Новости

02.06.2008 05:00
Рубрика: Власть

Я говорю прямо, мне нечего стесняться

Премьер Владимир Путин ответил на вопросы французских журналистов

Премьер-министр Владимир Путин дал первое интервью иностранной прессе. Его обширная беседа с французскими журналистами опубликована в газете "Монд". "Российская газета" публикует выдержки из этой статьи.

О том, кто управляет в России внешней политикой

Я, ваш покорный слуга, конечно, прежде всего сегодня занимаюсь вопросами экономики, социальной сферы, но как член Совета безопасности России, конечно, в определенной степени имею отношение и к тем вопросам, которые мы обсуждали с президентом Франции. Что же касается распределения полномочий внутри России, то конечное слово, безусловно, остается за президентом. А президентом России сегодня является господин Медведев.

О системе власти в России

Россия - это президентская республика, и мы не намерены менять ключевую роль главы государства в политической системе страны. То, что я возглавил правительство, это, конечно, любопытный факт нашей политической истории. Но я одновременно возглавил партию, которая занимает лидирующие позиции в политической жизни страны и имеет устойчивое большинство в парламенте. Это, безусловно, знак того, что в России больше внимания уделяют многопартийности и росту влияния парламента в политической жизни страны.

О единстве и амбициях

Россия стоит перед необходимостью принятия решений по модернизации целого ряда направлений нашей деятельности, нашей жизни. Я имею в виду не только экономику, где мы должны придать ей инновационный характер, и мы об этом говорим активно. И, кстати говоря, многое уже начинает получаться. У нас много вызовов, перед которыми стоит Россия. И мы намерены действовать абсолютно честно в отношении граждан страны. Мы не собираемся заниматься политиканством. Если у нас все будет получаться и если наши действия будут успешными, то на самом деле, как организована власть в высших эшелонах власти, не так уж и важно. Важно, чтобы мы добивались общих целей. И сегодня в России сложилась дееспособная профессиональная команда специалистов и политиков в парламенте, которые нас поддерживают. Вот мы постараемся как можно дольше сохранить это единство. А как там распределяются роли и амбиции - это дело второго плана, а не первого.

О роли личности в истории

Что касается моей личной роли, то сам бы я давать оценок не хотел. Я не хочу давать оценок своей собственной работе за предыдущие годы, хотя считаю, что я работал добросовестно, честно и действительно многое удалось - начиная от восстановления территориальной целостности страны, конституционной законности до обеспечения высоких темпов российской экономики и снижения бедности.

Об усилении роли государства в экономике

Да, мы уделили определенное внимание тому, чтобы поддер жать компании, в которых представлено государство, где оно имеет контрольный пакет. Скажем, в "Газпроме" либо в "Роснефти". Но все остальное - а у нас десяток крупных компаний - это частный сектор. В том числе с иностранным капиталом. Британские, американские, индий ские, китайские, французские, немецкие компании. Наш сектор энергетики вообще гораздо более либерален, чем многие подобные секторы даже в Европе.

О ТНК-ВР, "Шелл" и инвесторах

С ТНК-ВР пока ничего не произошло. У них есть проблемы с их российскими партнерами, и я их предупреждал несколько лет назад о том, что такие проблемы возникнут. Дело в том, что они несколько лет назад создали совместное предприятие с распределением пакета акций 50 на 50 и, когда они это делали, а я присут ствовал при подписании этих документов, я им сказал: "Не надо этого делать. Договоритесь между собой, чтобы кто-то из вас имел контрольный пакет, и мы не против, чтобы это была ВР. Мы поддержим, и, если это будет российская часть вашего совместного предприятия, это российская компания ТНК". Но нужно, чтобы был хозяин, а когда нет четко выраженного властного полномочия, в такой структуре будут проблемы.

Они сказали мне: "Нет-нет, мы договоримся". Я говорю: "Ну, договаривайтесь". Вот результат: у них постоянно возникают трения - кто у них там главный. Вот в этом, собственно говоря, суть. Самая главная проблема - это коммерческие споры внутри компании.

