Новости

23.04.2008 04:00
Рубрика: Общество

Страсти по Н2

Стоит ли России втягиваться в мировую водородную гонку

Сегодня в Москве завершается 2-й Международный форум по водородной энергетике.

Будет ли она основой мировой экономики XXI века или это очередной миф? Об этом корреспондент "РГ" беседует с начальником отдела энерго- и ресурсоэффективных технологий Роснауки Борисом Реутовым.

Российская газета: Водородный бум пережил несколько взлетов и падений. Так, в начале этого века президент Буш объявил водород "топливом свободы", обещал, что к 2020 году каждый американец сможет купить водородный автомобиль по цене бензинового. Начался настоящий ажиотаж, даже "большая восьмерка" специально обсуждала проблемы водорода, однако сейчас все как-то поутихло. Где все-таки его место в энергетическом строю?

Борис Реутов: Начну с того, что нынешний форум - это следствие последней волны. По решению "большой восьмерки" в 2003 году было создано Международное партнерство по водородной экономике. В центре внимания нынешнего форума - вопрос о месте водорода в будущей мировой экономике. Кроме того, обсуждается, как эти технологии применять в развивающихся странах, в частности в Китае, Индии, Бразилии и т.д. Очень интересен опыт Китая, где решили оснастить транспорт Олимпийской деревни "водородными" автобусами.

РГ: Кстати, в нашей олимпийской заявке сказано, что весь общественный транспорт в Сочи поедет на водороде. Это реально?

Реутов: Конечно, было бы здорово, если бы это удалось реализовать. Однако кое-что уже вызывает тревогу. Как только Олимпиаду выиграл Сочи, тут же словно мухи на пирог начали слетаться различные дельцы, суля златые горы. Скажем, одна голландская фирма даже сумела провести слушания в Госдуме, где обещала решить все вопросы по переводу транспорта на водород. Их приняли довольно приветливо. Я же слушал их речи с недоумением. Скажем, предлагают построить завод по производству водорода в Иркутске, а зачем там водород - ни слова. Многие идеи голландцев не выдерживают ни экономической ни технической экспертизы. Подобные "специалисты" только дискредитируют идею. А ведь с ними уже подписывают соглашения.

На самом деле задача по переводу городского транспорта на водород сложнейшая. У нас есть конкрентные предложения, но чтобы их реализовать, нужно провести огромную работу. Надо скоординировать действия многих участников, поэтому мы приглашали на форум руководителей из Олимпстроя и Краснодарского края, но им, видимо, пока не до водорода.

РГ: На форуме договорились, будет водород опорой экономики XXI века или его роль скромнее?

Реутов: Дискуссия продолжается. Я считаю, что никакой водородной революции, о которой твердят некоторые западные страны, в ближайшие десятилетия не произойдет. Все заявления, что человечество получит неиссякаемый, абсоютно экологически чистый источник энергии, это миф. Зачем он создается? Хочется убедить остальной мир, что скоро нефть и газ окажутся ненужными, их вытеснит водород. А значит, сохранять запасы углеводородов бессмысленно, их надо побыстрее распродавать.

Есть и другая сторона вопроса: желание втянуть Россию и другие страны в очень дорогую технологическую гонку. Если мы клюнем на эту ложную цель, то нанесем ущерб развитию других инноваций, в которых страна остро нуждается. Примеров тому немало. Поэтому надо посмотреть на водород ясными глазами, четко разобраться с его плюсами и минусами. И только тогда решать, надо делать на него стратегическую ставку или нет.

РГ: Но вроде бы достоинств у водорода действительно немало?

Реутов: Кто бы спорил. Почему США и Европа миллиарды долларов вкладывают в создание водородного автомобиля? Он обещает закрыть экологическую проблему. Сейчас в мире 700 миллионов машин, а скоро они расплодятся до миллиарда. Это же бич крупных городов. Совсем другое дело авто, где вместо бензинового мотора стоит электродвигатель с топливным элементом. Он сжигает водород, а из выхлопной трубы капает чистая вода!

Мечта, а не машина. Но над ней уже много лет работают ученые, однако она остается экзотикой. Дело в том, что "сердце" водородного автомобиля - топливный элемент - очень дорог, около пяти тысяч долларов за один киловатт. Если мощность автомобиля 40-50 киловатт, а автобуса 200, то легко подсчитать, что пока транспорт получается поистине золотым. Есть и другой недостаток - малый ресурс. Сейчас все надежды связаны с нанотехнологиями, возможно, с их помощью удастся решить проблему стоимости и ресурса топливного элемента.

РГ: А если ставить задачу скромнее: не замахиваться пока на авто с топливным элементом, а делать гибриды бензин-водород? И конструкцию двигателя не надо менять.

