Новости

20.11.2009 00:50
Рубрика: Власть

Военная доктрина в третьем варианте

Николай Патрушев: Подготовлен проект нового документа, определяющего обороноспособность страны

Почему в России меняется военная доктрина? Означает ли это, что мир стал опаснее, появились некие новые угрозы нашей безопасности, от которых мы плохо защищены? Будет ли в ней нечто такое, что может напугать другие страны?

О сути нового документа и работе над ним "Российской газете" рассказал секретарь Совета безопасности РФ Николай Патрушев.

Российская газета: Николай Платонович, совсем недавно у нас была принята Стратегия национальной безопасности страны. Теперь речь идет о новой военной доктрине. Почему она меняется и как эти два документа связаны между собой?

Николай Патрушев: В мае этого года президент РФ, председатель Совета безопасности Дмитрий Анатольевич Медведев утвердил Стратегию национальной безопасности России до 2020 года. Это принципиально новый документ. Его особенность заключается в том, что безопасность обеспечивается через реализацию стратегических национальных приоритетов. В их числе определены оборона, государственная и общественная безопасность.

По замыслу, структуре и содержанию Стратегия взаимоувязана с Концепцией долгосрочного социально-экономического развития России до 2020 года. Принцип "безопасность через развитие" позволит совершенствовать систему безопасности в тесной увязке с мероприятиями по развитию экономики, социальной сферы, созданию надежного военно-экономического потенциала. Воплощение в жизнь Стратегии предусмотрено в рамках Комплексного плана, в котором будут детально определены необходимые меры и сроки выполнения принятых решений.

Военная доктрина должна быть непосредственной составной частью единого механизма обеспечения национальной безопасности, соответственно, изменения в системе касаются и ее составных частей. Ситуация в стране и в мире меняется очень быстро, и новая редакция документа должна отвечать современным политическим, военно-стратегическим и экономическим реалиям.

РГ: Если военной доктрине уделяется такое пристальное внимание, то получается, что она - не ритуальный, не символический и уж тем более не второстепенный документ? А значит, угроза войны против России реально существует?

Патрушев: Результаты анализа военно-стратегической обстановки в мире и перспектив ее развития до 2020 года показывают, что военные опасности и возможные военные угрозы для нашей страны не сняты. Хотя мы и отмечаем, что произошло смещение акцентов от крупномасштабных военных конфликтов к локальным войнам и вооруженным конфликтам.

Так, продолжается продвижение НАТО непосредственно к границам России, активизируется военная деятельность блока. После девятилетнего перерыва возобновились учения стратегических сил США с отработкой вопросов управления применением стратегического ядерного оружия.

Распространение ядерных, химических, биологических технологий, производство оружия массового уничтожения, международный терроризм - это дополнительные факторы, дестабилизирующие военно-политическую обстановку.

В борьбе за топливно-энергетические и другие сырьевые ресурсы нарастает конфликтный потенциал в приграничном пространстве страны, в том числе в Арктическом регионе.

Обостряются территориальные претензии к России со стороны отдельных государств, например Японии.

Негативное воздействие на международную обстановку в среднесрочной перспективе будут оказывать ситуация в Ираке и Афганистане, конфликты на Ближнем и Среднем Востоке, в ряде стран Южной Азии и Африки, на Корейском полуострове.

Существуют и внутренние военные опасности, о чем свидетельствует обстановка на Северном Кавказе.

Есть еще целый ряд факторов, обязывающих нас крайне внимательно отслеживать военно-политическую ситуацию с тем, чтобы принимать адекватные меры. Их также нельзя не учитывать при выработке политики государства в военной сфере. Ключевым документом, ее определяющим, и является военная доктрина.

РГ: Как идет работа над новой доктриной? Кто разрабатывает проект и насколько он готов?

