Новости

08.08.2008 05:00
Рубрика: Общество

Роман с императором

Как связана вчерашняя и завтрашняя Россия, размышляет французский историк и постоянный секретарь Французской академии Элен Каррер д'Анкосс

Повод для встречи - самый что ни на есть подходящий: ее последняя книга - монография об императоре Александре II.

Историк с российскими корнями, а ее род идет от тех самых Орловых, которые посадили на трон Екатерину II и завоевывали Крым, по праву считается одним из лучших специалистов по России и блистательным ученым-аналитиком.

"Российская газета": Чем вас привлекла фигура Александра II? Ведь всегда считалось, что он проигрывает на фоне других императоров и императриц, таких как Петр I или Екатерина II...

Элен Каррер д' Анкосс: Когда я писала книги о Екатерине и Петре, то, действительно, с самого начала знала, что мне предстоит встреча с личностями великими, неординарными, оставившими глубочайшие следы в истории России. Другой подход был к Николаю II - последнему царю. Великим, конечно, его не считала, но он представлялся трагичной фигурой. Что касается Александра II, то раньше он мне казался человеком симпатичным, но невыразительным, хотя, естественно, в его пользу говорила отмена крепостного права в 1861 году. Так получилось, что несколько лет тому назад я много работала в Государственном архиве РФ, и его директор, мой друг Сергей Мироненко, как-то предложил познакомиться с письмами Александра II Екатерине Долгорукой. "Может быть, вы станете иначе думать о нем",- сказал Сергей. Конечно, я не собиралась писать любовный роман - это не мой профиль. Но из писем передо мной неожиданно стала вырисовываться личность иного свойства, сильно отличавшаяся от моего прежнего представления об императоре. Нешаблонная, сильная, вызвавшая во мне интерес. С этого момента решила серьезно заняться Александром II. Прочитала в бытность его наследником переписку с отцом, другие документы и поняла, насколько он многосторонен и тонок. Чем больше вникала в образ, тем больше убеждалась в том, что в российской исторической табели о рангах его место рядом с Екатериной и Петром.

РГ: Что вас привело к такому выводу? Как вышло, что прежде его недооценивали?

Каррер д'Анкосс: Дело в том, что после гибели императора от рук убийц было решено, что все задуманное им провалилось. А ведь это не так! Сорвалось лишь последнее начинание - вход страны в конституционную систему управления: ведь незадолго до смерти он подписал ряд документов, которые должны были к этому привести.

Знаете, четверть века правления Александра II были невероятно продуктивны для России. Они изменили облик страны. Может быть, у императора не было мощи Петра, который, при всем моем к нему уважении, все-таки изменял страну варварскими методами, ломал ее через колено, но результаты деятельности Александра II оказались значительнее. При нем Россия преобразилась до самых глубин. Кроме отмены крепостного права это реформа земств, юридической системы, армии, введение послаблений в области цензуры. Фактически при нем в середине ХIХ века возникло правовое государство, каких тогда не было в Западной Европе. Причем все делалось спокойно, без надрыва. Это был очень современный, эволюционный подход. Если бы императора не убили, Россия продвинулась бы еще дальше.

РГ: То есть получается, что Александр II был чуть ли не либералом и демократом...

Каррер д'Анкосс: Я бы сказала, что он до какой-то степени был человеком ХХ века, жившим в ХIХ. И еще одна парадоксальная деталь. Модернизацию страны он проводил вопреки своему царскому воспитанию и убеждениям! Ведь был консерватором, но одновременно умным и просвещенным политиком, который понял, что Россия нуждается в серьезных переменах.

РГ: Сколько вы работали над книгой?

Каррер д'Анкосс: Три года, и с большим удовольствием. Каждый день я открывала какие-то новые черты его характера. Когда завершила монографию, то поняла, что годы правления Александра II были самым важным периодом российской истории. Тогда могло измениться все. И если не все, то многое изменилось.

РГ: Тем не менее правление его последователей, особенно Николая II, завершилось октябрем 17-го...

