Новости

30.04.2009 02:15
Рубрика: Общество

Люби!

Девичья фамилия стала ее жизненным кредо

Скоро выйдет в свет вторая книга Ирины Кротовой. Автору 91 год.

У муромлянки огромная семья - пятеро сыновей, взрослые внуки и правнуки. Историк по образованию, выпускница истфака МГУ, первую свою книгу она издала на девятом десятке жизни. В ней Ирина Леонидовна рассказала о четырех поколениях русских людей XX века, Люби и Кротовых, неразрывно связанных с историческими судьбами России, о замечательных людях, с которыми сводила ее судьба, - юристах, ученых, актерах, художниках, инженерах, врачах, учителях.

Свою книгу она назвала "Люби". Это ее девичья фамилия и, как оказалось, жизненное кредо и наказ потомкам. Открыв первую страницу роскошного фолианта - подарка автора, - не могла от него оторваться, пока не дочитала до конца. Говорят, каждый человек может написать хотя бы одну книгу. О своей жизни. Вот только будет ли личный "сюжет" достоин литературного произведения? Ведь написанное - лишь производное от прожитого.

Линия жизни

- Свой последний госэкзамен в университете - история международных отношений - мы сдавали 23 июня 1941 года, - рассказывает Ирина Леонидовна. - У нас на курсе было 120 человек, и среди них немало выдающихся личностей. Я единственная написала книгу. Хотя у них судьбы, конечно, интереснее. Такие драматические взлеты, такие трагические падения!

Но, конечно, скромничает! И драматичных, и счастливых страниц в биографии Кротовой хватало: детство и юность, проведенные у "самого синего моря", учеба в Московском университете, студенческая дружба, пронесенная через всю жизнь. Слежка НКВД за отцом, расстрел первого мужа - итальянского коммуниста, ссылка матери в ГУЛАГ, отлучение от любимой педагогической работы. Переписка с Зинаидой Шаховской, первая поездка за границу в 74 года, а последняя - почти в восемьдесят. Организация на склоне лет литературной гостиной, ставшей центром культурной жизни города, борьба за сохранение народной филармонии… А ее юбилей - 90-летие со дня рождения - торжественно отпраздновал весь город Муром.

И сегодня, в 91 год, Кротова, выражаясь современным языком, человек успешный. Живет в большом красивом доме под Муромом со старинным роялем в гостиной в окружении картин и многочисленных потомков.

А толчок, по признанию автора, дали внучки. Они сказали: "Бабушка, ты так интересно рассказываешь про свою жизнь. Напиши об этом". Начала писать маленькие воспоминания, которые назывались в рукописном варианте "Смешное и грустное в нашей семье". Вспоминала, как выражается, 20 лет - с конца семидесятых до конца девяностых годов.

- Я не писатель, но мне хотелось писать, - вспоминает Кротова. - Скажем, мы с мужем уезжали в санаторий. Что особенно делать в санатории? Писала. Проходившие мимо меня женщины спрашивали: "Что вы делаете?" Я отвечала: "Я пишу книгу". Материал черпала не только из своих личных воспоминаний, но и над документами работала. Особенно когда писала историю своего мужа, Леонида Сергеевича Кротова, который с 1948 по 1950 годы был прокурором Мурома.

- Поначалу о книге речи не шло, - добавляет старший сын Евгений. - Мы часто собираемся семьей, и она нам читала написанное на домашних посиделках. А потом, когда таких "записок" накопилось много, стали думать, что с ними делать? Решили выпустить книгу.

В издательстве Муромского института рукописью Кротовой заинтересовались, внесли в план работы на следующий год. Первый год - не печатают, второй год - не печатают. И тогда Леня, ее младший сын, занял большую сумму денег и обратился в столичное издательство к Глебу Успенскому, с которым учился в институте Мориса Тореза. Однокурсник напечатал ее в Ульяновске тиражом в тысячу экземпляров.

О грустном и смешном

И через сто лет, открыв эту книгу, далекие потомки узнают, что довелось пережить главе их рода в конце сороковых годов XX столетия.

- Представляете, в Муром приезжает молодой прокурор, глубоко убежденный, что закон один и для начальника, и для простого гражданина. Но не тут-то было! Шофер вывозит с завода огромную канистру спирта. Охрана его задерживает. Прокурор узнает, что тот вез ее для начальника НКВД. Был эпизод, когда после аварии на одном предприятии инженера обвинили во вредительстве и Леонид Сергеевич за него заступился. А на областном совещании работников правоохранительных органов прокурор позволяет себе критику в адрес госбезопасности. Тогда машин не было, руководство возвращалось в Муром на поезде. И заместитель начальника по фамилии Морозов говорит ему: "Ты еще пожалеешь о своем выступлении". С этого и началось…

Наверное, потомки очень удивятся, когда прочитают, почему девочка из Новороссийска решила стать историком. Уж очень выбивается такое развитие событий из традиционной романтичной схемы.
 

- Я не знала, куда мне поступать, - рассказывает Кротова. - Тогда химия была очень модной. Папа мне советовал подавать документы на химический. Я сама думала, а не стать ли мне агрономом. Очень любила природу, наш сад, да и было время колхозного строительства. Как-то летом, после школьных экзаменов, встречаю на улице своего сотоварища, Леню Стецюка, который уже год отучился в Ростовском университете на физико-математическом факультете. Говорю ему: "Ленька, не знаю, куда поступать. Он отвечает: "Милка, у тебя же так подвешен язык, иди на исторический факультет".

…А недавно Ирина Леонидовна сдала в муромское издательство вторую книгу. Ее тираж будет всего 100 экземпляров. Только для семьи (35 человек, 36-ой должен родиться летом), для ближайших друзей и знакомых. В ней она решила "обнародовать" 28 рассказов, написанных после выхода в свет первой книги, а также свою переписку с мужем Леонидом Сергеевичем - более трехсот писем!

- Когда же вы успели столько написать? - спрашиваю ее. - Ведь вы, насколько мне известно, надолго не расставались?

- Когда он уезжал в санаторий, я начинала писать, - отвечает автор. - Когда я уезжала с детьми к Черному морю или в санаторий, - он. Малейшее расставание - и мы тотчас же обменивались письмами. Если папа остается с детьми, он описывает их жизнь. Если он уезжает, я пишу ему про наших детей. Я даже думала, а не назвать ли эту часть "Легендой о любви": две души, расставшись на какие-то мгновения, рвутся оттого, что любят друг друга.

Многоточие

Но точка не поставлена. Есть замысел третьей книги. В ней Ирина Кротова хочет издать свою публицистику.

В ней будет и статья "Мамин вторник", которая вызвала в городе протест. Испуганные мужчины засыпали редакцию письмами и телефонными звонками, в которых спрашивали, кого же вы хотите сделать из наших жен. А Кротова написала, что женщина, занятая семейными делами, работой, должна иметь хотя бы один свободный день в неделю, чтобы встретиться со своими друзьями, пойти на концерт, а в это время с детьми должен сидеть муж.

- А ваш муж был согласен с вами? - интересуюсь у "разрушительницы" устоев.

- Был ли у нас с ним разговор по этому поводу, мне сейчас трудно вспомнить, - отвечает она. - Но я и не пользовалась свободным днем. Работа, пять сыновей, муж, мама. Попробуйте, уйдите!

- Как вы считаете, каждый человек может написать книгу о своей жизни? - спрашиваю у нее?

- Может быть, и не каждый, - отвечает. - Из моего окружения, точно, каждый. И мои сыновья тоже! 

Общество Ежедневник Образ жизни Филиалы РГ Центральная Россия ЦФО Владимирская область