Новости

08.08.2008 04:00
Рубрика: Общество

Как доктор доктору

Впервые заместителем министра здравоохранения и социального развития стала потомственный врач

Приступила к обязанностям заместителя министра здравоохранения и социального развития РФ член-корреспондент РАМН Вероника Скворцова. Свое первое интервью в новой должности Вероника Игоревна дала обозревателю "РГ".

Не так уж часто в наше время к руководству службой здоровья страны приходит потомственный врач. А Вероника Игоревна - врач в пятом поколении. Врачевание в этой семье - фамильное дело. В XIX веке прапрадед Вероники Скворцовой по отцовской линии Петр Георгиевич Аврамов был профессором Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге, стал основателем и первым деканом медицинского факультета Нижегородского университета. Его дочь, прабабушка Скворцовой, - выпускница высших женских курсов в Москве. Тех самых, из которых потом возник Второй московский мединститут - теперь Российский государственный медицинский университет. Его-то и заканчивали все последующие поколения близких Скворцовой. И сама Вероника Игоревна его выпускница. И ее сын Георгий учится там сейчас.

Российская газета: В мединституты, особенно московские, всегда большой конкурс. Вам и вашему сыну при поступлении родословная помогла?

Вероника Скворцова: Я окончила школу с золотой медалью, потому у меня проблем с поступлением не было. И сын - это уже как традиция семейная- тоже окончил школу с медалью и поступил в наш вуз.

РГ: Вы заведуете кафедрой фундаментальной и клинической неврологии и нейрохирургии в Медицинском университете, директор НИИ инсульта. А вот теперь еще стали заместителем министра здравоохранения и социального развития... Ничего себе ноша! От чего-то вынуждены будете отказаться? Или сумеете все нести?

Скворцова: За последние годы - а я одиннадцать лет возглавляю кафедру - удалось создать такой коллектив, который вполне самостоятелен. Поэтому надеюсь, что эту ношу нести смогу.

РГ: Вы приняли новое назначение сразу или колебались?

Скворцова: Процесс обдумывания был долгим, серьезным. Хорошо понимаю, какая это огромная ответственность, какие сложные задачи придется решать.

РГ: Давайте об этих задачах и поговорим. Вы задействованы в разработке концепции развития здравоохранения до 2020 года. В чем необходимость такой концепции? Основные ее направления?

Скворцова: Нам сейчас стало очевидно несоответствие системы оказания медицинской помощи потребностям населения. Это несоответствие было проанализировано. На основе анализа разработаны направления развития российского здравоохранения. Начиная с середины XX века наша служба построена по двухуровневому принципу: первичная помощь населению и стационарная. В результате первичная помощь (поликлиническая, амбулаторная) занимается профилактической, лечебной, патронажной деятельностью. А стационары наряду с лечебной работой выполняют гостиничные функции.

РГ: Что разумеете под гостиничными?

Скворцова: Поясняю на примере. Скажем, пациенту назначены инъекции, капельница, массаж... Эти процедуры занимают три-пять часов в день. Круглосуточного наблюдения за данным пациентом не требуется. То есть, остальное время больничная койка равнозначна гостиничной. К тому же пациента кормят три, а то и четыре раза в день. В общем, полный пансион.

РГ: Мы к этому так приучены, так привыкли. И когда узнаем, что на Западе пациента, скажем, после операции по поводу рака груди на другой день выписывают на домашний режим, не просто недоумеваем - возмущаемся...

Скворцова: Зря возмущаемся. Двухуровневая система организации медицинской помощи была оправдана и необходима на определенном этапе развития нашего общества. Когда основными функциями первичного звена были внедрение санитарно-гигиенических норм, профилактика массовых заболеваний, в том числе и инфекционных, лечение всех случаев, не требующих госпитализации. Стационар же, наряду с лечебными функциями, выполнял оздоровительные, общеукрепляющие и профилактические. Именно в стационаре проводили, да проводят и сейчас, те обследования, которые вполне можно провести амбулаторно.