Каррер д'Анкосс: Россия уже стала другой. Александр III получил в наследство преобразованную страну, и заданный отцом импульс нашел свое выражение в индустриализации России. Увы, он не пошел дальше в политическом отношении, и в этом его ошибка, за что в конце концов расплатился Николай II, который был воспитан в том же духе: боялся политических перемен.

РГ: В книге вы называете Александра II "русским Линкольном". У них много общего?

Каррер д'Анкосс: Они жили в одну и ту же эпоху и практически одновременно дали свободу огромному количеству людей. Правда, Александр сделал это так, что не пролилось ни капли крови, в отличие от США, где в ходе войны Севера с Югом погиб миллион человек. Хотя Александру, надо сказать, было не легче, чем Линкольну, ибо пришлось преодолевать сопротивление как знати, так и практически всей интеллигенции, которая выступала за отмену крепостничества, но хотела, чтоб это произошло снизу, а не руками императора. Александр II был человеком одиноким. Лишь в ближайшем окружении он находил поддержку, а вся страна была против того, что он делал. И все-таки благодаря его преобразованиям Россия переступила через ХIХ век и оказалась в ХХ.

РГ: Реформы Александра II - путь, по которому не пошла Россия в ХХ веке, и мы знаем, к чему это привело. Сейчас ситуация другая. Просматривается ли, на ваш взгляд, связь между тем, что пытался воплотить в жизнь Александр II, с сегодняшним днем?

Для президента Франции Николя Саркози приглашение посетить Французскую академию — высокая честь. В качестве хозяйки Каррер д'Анкосс встречала главу государства. Фото APКаррер д'Анкосс: То, что происходит в России, как мне представляется, есть продолжение пути, обозначенного Александром II. Путь реформ. Путь эволюционного развития. Цивилизованная перестройка страны. Да, при Ельцине был явный хаос, но надо было как-то вылезать из прежней системы, что оказалось делом непростым. Конечно, есть вещи очень обидные, к примеру, огромные состояния, возникшие сомнительными методами. Но это лишь один аспект. Другой, и важнейший, заключается в том, что страна меняется, и это происходит до какой-то степени усилиями всех граждан. Строится правовое государство, то, к чему стремился Александр II. Поэтому, как мне кажется, будет вполне правомочно перекинуть мостик между периодом реформ Александра II и развитием нынешней России.

РГ: Как вам видится место России в Европе?

Каррер д'Анкосс: Я всегда считала, что Россия - большая европейская страна. Настоящей Европы не может быть без России. Я не имею в виду ее гипотетическое присоединение к структурам ЕС. Ваша страна слишком велика для этого. Я говорю о другом, о более широком и глубоком понятии Европы как цивилизации, части света, народы которой объединены общей судьбой. Меня это волнует, ибо пока Россия не нашла свое место в Европе, а может быть, ей это не дали сделать. Европейцы должны признать Россию как великую европейскую страну, тогда ей не надо будет разыгрывать какую-то азиатскую карту, и она будет сама себя считать частью Европы.

РГ: Той, о которой говорил де Голль,- Европа от Атлантики до Владивостока?

Каррер д'Анкосс: Именно до Владивостока, а не до Урала. Поэтому мне кажется, России стоит позиционировать себя как восточную часть геополитической Европы. Как Франция является ее западной частью. У каждого свое место в рамках одного континента, одной цивилизации.

РГ:  И все-таки мы видим, что кое-кому хотелось бы отгородиться от России.

Каррер д'Анкосс: Европа не однородна. Она не так давно открылась для восточноевропейских, бывших коммунистических стран. Некоторые из них боятся России и поэтому вошли в НАТО, планируют принять у себя элементы американской ПРО. И тем не менее я уверена: такая страна, как Польша, которая по историческим причинам опасается России, в будущем будет играть важную роль - как смычка между Россией и Европой.

РГ: Почему вы так полагаете?

Каррер д'Анкосс: Я вижу, что поляки часто об этом задумываются. В конце концов они не только наследники той Польши, которая была упразднена два столетия назад с помощью России, но, кстати, и Пруссии, и Австрии. Они одновременно и славяне. Польский язык не так уж далек от русского. Я много раз была там, встречалась с разными людьми. Если Польша хочет занять видное место в делах континента, то это место связующего звена с Россией.