Патрушев: В аппарате Совета безопасности создана межведомственная рабочая группа, в которую вошли представители федеральных органов власти, Государственной Думы, Совета Федерации, аппаратов полпредов президента в федеральных округах, Российской академии наук, Академии военных наук, научных и общественных организаций. Проект готов. Он уже обсуждался в ходе выездных совещаний во всех федеральных округах. Поступили очень дельные предложения руководителей регионов, которые мы анализируем и учитываем.

РГ: Получается, что ныне действующая военная доктрина уже устарела и не отвечает современным реалиям и вызовам? Тогда какие ее положения нуждаются в пересмотре или, может быть, даже в полном упразднении?

Патрушев: В истории современной России это будет третий вариант доктрины. Прежде были документы, датированные 1993-м, а затем 2000 годом - по нему мы и живем ныне. Но жизнь не стоит на месте. К примеру, если в 1993 году исходили из того, что военные конфликты исключены, то дальнейшее развитие обстановки в мире показало - они возможны, и даже крупномасштабные.

В ныне действующей редакции - документе переходного периода, характерного для России конца XX века, - сказано, что доктрина имеет оборонительную направленность. В частности, в ней изложена позиция о возможности применения Россией ядерного оружия при отражении агрессии с применением обычных средств поражения в крупномасштабной войне. Вместе с тем за последнее десятилетие в России сформирована и действует надежная система предотвращения внутренних и внешних угроз национальной безопасности. Особое внимание уделяется развитию Вооруженных сил - ядру всей системы обеспечения обороны. Как известно, президентом России в конце прошлого года утвержден новый облик армии и флота на период до 2020 года. Даже при наличии объективных финансовых трудностей преобразования в Вооруженных силах идут по намеченным планам. При этом структура и состав войск и сил меняются существенным образом. Определен главный приоритет - компактные, высокомобильные Вооруженные силы, оснащенные современными образцами вооружения, военной и специальной техники, способные к оперативному реагированию на возникающие вызовы и угрозы.

Следует заметить, что в новом документе сохранены важные положения действующей военной доктрины, которые не утратили своей актуальности. В то же время отражены такие новые военные опасности, как борьба за топливно-энергетические и другие ресурсы с привлечением Вооруженных сил, расширение НАТО, распространение оружия массового поражения, в том числе ядерного оружия, международный терроризм. Введены новые подразделы по вопросам военного планирования и оснащения Вооруженных сил и других войск вооружением и военной техникой. Уточнены положения о применении Россией ядерного оружия при отражении агрессии с применением обычных средств поражения.

РГ: Что будет принципиально нового в подготовленном проекте военной доктрины?

Патрушев: Прежде всего отмечу, что она в отличие от предыдущих претерпела структурные изменения. Проект состоит из вводной части и трех глав. Во вводной части раскрыты основные понятия и термины, применяемые в документе. В первой главе "Военные опасности и военные угрозы" сформулированы внешние и внутренние военные опасности и возможные военные угрозы, отражен также характер военных конфликтов, в которые может быть вовлечена наша страна. При этом акцентировано внимание на использовании в ходе военных действий новых средств вооруженной борьбы - высокоточного оружия, оружия на новых физических принципах, беспилотных летательных и автономных морских аппаратов, биокибернетических и других систем.

Во второй главе "Военная политика Российской Федерации" определено, что Россия считает своей важнейшей задачей предотвращение и сдерживание от развязывания любых военных конфликтов. При этом сформулированы основные подходы к решению этой задачи. В то же время подчеркивается, что Россия считает правомерным применение войск для отражения агрессии против нее или ее союзников, поддержания или восстановления мира по решению Совета Безопасности ООН, других структур коллективной безопасности. Здесь же изложены положения, регламентирующие применение Вооруженных сил и других войск, сформулированы основные задачи в мирное и военное время.

