Новости

10.06.2009 04:00
Рубрика: Власть

Пикалёвский синдром

Ну вот, и жители Байкальска ждали Путина к себе. Хотели, чтоб приехал. Потому что, по общему мнению, только он - больше некому - может развязать тугие узлы, затянутые кризисом, и дать людям все, чего они требуют. А происходила в Байкальске бессрочная голодовка бывших работников целлюлозно-бумажного комбината, и в течение нескольких дней шел бессрочный же митинг. Байкальский ЦБК задолжал уволенному персоналу 100 млн рублей. Протестующие требовали в полном объеме погасить долги по зарплате, возобновить работу комбината или создать равнозначные рабочие места. От местных своих руководов они помощи больше не ждали и уповали только на Путина. Но на этот раз обошлось без него. Комбинат, остановившийся полгода назад, в понедельник приступил к выплате долгов, правда, только за три прошедших месяца. На эти цели выделено 87,6 млн рублей. Объявившие голодовку 63 работника говорят, что продолжат голодать до тех пор, пока задолженность не будет погашена полностью.

Это синдром Пикалёва. Городок в Ленинградской области приобрел на прошлой неделе всероссийскую известность. Там на глазах у всей страны свершилось чудо: в течение нескольких часов взрослому населению (а это работники трех градообразующих предприятий, остановившихся по причине кризиса) вернули долги по зарплате. До этого здешние жители несколько раз выходили на митинги, перекрывали трассу Вологда - Новая Ладога, но так и не добились своего. Только личное вмешательство премьер-министра, прилетевшего, как волшебник, на вертолете, вернуло пикалёвцам и просроченную зарплату, и веру во власть. Путин устроил суровый нагоняй местным начальникам: "Никто не убедит меня, что руководство области сделало все, чтобы помочь людям". Резко отчитал хозяев трех заводов: "Считаю, что вы сделали заложниками своих амбиций, непрофессионализма и, может быть, просто жадности тысячи людей". А нерасторопность тех и других отметил словами: "Забегали как тараканы, только когда узнали, что я еду". Чуть-чуть досталось и энтузиастам, перекрывавшим федеральную трассу: "Мы не можем поощрять нарушения закона, от кого бы они ни исходили и чем бы ни мотивировались". Народ ликовал. Кое-кто на радостях в тот же день спустил изрядную часть поступивших на карточки денег.

Теперь такой же подмоги ждут от Путина в Гурьевске. Там остановлен металлургический завод, и на прошлой неделе его рабочие отправили письмо премьеру с просьбой разобраться, почему так случилось. Обратиться к Путину собираются и профсоюзные лидеры нижнетагильского Уралвагонзавода, где вот-вот могут остаться без работы 24 тысячи человек. Готовят обращение и рабочие Златоустовского металлургического, несколько дней назад признанного банкротом. В России 460 моногородов и, по данным Института современного развития, как минимум в 100 из них ситуация схожа с пикалёвской: закрытие предприятий, прогрессирующая безработица, долги по зарплате, эгоизм собственников, бессилие местных властей... Общая численность населения этих городов - 25 миллионов человек. Кто-то из них уже уяснил, как надо действовать. Дело, оказывается, нехитрое. Достаточно объявить бессрочный митинг, а то и бессрочную голодовку, перекрыть федеральную трассу и ждать приезда первых лиц государства. Вертолетным десантом в Байкальск или в Гурьевск все моментально уладится.

Думаю, всех, кто вдохновлен чудом, случившимся в Пикалёве, и желал бы его повторить в своем городе или поселке, ожидает разочарование. Правительство не должно и, уверен, не станет работать в режиме пожарной команды. У него другая задача - вырабатывать антикризисную стратегию. Приезд Путина в Пикалёво - исключительный случай. Своего рода открытый урок, преподанный всем - не только пикалёвским - градоначальникам и владельцам местных предприятий. И преподанный как раз в расчете на то, что теперь хоть какое-то время премьер-министру не придется летать из Пикалёва в Гурьевск, из Гурьевска в Златоуст и лично гасить "возгорания".

Чудеса, подобные пикалёвскому, происходили подчас и прежде. Будут, наверное, время от времени происходить и впредь. Но их невозможно поставить на поток. Потому что причины, заставляющие верховную власть в какие-то моменты переходить от системного управления к ручному, не сводимы к чиновничьей нерадивости или к скаредности бизнесменов, позабывших о своей социальной ответственности. Экономический кризис развивается по своим объективным законам, и не все тут зависит от воли конкретных людей. Почему - Златоуст? Почему - Гурьевск? Потому что там расположены металлургические предприятия, а металлургия более других отраслей оказалась подвержена кризису. Под серьезный удар угодили и деревообработка, и химическая промышленность, где реальный спад производства тоже исчисляется десятками процентов. Значит, будут снижаться зарплаты, пойдет в рост безработица.

Какова вероятность, что сотни тысяч металлургов, химиков, обработчиков древесины будут выброшены на улицу? Пока - не столь большая. Cнижать издержки сегодня приходится теми же способами, какие практиковались в 90-х годах: уменьшение зарплаты, сокращенная рабочая неделя, неполный рабочий день, неоплачиваемые отпуска и т.п. Если спад производства не усилится, то такая тактика может выручить. Если же спад начнет прогрессировать не только в нескольких секторах промышленности, а приобретет повальный характер через цепочку межотраслевых связей, то Россия столкнется с полномасштабным кризисом в социальной сфере.

Зато политические партии ныне периодически получают возможность оглашать электоральное пространство восклицаниями типа "доколе?!", "мы не позволим!", "мы призовем к ответу!", "мы защитим!"... Попытка нажить политический капитал на том, что в иные времена успокоительно именовалось "временными трудностями", - обычное дело. Как сказал Геннадий Зюганов, выступая перед соратниками на последнем съезде КПРФ: "Ветер истории вновь дует в наши паруса". Популистский, наперегонки, поиск виноватых - всегдашнее занятие партийных предводителей. А уж в периоды типа нынешнего им особенно важно не опоздать с поименным перечислением лиц, коих надо "привлечь к ответу".

Но вот что примечательно: экономический кризис не конвертируется в политическую нестабильность. По данным ВЦИОМ, большинство российских граждан (61 процент) считают, что в их городах и поселках массовые акции протеста маловероятны, а уж если начнутся, то принять в них участие готовы лишь 23 процента опрошенных, причем вовсе не под партийными флагами. Народ привыкает к новым реалиям. Доля людей, ожидающих вспышек массового недовольства, за последние два месяца снизилась с 33 процентов до 29.

Вера российского большинства в светлый - несмотря ни на какие кризисы - завтрашний день имеет свою природу. Это вера людей, которым в общем-то нечего терять. Ресурсы оптимизма тут обратно пропорциональны личным ресурсам финансовым. Например, 72 процента граждан, опрошенных Левада-центром, сообщили, что не имеют сбережений. На что же в таком случае надежда? Как это водится, вся надежда не на себя, а на власть. И, конечно, на чудо (вот на такое, как в Пикалёве), сотворить которое, по мнению многих, способна только она же, власть, кто же еще. Поэтому рейтинги президента Дмитрия Медведева и главы правительства Владимира Путина по-прежнему высоки.

Власть Работа власти Госуправление Колонка Валерия Выжутовича