Что касается "Шелл", то мы с ними проблемы урегулировали и надеемся, что в будущем таких проблем возникать не будет. В том числе они не должны возникать потому, что наши партнеры должны знать, что колониальный метод использования российских ресурсов здесь не пройдет.

Об инфляции

Мы понимаем всю негативную составляющую инфляции, отдаем себе в этом отчет, предпринимаем и будем предпринимать необходимые меры для того, чтобы купировать эти угрозы. Инфляция экспортирована в Россию из развитых экономик, в том числе из Европы. Связано это с необоснованно быстрым ростом цен на мировых рынках продовольствия. С большим притоком инвестиций в Россию. Если у нас был отток - до 20-25 млрд в год из России денег выводилось, - то в прошлом году приток иностранной валюты в долларовом эквиваленте был 81 млрд долларов. Это нефтедоллары - инвестиции, которые к нам приходят, плюс неф тедоллары наших компаний. Центральный банк их изымает. Он вынужден эмитировать рубли и направлять их в экономику. Есть и другие факторы.

С помощью повышения заработных плат, пенсий, пособий и дотаций мы будем стараться минимизировать негативные последствия для людей с небольшими доходами в ходе борьбы с инфляцией. Хотя мы понимаем, что это приток денег в экономику, в страну, но это то, что мы обязаны сделать для граждан. И мы будем это делать.

О Михаиле Ходорковском и равноудалении

Мы - и я, когда был президентом, и Медведев сегодня - должны руководствоваться российским законодательством. Господин Медведев, так же как и я, окончил юридический факультет Петербургского университета. У нас были хорошие учителя, которые сделали нам замечательную "прививку" - уважать закон. Если закон позволит, то к этому (сокращению срока заключения Михаила Ходорковского) нет никаких препятствий. Все зависит от конкретной ситуации и от того, как будут идти эти законом предусмотренные процедуры.

В любой стране участники экономической деятельности стараются сблизиться с властями, стараются получить какие-то конкурентные преимущества. Этим людям в свое время отказывали во въезде в США, не давали им даже визу, потому что считали их связанными с мафией. Сегодня вы спрашиваете меня: можно ли ему облегчить условия существования в тюрьме? Это разве не "двойной стандарт"? Это разве не борьба за какие-то привилегии, в том числе и в сфере экономики? Она всегда есть, всегда была и, наверное, всегда будет. И Россия здесь не представляет из себя какого-то уникального случая. Мы со своей стороны в последние годы старались обеспечить, чтобы представители бизнеса были равноудалены от власти. Мне кажется, в целом нам это удается.

А что касается Ходорковского, то дело не в том, что он ездил за границу. А дело в том, что он нарушил закон. Многократно и грубо. Вот такая конкурентная борьба недопустима. И мы, конечно, всячески будем ее пресекать.

О терроризме

Я уверен, что, если бы мы пытались решить это иначе, все до сих пор бы продолжалось. Можно было рассчитывать на более эффективную деятельность, может быть, наших специальных подразделений, специальных служб, но то, что мы должны были пресекать это, эти попытки дестабилизировать ситуацию в России, совершенно очевидно. И любая страна мира, любая страна, как только она идет на уступки террористам, в конечном итоге несет большие потери, чем те, которые возникают в ходе проведения спец операций. В конечном итоге это разваливает государство и увеличивает количество жертв.

Я лично убежден в том, что если мы хотим навести порядок, если хотим восстановить гражданский мир, то мы никому не должны позволить переступать черту, за которой нарушается действующее законодательство.

Об иранской ядерной программе

Я не думаю, что иранцы стремятся к созданию атомной бомбы. У нас нет никаких оснований так думать. Иранцы - очень гордый народ, независимый. Они стремятся к тому, чтобы реализовать свои законные права и в сфере мирных ядерных технологий. И должен сказать, что с формальной, юридической точки зрения Иран до сих пор ничего не нарушил. Он имеет право даже на обогащение.

Мы исходим из того, что Иран находится не где-то в безвоздушном пространстве, он находится в очень сложном, взрывоопасном регионе мира. И мы просим наших иранских партнеров иметь это в виду. Не раздражать ни соседей, ни мировое сообщество, а сделать, предпринять такие шаги, которые бы убедили международное сообщество в том, что никаких тайных помыслов у иранского руководства нет.

