Новости

11.03.2009 01:00
Рубрика: Экономика

В антикрисизной стратегии не стоит оглядываться на Запад

Внимание всего общества сегодня приковано к банкам. Ведь в банковском секторе зародился финансовый кризис, от ситуации в кредитной сфере сегодня зависит и состояние всей экономики. Поэтому государство направляет основные объемы антикризисной помощи именно банкам.

О том, как развивается кризис и как из него быстрее выйти, корреспондент "Российской газеты" беседует с президентом Московского индустриального банка Абубакаром Арсамаковым.

Российская газета: Абубакар Алазович, простой вопрос - в чем секрет успешного прохождения кризиса для банка?

Абубакар Арсамаков: Чтобы успешно пройти кризис, банк должен иметь сбалансированную стратегию. МИнБ как правопреемник Промстройбанка СССР всегда строил свою стратегию на основе тесного сотрудничества с отечественным производителем. И сегодня нашими клиентами являются более 70 000 предприятий, представляющих практически все основные отрасли экономики России. Имея такую опору, выстоять, конечно, много проще, нежели, к примеру, занимаясь спекуляциями на падающем фондовом рынке.

РГ: Ваш банк активно сотрудничает с промышленными предприятиями, вы держите у них "руку на пульсе". Как, на ваш взгляд, они переживают кризис?

Арсамаков: Ситуация у всех разная. Для многих задача заключается в том, чтобы просто выжить. Главная цель, стоящая сегодня перед такими компаниями, не остановить производство, сохранить коллектив, выплатить зарплаты, выполнить все обязательства перед партнерами. О высокой прибыли, расширении производства или строительстве социальных объектов сейчас уже многие и не думают. Но не у всех ситуация одинаковая.

Предприятия военно-промышленного комплекса, которых мы кредитуем достаточно много и чье финансирование обеспечено бюджетом, безусловно, выстоят. Не так плохи дела и в пищевой промышленности. Здесь многие предприятия даже в условиях кризиса могут получить дополнительный импульс для своего развития. Ведь импорт продовольствия будет снижаться, и к тому же есть неплохой шанс использовать отечественное сырье.

Что касается других отраслей: машиностроения, металлургии, добычи полезных ископаемых, связанных с западными рынками, то свертывание производств здесь неизбежно. Однако мы как финансовая организация всегда готовы помочь клиентуре, имеющей четкий рынок сбыта, сохранить необходимые для поддержания производства важнейшие технологические и финансовые цепочки.

РГ: Ухудшилось ли кредитование промышленности в связи с кризисом?

Арсамаков: Сейчас на рынке наблюдается два прямо противоположных явления. С одной стороны, некоторые решили: раз президент и премьер дали банкам задание кредитовать реальный сектор, то тут под шумок можно всем прийти и получить средства. С другой стороны, некоторые банки не выдают денег промышленности вообще. Но МИнБ продолжает кредитовать отечественную промышленность, которая и есть наш главный клиент. Для финансирования отечественных предприятий мы используем средства из всех источников - и кредиты Центрального банка, и вклады граждан.

Чтобы мобилизовать средства населения, мы платим вкладчикам достаточно большие проценты - до 14,5 процента годовых. Деньги же направляем в реальный сектор.

Некоторых из наших клиентов, среди которых есть немало крупных, промышленных предприятий, банк кредитует с минимальной маржой. Сегодня наша задача не подтолкнуть падающее предприятие, а помочь ему преодолеть вставшие перед ним проблемы. Поэтому мы всегда тщательно анализируем положение клиента и там, где возможно, идем ему навстречу, чтобы предприятие смогло выжить и остаться нашим партнером в будущем.

Особенно внимательно приходится подходить к анализу ситуации на крупных градообразующих предприятиях, где работают десятки тысяч человек. Здесь банк остро чувствует свою социальную ответственность. Обанкротив кого-то, мы ничего не выиграем, а поддержав, нарастим в дальнейшем клиентскую базу и увеличим оборот капитала.

Конечно же, если клиент начинает нас обманывать, пытается вывести активы, бросить бизнес, мы предпринимаем все определенные законом действия для погашения кредита, вплоть до предъявления исков по возмещению потерь к владельцам бизнеса и менеджменту.

Конфуций сказал: "Добру - добро, злу - справедливость". Мы работаем деньгами наших вкладчиков и не имеем права оставлять безнаказанными попытки хищений.

РГ: То есть вы признаете, что риски выросли?

Арсамаков: В кризисной ситуации выживают прежде всего те банки, где хорошо построена система риска. Этой сфере работы мы уделяем очень большое внимание. Существуют проверенные деловой практикой инструменты снижения риска. Кстати, должен отметить, что риски ликвидности, связанные с дефицитом средств для осуществления повседневных расчетов, в настоящее время преодолены.