Международный опыт свидетельствует: куда эффективнее работают многоуровневые системы медицинской помощи. Есть несколько моделей такой помощи. Главное же, надо, чтобы была четкая система профилактики, постоянное наблюдение за здоровьем здоровых, чтобы они не попадали сразу в разряд больных. Чтобы амбулаторно отслеживались группы риска. Чтобы койки стационара использовались лишь для тех, кто действительно в них нуждается. И чтобы обязательно было звено, которого сейчас фактически нет: послегоспитальное долечивание, реабилитация.

РГ: Сейчас на разных уровнях ведется обсуждение концепции...

Скворцова: Здесь масса подводных рифов. Нередко все пытаются свести к необходимости нового оборудования, новой техники. Это, безусловно, необходимо. Но главное все же другое: кто, как будет работать в новых условиях? Явно нужно совершенствовать систему подготовки кадров, систему повышения квалификации тех, кто трудится сейчас, кто будет трудиться в будущем. Повышение квалификации, непрерывность образования должны стать нормой жизни медиков. Нельзя далее мириться с тем, что подчас врачей у нас больше, чем среднего медицинского персонала. Кроме того, при относительном избытке врачебных кадров у нас постоянный дефицит тех или иных узких специалистов. Особенно в сельской местности, в отдаленных районах.

РГ: И что же надо сделать, чтобы выпускник того же Российского медуниверситета поехал работать на Камчатку или в деревню Мурманской области?

Скворцова: Начата работа по составлению реестра всех медицинских работников страны. Это позволит в будущем планировать подготовку и распределение кадров в зависимости от потребностей регионов.

РГ: Это что, возврат к советской системе распределения специалистов, за которую многие ратуют?

Скворцова: Существует иной подход. Заключается трехсторонний договор между администрацией региона (заказчик), вузом и абитуриентом. Согласно этому документу, по окончании вуза выпускник обязан отработать в соответствующем регионе три года.

РГ: А потом?

Скворцова: Прежде всего регион должен заинтересовать своего специалиста в дальнейшей работе, в будущей возможности образования и, конечно, в социальном благополучии.

РГ: Концепция обязательно подразумевает внедрение инновационных технологий...

Скворцова: Без развития медицинской науки невозможно дальнейшее развитие здравоохранения. И новые технологии тут необходимы. Планируется создание целевых межведомственных научных программ. Они включают не только чисто медицинские разработки, но и то, что создано другими отраслями науки, техники - отечественной и зарубежной.

РГ: Будущее заманчиво. Но живем-то мы сейчас. Болеем сейчас. Сегодня хотим лечиться в хороших учреждениях, у хороших специалистов. А например, в национальный проект "Здоровье" не вошла онкология. У нас нет службы реабилитации, негде проводить долечивание после инсультов, нет службы паллиативной помощи и так далее...В ближайшее время наступят заметные перемены? Мы знаем, что вводятся новые центры медицины высоких технологий, пишем о них. А потом приходим в районную поликлинику, где невозможно записаться на прием к окулисту или получить консультацию невролога, и так далее...

Скворцова: Будущее произрастает из сегодня, а готовится вчера. За последний год спланировано и просчитано несколько целевых программ. Они охватывают разные области здравоохранения. Они уже начали реализовываться, уже дают свои результаты. И фактически меняют структуру оказания медицинской помощи. Так, внедрение "программы совершенствования медицинской помощи больным с сосудистыми заболеваниями" позволяет оптимизировать систему профилактики инсульта и инфаркта миокарда, создать сеть первичных сосудистых отделений, в которые больной может быть доставлен из любой части региона в течение тридцати-сорока минут, своевременно обследован. И ему будет назначено эффективное лечение. Эту работу координирует региональный сосудистый центр, в котором есть все для круглосуточной консультативной и высокотехнологичной помощи. Центры постоянно связаны с первичными сосудистыми отделениями и амбулаторным звеном. Это позволяет отслеживать состояние пациента, обеспечивает преемственность лечения и реабилитации. Подобная система начала действовать и при дорожно-транспортных происшествиях.