Мы будем всячески препятствовать распространению ядерного оружия. Именно поэтому мы и предложили международную программу обогащения, потому что Иран - это только один из фрагментов этой проблемы.

О вступлении Грузии и Украины в НАТО

Прежде всего мы против расширения НАТО в целом. В принципе. Советского Союза нет, угрозы такой не существует, а организация осталась. Значит, расширение блока - это только возведение новых границ в Европе. Новых "Берлинских стен". На этот раз невидимых, но не менее опасных. И это ведет к ограничению как раз возможностей совместных эффективных усилий по борьбе с общими сегодняшними угрозами, потому что вселяет недоверие друг другу. Это мешает.

Мы знаем, как принимаются решения в НАТО. Вот так, как это было с решением по системам противоракетной обороны. Сначала приняли решение, а потом уже начали обсуждать это в Брюсселе. И то, по сути, под нашим нажимом и после нашей критики. И мы опасаемся, что если эти страны окажутся в НАТО сегодня, то завтра также там могут оказаться ударные ракетные системы, которые нам будут угрожать. Ведь никто их уже не спросит. Они по факту там окажутся, и все. И что нам с этим делать потом?

Мы говорим о демократии. Что такое демократия? Это власть народа. На Украине по всем социологическим опросам почти 80 процентов населения не хочет вступать в НАТО. А наши партнеры говорят о том, что Украина будет в НАТО. То есть что, за украинцев уже все решили заранее, что ли? А их мнение уже никого не интересует? И вы хотите сказать мне, что это демократия?

О смертной казни

Мы очень часто слышим, что в диалоге с Россией мы, цивилизованные народы Запада, должны иметь в виду, что, определяя себе союзников, мы должны руководствоваться общими ценностями. Даже в условиях фактической гражданской войны мы фактически отменили смертную казнь в России. Это было очень тяжелым решением, но ответственным. Это разве не общие ценности? А в некоторых странах "восьмерки", кстати говоря, в странах НАТО, смертная казнь существует. И смертные приговоры приводятся в исполнение до сих пор. И это не мешает быть и в составе НАТО, и в "восьмерке". Почему в отношении России так все избирательно? То, что позволено Цезарю, не позволено кому-то другому, что ли? Вот такой диалог не может быть продуктивным. Надо открыть карты, по-честному относиться друг к другу, уважать друг друга. И тогда многое будет получаться из того, что, может быть, раньше не совсем получилось.

Об Абхазии и Южной Осетии

Вы сказали "сепаратистских" (регионов)? Почему вы то же самое не употребляете в отношении Косово? У вас нет ответа. И быть не может. Тысячи сербов не могут вернуться в Косово. Сотни тысяч. Выгоняют последних сербов оттуда. Там нет возврата беженцев. И вы не можете им гарантировать безопасность и цивилизованное проживание на этой территории. Нет этого. Неправда. Значит, это абсолютно то же самое.

55 тысяч грузин уже вернулись в Гальский район Абхазии. Россия об этом просила абхазское руководство. Я вам говорю прямо, мне нечего стесняться. Я лично этим занимался. Я обращался с просьбой к абхазскому руководству, и они это сделали. И мы выработали целый план совместной работы, развития энергетики, приграничное сотрудничество, строительство инфраструктуры, железную дорогу решили восстановить. Потом это все встало, и начались силовые акции. Потому что выборы скоро, потому что надо показать, какие крутые, что скоро все решим. Такие вещи, которые тянутся столетиями, нельзя подстраивать под внутриполитический календарь. Ничего хорошего из этого не получится. Да, я очень рассчитываю на то, что план, который предложил Михаил Саакашвили, все-таки постепенно будет внедряться, потому что в целом это правильный план. Но нужно только, чтобы обратная, другая сторона с этим согласилась. Диалог надо вести.

Власть Работа власти Внешняя политика Правительство Председатель Правительства Владимир Путин: статьи и интервью