Пришло время пересмотреть геополитические постулаты, по которым континент делился на Западную Европу, Восточную, а дальше шел Советский Союз, ныне Россия. Надо по-новому взглянуть на континент, увидеть контуры глобальной Европы ХХI века, где России будет принадлежать ее законное место.

РГ: Это мне напомнило слова президента Медведева, который говорил о том, что новые реалии требуют создания новой системы европейской безопасности...

Каррер д'Анкосс: Я слежу за заявлениями господина Медведева. Формирование внешне-политического курса страны входит в его компетенцию, и он очень интересно об этом говорит. Обращает на себя внимание то, что российский президент думает категориями не ХХ века, а нынешнего. Он видит, что системы мышления, в которых мы жили прежде, уже не работают. Отсюда необходимость разработки новых подходов. У Медведева западный, европейский взгляд на проблемы. То, что он предлагает,- это новое геополитическое распределение сил, перестройка всех старых отношений.

РГ: Но на этом пути немало барьеров, завалов. Это и упомянутые вами элементы американской ПРО в Восточной Европе, и использование некоторых российских соседей таким образом, чтобы насолить Москве...

Каррер д'Анкосс: Смотреть на сегодняшний день, тем более на будущее с позиций прошлого - большая ошибка. Мир меняется, и нынешняя Россия - это отнюдь не бывший Советский Союз, который внушал Западу временами вполне обоснованный страх. Строители барьеров как в Америке, так и у нас в Европе глубоко заблуждаются. Ведь уже возник новый мир. Его фигуранты не только США, Европа, Россия, но и Китай, Индия. Надо создавать новый порядок. Американская же внешняя политика, как и раньше, отталкивается от устаревшего видения мира, в котором интересы США и России противостоят друг другу.

РГ: Но ведь времена "холодной войны" вроде бы давно канули в Лету. Не лучше ли американцам вместо того, чтобы пытаться загнать Россию в угол, с ней сотрудничать?

Каррер д'Анкосс: Не секрет, что в течение двух десятилетий, вплоть до 1991 года, Америка всячески пыталась поставить Советский Союз на колени, что до какой-то степени ей удалось. После этого был период, лет десять, когда молодая Россия из-за внутренней ломки и хаоса практически не существовала как держава, с которой нужно было считаться на мировой арене. В начале нынешнего века началось возвращение России на мировую арену. Именно этого и не хотят американцы - им не нужен серьезный конкурент в международных делах. Но это политика прошлого, политика противостояния в мире, который уже успел измениться. Им способствовало и то, что до сих пор не было единой политики у Евросоюза в мировых делах.

РГ: Ее по большому счету и сейчас нет...

Каррер д'Анкосс: И в этом большая проблема. Ведь Евросоюз не существует лишь для того, чтобы принимать сомнительные законы, диктующие, как делать сыр. Он нужен в первую голову для того, чтобы была большая сплоченная Европа с общей политикой. Может быть, сейчас постепенно этот процесс начнется. Когда это случится, то, думаю, ситуация изменится. Появится европейский подход, с которым США надо будет считаться.

РГ: Мне кажется, Николя Саркози хотел бы именно такой трансформации ЕС...

Каррер д'Анкосс: Это так. Однозначно. Кстати, мадам Ангела Меркель занимает такую же позицию.

РГ: Мадам Каррер д'Анкосс, в конце нашей беседы позвольте задать вам вопрос совсем из другой "оперы": где проводите летний отпуск?

Каррер д'Анкосс: На острове Иль-де-Ре, что на нашем атлантическом побережье, как раз напротив города Ля Рошель. Будет полный дом своих. Трое взрослых отпрысков, шестеро внуков, друзья и знакомые. Насытить такую ораву - дело непростое, но, думаю, справлюсь - с их же помощью.

Общество История В мире Европа Франция
Добавьте RG.RU 
в избранные источники