Сейчас на первый план выходят риски невозврата кредитов заемщиками. Это вызов, на который приходится отвечать всеми доступными нам средствами: от совершенствования системы оценки заемщиков до создания резервов под возможные потери. Разумеется, при активном формировании резервов создается угроза уменьшения капитала банка. Но мы идем на это, потому что понимаем: сегодня не время гнаться за сверхприбылью, сегодня важно, чтобы отечественный товаропроизводитель не обанкротился. Только тогда выживет и финансовая система.

МИнБ хочет не утопить должников, но стремится помочь им выстоять, чтобы в дальнейшем они могли преодолеть кризис, встать на ноги и вернуть задолженность. В этом одна из основ нашей финансовой стратегии.

РГ: Какие отрасли экономики оказались сегодня наиболее уязвимыми?

Арсамаков: Где было больше спекуляций - там сильнее всего и страдают от кризиса. А где у нас было больше спекуляций? В области строительства. Посмотрите, какие цены были на жилье в Москве! Да и в других городах России жилье было недоступным для простых граждан. В этом общая вина и местных чиновников, и строителей, и финансовых институтов.

И, конечно, имеется огромная проблема, связанная с отсутствием неких продуманных правил игры на рынке. А мы сейчас ищем и находим крайнего. В кризисе якобы виноваты банки! А остальные? Кризис - системная болезнь, и вину за нее несут все участники рынка.

РГ: То есть вы хотите сказать, что и частные собственники иногда проявляли некомпетентность?

Арсамаков: Многие предприниматели имели возможность доставать деньги на Западе. Это вполне понятно, ведь у них были прекрасные залоги в виде земли или заводов. Им эти залоги достались в ходе приватизации, мягко говоря, легко. Но эффективно управлять многие так и не научились. Так, множество предприятий сегодня оказываются заложенными в западных банках. Для таких случаев тоже должна быть предусмотрена законодательная база. Я вовсе не за то, чтобы у кого-то что-то забирать. Но если вы взяли на себя ответственность управлять производством, то должны уметь это делать.

Получать из бюджета много денег и за них не отвечать - особого интеллекта не надо. А вот знать, куда их вкладывать, что с ними делать, думать, переживать, составлять инвестиционные программы - для этого надо работать днем и ночью, находясь в состоянии "взведенной пружины". В таком режиме сегодня приходится работать и мне, и всем сотрудникам нашего банка.

РГ: Весь мир сегодня напуган теми финансовыми пузырями, которые надулись на финансовых рынках, и особенно на американском ипотечном рынке. Многие экономисты предсказывают, что масштабы ипотечного и потребительского кредитования будут уменьшены. Но ведь в России ни потребительское кредитование, ни ипотека еще не достигли уровня развития, сопоставимого с западным. Так как же должна поступать Россия: наращивать или сворачивать эти виды кредитования?

Арсамаков: Россия ни в коем случае не должна смотреть на те проблемы, которые есть на Западе. Ведь в Америке, в сущности, нет проблемы жилья. Если бы заработанные нами на газе, нефти и другом сырье деньги были направлены нами на другие направления - на создание ифраструктуры и технологическое развитие, - то нас бы кризис не коснулся в той мере, как сегодня. Но мы внутри страны почти ничего не строили, а лишь продавали энергоносители, и как только в Америке начался кризис перепроизводства, у нас тоже начались финансовые проблемы.

Но ведь в нашей стране нет кризиса перепроизводства! Наоборот, у нас, например, нет хорошего жилья на селе и в районных городах и есть огромный дефицит строительных материалов. Наш рынок не заполнен, он еще имеет огромный резерв емкости.

Государство должно внимательно присмотреться к этим проблемам. Если бы у нас сельское хозяйство было налажено как в Европе, то его продукцию можно бы было учетверить, и она все равно имела бы спрос на внутреннем рынке! Перепроизводства в России еще многие десятилетия не будет. Поэтому отечественным банкирам, предпринимателям, экономистам надо скорее повернуться лицом к российским проблемам: к дефициту жилья, нехватке перерабатывающих предприятий и новых технологий.

РГ: И в заключение традиционный вопрос: когда, на ваш взгляд, кончится кризис?

Арсамаков: Экономику можно сравнить с медициной. В одной больнице человека держат месяц, а в другой его могут за три дня прооперировать, вылечить и выпустить. Все зависит от технологий. И для выхода из кризиса существуют свои технологии. Если сегодня со стороны правительства мы увидим разумную экономическую политику, мы очень быстро из этой ситуации выйдем. Все зависит от того, будем ли мы деньги вкладывать туда, где они приносят больше пользы для нашей страны, или мы их будем держать на счетах в Америке.

В России огромный внутренний, не заполненный еще рынок. Нам не нужно постоянно оглядываться на Запад, а необходимо, используя наш человеческий, финансовый и сырьевой потенциал, создавать инфраструктуру отечественной промышленности. И чем скорее будет запущен этот процесс, в котором должны принимать участие буквально все члены нашего общества, тем больше у нас шансов выйти из кризиса. Причем значительно быстрее, чем многие западные страны.

Экономика Макроэкономика Экономика Финансы Банки Финансовый кризис в России
Добавьте RG.RU 
в избранные источники