А ваша информация по поводу онкологии устарела: на днях принято решение о развитии онкологической службы в стране. Основным составляющим здесь будет внедрение скрининга и ранней диагностики новообразований, что очень важно: выявленные на ранней стадии опухоли хорошо поддаются лечению. Оснащение современным диагностическим и терапевтическим оборудованием, внедрение современных лекарственных препаратов, целенаправленная подготовка и переподготовка кадров повысят эффективность онкодиспансеров. Переход на многоуровневую систему подразумевает расширение сети отделений для паллиативного лечения, хосписов, реабилитационных центров.

РГ: Вы возглавляете Институт инсульта. А ежегодно инсульт переносят более 500 000 россиян. Каждые полторы минуты он поражает новую жертву. Ежегодная смертность от него в России - одна из наиболее высоких в мире. Трети пациентов, перенесших это заболевание, необходима посторонняя помощь в уходе за собой. Лишь каждый пятый из выживших может вернуться к прежней работе.

Скворцова: Называя инсульт заболеванием, мы совершаем ошибку - с тем же правом к болезням можно отнести автокатастрофу или кораблекрушение. Инсульт - не болезнь, это внезапное полное крушение сосудов. У автокатастрофы может быть множество причин - от пьянства водителя до неграмотности пешехода. Причина (она же пусковое устройство) инсульта - заболевания сердечно-сосудистой системы: артериальная гипертония, атеросклероз, патология сердца. И ситуация действительно очень тяжелая. Но именно теперь появилась надежда, что в ближайшее время она начнет меняться к лучшему.

В 2006 году разработана и принята целевая программа минздравсоцразвития "Снижение смертности и инвалидности от сосудистых заболеваний мозга в Российской Федерации". Она включена в нацпроект "Здоровье" на 2008-2010 годы.

Начиная с этого года, программа будет внедряется в первых экспериментальных регионах РФ. Финансирование осуществляется из федерального бюджета и бюджета регионов. Сейчас идет активная подготовка к ее выполнению: подводятся итоги диспансеризации людей трудоспособного возраста в каждом регионе-кандидате, анализируются списки тех, кто страдает сосудистыми заболеваниями, кто причастен к факторам риска развития инсультов и инфарктов миокарда; оптимизируются маршруты госпитализации пациентов; проводится полная паспортизация лечебных учреждений, оказывающих помощь больным с острыми сосудистыми нарушениями.

Пока в России процент госпитализации больных с инсультом колеблется от 30 до 100 процентов. Лечение проводится, как правило, в общих неврологических, иногда в терапевтических отделениях или на дому. Хотя очевидно, что для эффективного обследования и лечения пациентов с острыми нарушениями мозгового кровообращения нужны специализированные отделения. В странах Западной Европы, Америки, Японии подобные отделения появились в восьмидесятых годах, а с начала девяностых стали обязательным компонентом системы медицинской помощи при инсульте. Нашей программой предусмотрено создание первичных и региональных сосудистых отделений за счет перепрофилирования имеющихся неврологических коек в многопрофильных стационарах, в которых есть неврологическое, терапевтическое, хирургическое отделения, экстренная лаборатория, подстанция "скорой помощи".

РГ: География размещения таких отделений?

Скворцова: Города с населением не менее 50 тысяч человек. Там обязательны хорошие подъездные пути, чтобы больной из любой точки региона мог быть доставлен в больницу в течение 30-40 минут. Каждое первичное отделение будет обслуживать несколько окружающих районов. Это ближайшие планы наступления на инсульт.

Общество Здоровье Правительство Минздрав
Добавьте RG.RU 
в избранные источники