Реутов: Такой автомобиль я показывал президенту страны еще в 2006 году на Петербургском экономическом форуме. На трассе он сжигает бензин, а в городе - водород. Вредные выбросы уменьшаются на порядки. Наши заводы готовы выпускать подобные машины, но нет спроса. Только 41-й автокомбинат в Москве начал их осваивать. Конечно, нужны специальные заправочные станции, необходимая инфраструктура. Словом, как говорится, было бы желание.

РГ: Но почему те же американцы с таким упорством бросают миллиарды на создание топливных элементов, а не видят под ногами бензо-водородных гибридов?

Реутов: У двигателя внутреннего сгорания КПД 25 процентов, а у топливного элемента около 50. И конечно, важное преимущество - нулевой выхлоп. Но не только автомобили - сфера применения водорода. Водород можно применять на электростанциях в пиковых режимах, когда случается дефицит мощности и ее надо быстро нарастить. У нас разрабатываются уникальные водородные энергетические системы.

РГ: Кстати, о получении водорода. Его цена приемлема при массовом использовании?

Реутов: Увы, до этого пока далеко. Цена водорода, полученного самым доступным способом, в 4 -5 раз выше, чем у бензина. Когда говорят, что водород - экологически чистое топливо, то лукавят. Оно чистое, только когда водород сжигают, а вот когда получают с помощью доступных технологий, то довольно "грязное". Конечно, при электролизе воды экология не страдает, но цена такого водорода пока экономически не оправдана.

РГ: В общем, вопросов масса.

И тем не менее ведущие страны мира ставят на водород. И судя по тому, что они приезжают к нам на форумы, приглашают в партнеры, мы им интересны. Чем прежде всего?

Реутов: СССР был одним из лидеров водородной энергетики. Скажем, только у нас на этом газе летал самолет. И потенциал остался, хотя по ряду позиций Запад уже ушел вперед. Так что наши ученые пока являются мировыми лидерами по многим "водородным" проблемам. И как это ни парадоксально, прежде всего они интересны для развитых стран тем, что для России они делают "неправильно". Мы упорно финансируем полуфабрикаты, которые, кстати, у нас великолепны. Однако не можем их довести до стадии, чтобы заводы начали выпускать товар и продавать. Научный потенциал высок, а реализация его низкая.

Надо прекратить финансировать полуфабрикаты, нужны ясные, конечные цели. Например, создать автомобиль на топливных элементах с конкретными параметрами. И расписать, кто за что отвечает. Кто за мембрану для элемента, кто за безопасность, кто за хранение водорода и т.д. Тогда это будет настоящий проект с четкой целью, сроками и финансовыми ресурсами.

РГ: Но у нас же имеется множество программ. Там нет целей?

Реутов: К сожалению, сегодня программ, аналогичных "ядерному" или "ракетному" проектам, в водородной сфере пока нет. Нет и четких ясных ориентиров, когда должен быть сделан водородный автомобиль или хотя бы автомобиль на биотопливе.

А ведь сейчас в России сложилась совершенно новая ситуация. Если в 90-е годы финансирование было скудным, лишь бы сохранить науку, то сейчас государство выделяет значительные средства, приглашает к сотрудничеству бизнес и хочет видеть реальную отдачу.

РГ: А кто же должен определить такие ключевые цели и проекты?

Реутов: Они должны рождаться в рамках стратегии социально-экономического развития страны. Главным здесь является минэкономразвития. А дальше - то ведомство, в ведении которого находится данная задача. Задача Роснауки - обеспечить начно-технологическую поддержку проектов.

И, конечно, надо более тесно сотрудничать с бизнесом. В программе Роснауки значительные ресурсы выделяются на проекты, инициируемые бизнесом. Причем государство берет на себя самую "рискованную" часть - финансирование НИОКР. Именно то, во что бизнес так не любит вкладывать деньги.

Такие примеры уже есть. Например, завод "Тензор" в Дубне решил начать выпуск портативных зарядных устройств на основе топливных элементов. Вы можете взять его с собой в рюкзак и заряжать тот же мобильник. Изделием уже заинтересовалась известная немецкая фирма бытовой техники БОРК, она закупила права на продажу. Говорят, сколько сделаете, столько купим.

РГ: А чем закончилась история с "Норильским никелем", который собирался совместно с РАН выпустить лучший в мире топливный элемент?

Реутов: Этот тандем задумал амбициозную программу, но, к сожалению, не предусмотрел множество существенных деталей.

Например, за три года и за 40 миллионов долларов собрались делать то, что стоит на порядок дороже и требует гораздо больше времени. Кроме того, состав исполнителей программы был не всегда оптимальным, так как водородные технологии зарождались и разрабатывались не только в РАН но и в системе Росатома, авиакосмической и судостроительной отраслях.

К счастью, были сделаны правильные выводы, программа с РАН была закрыта и создана Национальная инновационная компания "Новые энергетические проекты", которая сегодня становится бизнес-партнером государства.

Общество Наука Лучшие интервью
Добавьте RG.RU 
в избранные источники