, также сверкающий шиком, позолотой и бахромой, - город Рино. Лас-Вегас - на юге Невады, Рино - на северо-западе.

    Наша дорога лежала через Рино. Уже километров за двести от городка пустыня устами рекламных пингвинов и белых медведей обещала в Рино прохладу, а девицы на живописных плакатах подмаргивали: земной рай размещается как раз на пути в Рино.

    Как бы точнее представить вам этот город... Всем приходилось видеть разодетого фата с перстнями, с золоченой булавкой на галстуке, с платочком в нагрудном кармане, прическа берберийского льва, ногти оберегает старательнее, чем Конфуций. Словом, весь напоказ. Идет такой человек, и кажется ему: земной шар слегка прогибается под подошвами модных ботинок. Представьте теперь, что модник ступает не по сверкающему паркету и не по улице в свете неона, а по безлюдной степной дороге. Таков и Рино в пустыне Невада. Тротуары из пластика. Цветы - где живые, где тоже из пластика. Огни, позолота, никель и зеркала, три небоскребчика для престижа. На главной улице - замысловатая арка и надпись: "Рино. Самый большой маленький город в мире".

    Игра... Весь город играет! Игорные автоматы установлены всюду: в залах бесчисленных казино, в кафе, в лавках, аптеках, на мойке автомобилей (пока ожидаешь - сыграй), возле бензоколонок, на вокзалах, в холле гостиниц, в общественных уборных, просто на улице. Играй! Играют. Сосредоточенно стоят у сверкающих никелем "слот-машин" мужчины и женщины, старики и подростки, девушки и старушки, лысые и с шевелюрой до плеч, бедные и богатые. Сунул монетку в щель, повернул ручку, и сразу ясно: выиграл или нет.

    Сколько, вы полагаете, оставляют американцы в игорных домах? В год нашего путешествия эта сумма равнялась миллиарду долларов. Читая справку статистики, мы улыбнулись: в миллиарде были и наши два доллара пятьдесят центов.

    Индустрия игры - это не только роскошные казино и прорва клюющих по зернышку "слот-машин". Игорная индустрия - это еще и гостиницы, бары и рестораны, авиационные линии, вокзалы, ночные клубы, бассейны. Кто этим владеет? Щупальца игорного бизнеса длинные. Все, кто сумел присосаться к злачным местам пустыни, внакладе не остаются. Но пиявкам, говорят африканцы, достаются лишь капельки крови, крокодил же глотает большими кусками.

    Назовем человека, кому от игорного бизнеса достаются большие куски. Официальная справка: "Говард Хьюз. Возраст - 67. Миллионер по наследству. Владеет авиационной линией "Хьюз эйр уэст", рудниками, гостиницами, игорными домами в Лас-Вегасе и Рино". Неваду называют "империей Хьюза".

    Говард Хьюз, между прочим, имеет некое сходство с нашим знакомым, бродягой Слотсом Говардом. Оба любят пустыню. Оба страстные путешественники. Обе фигуры несколько эксцентричные. Но Хьюз ведет с Америкой игру в прятки - много лет никому не показывается, говорит только по телефону. Слотс Говард, напротив, старается всячески привлечь к себе внимание, этим только и кормится. Доход владельца двух осликов - случайный доллар. А Говард Хьюз, возможно, даже не знает, сколько у него в кошельке. В справочной книжке о Хьюзе сказано кратко: "Миллиардер. Один из самых богатых американцев". Между двумя полюсами (Слотс Говард на осликах - Говард Хьюз на личном комфортабельном самолете) живет в пустыне Невада и трудовой люд: пастухи, рудокопы, обслуживающий персонал на военных базах, танцовщицы, повара, электрики, мойщики автомобилей и чистильщики ботинок... В Америке каждый хочет разбогатеть. Но в пустыне климат особый - богатеть хотят быстро. Однако решать проблему хождением в казино никто тут не будет, это иллюзии для заезжих. Ищут другие пути. С одним из жаждущих быстро разбогатеть мы познакомились, уже покинув Рино. Проезжая по Калифорнии, заглянули в газеты. Огромные заголовки сообщали о грабеже. Рядовое для Америки происшествие, но с финалом трагикомическим, прямо в опереточном духе Рино.

    Второго июля в городе приземлился пассажирский "Боинг-727", совершавший полет по маршруту Нью-Йорк - Сан-Франциско. Житель Рино, служащий казино "Харра" Робб Хедди ("22 года, рост 180, худощав, воевал во Вьетнаме") захватил самолет и, угрожая бомбой, потребовал двести тысяч долларов и два парашюта. Власти начали оттягивать время - в местном банке таких денег, мол, нет. "Потрясите игорные автоматы!" - приказал Хедди. Мешок с деньгами и два парашюта доставили в самолет. Насмерть испуганных пассажиров служащий казино отпустил, оставив заложниками пилотов и трех стюардесс. Ночью "Боинг" поднялся. Робб Хедди выпрыгнул с парашютом... А когда над пустыней поднималась заря, этот малый увидел, что окружен полицейскими. Оказалось, парашюты незадачливому грабителю подсунули с радиодатчиками. Пока он спускался, квадрат приземления засекли. Парень покорно ступил под своды закона.

    - А деньги? Давайте-ка деньги, - сказал детектив.

    - Деньги?.. Денег у меня нет.

    - Это как же?

    Денег у парня действительно не было. Когда парашют раскрывался, руку рвануло так, что мешок отскочил. Бедолага грабитель признался, что в поисках денег на коленях ползал всю ночь. Вывихнутая рука и продранные штаны свидетельствовали: говорит истину. Стали искать мешок и скоро нашли.

    Они растут...

    Что же еще о пустыне? В географическом смысле земные пустыни, к сожалению, растут. Растет Сахара. Растут пустыни континента Евразия. Не является исключением и Америка. Триста лет назад пустыни на континенте занимали два с половиной процента. Сейчас они занимают десять процентов. Причина: хозяйственная деятельность человека и, в частности, казалось бы, безобидная вещь - овцеводство. Перевыпасы начисто разрушают хрупкий покров земли. То, что вчера было всего лишь засушливой зоной, сегодня пустыня. Еще больший урон тощей растительной жизни наносит всякого рода вездеходная техника. Следы от гусениц и колес в засушливых зонах не исчезают многие годы и часто дают начало мертвым пространствам песка и глины. Если не изменяет память, кажется, в штате Юта мы видели скромный плакатик, изготовленный, как видно, местным философом. Мысль на фанерной дощечке была очень древней: "Человек идет по земле, а пустыня следует за ним по пятам".

    Очерк написан совместно

    с Б. Стрельниковым.