В третьей главе "Военно-экономическое и военно-техническое обеспечение обороны" приоритетным направлением определено совершенствование оборонно-промышленного комплекса. Оснащение Вооруженных сил и других войск современными вооружением, военной и специальной техникой является материальной основой их боевой мощи. Полнообъемное функционирование предприятий и организаций оборонно-промышленного комплекса не только позволит решать оборонные задачи, но и несет серьезную социальную функцию, позволяя повышать уровень жизни населения, прежде всего в российских регионах.

РГ: Взгляды на применение ядерного оружия тоже существенно меняются?

Патрушев: В целом положения проекта военной доктрины по проблемам ядерного оружия сформулированы в духе сохранения за Россией статуса ядерной державы, способной осуществить ядерное сдерживание потенциальных противников от развязывания агрессии против нее и ее союзников. Предусматривается возможность применения ядерного оружия в зависимости от условий обстановки и намерений вероятного противника. В критических для национальной безопасности ситуациях не исключается нанесение по агрессору ядерного удара, в том числе и упреждающего.

Безусловно, мы выступаем категорически против решения любых конфликтов военным путем, не говоря уже о возможности применения ядерного оружия. Россия всегда была последовательным и надежным партнером в сфере разоружения и ядерного нераспространения. За время действия Договора по СНВ Россия и США уже значительно сократили имеющиеся арсеналы. Мы подтверждаем, что готовы двигаться дальше, стремясь к идее безъядерного мира. Однако для этого надо, чтобы не только Россия и США отказались от ядерного оружия, но их примеру последовали и другие страны - участники "ядерного клуба", пока занимающие выжидательную позицию.

Как отметил на недавнем саммите государств - членов ООН президент Дмитрий Анатольевич Медведев, "ситуация в сфере нераспространения меняется медленнее, чем нам бы этого хотелось... традиционные угрозы не устраняются, а новые возникают". Например, возможно попадание ядерных компонентов в руки террористов.

Отдельный вопрос возникает к странам, которые официально не признают наличия у них ядерного оружия, но и не отрицают этого, а также к государствам, которые стремятся нелегально получить "критические" технологии. Также надо оценивать взаимозависимость между наступательными и оборонительными видами вооружений, в том числе и в связи с наращиванием потенциала американской ПРО. Важно учитывать, что наши партнеры постоянно увеличивают расходы на военные цели, а исторический прецедент применения ядерного оружия уже создан.

РГ: Не станут ли обновленные положения о применении Россией ядерного оружия сюрпризом для ведущих ядерных держав?

Патрушев: Наличие ядерного оружия дает возможность государству, им обладающему, решать несколько стратегических задач. Одна из главных таких задач - обеспечение ядерного сдерживания от агрессии, в первую очередь со стороны государств, имеющих на вооружении ядерное оружие. При этом государство - потенциальный противник должно осознавать бесперспективность развязывания агрессии с применением не только ядерных, но и обычных средств поражения. Неотвратимость возмездия является отрезвляющим фактором для любого потенциального агрессора. Такое понимание базируется на готовности ядерных сил нанести неприемлемый ущерб агрессору в любых условиях обстановки.

Подчеркну, что, как и принятые в октябре поправки к Закону "Об обороне", предусматривающие оперативное использование Вооруженных сил России за пределами территории страны, так и новый проект редакции военной доктрины полностью соответствуют нормам международного права и опираются на Устав ООН.

РГ: Какие источники военной опасности существуют сейчас, а какие возможно в обозримой перспективе могут появиться?

Патрушев: Результаты проводимых в настоящее время исследований в области военной безопасности показывают, что в современных условиях и обозримой перспективе развязывание крупномасштабной и региональной войны между существующими и складывающимися основными мировыми центрами силы маловероятно. Вместе с тем предпосылки, которые могут привести к их началу, существуют.

К ним в первую очередь следует отнести территориальные и этноконфессиональные конфликты, сепаратистские устремления, иные противоречия, возникающие в результате борьбы за транспортные и энергетические коммуникации и в целом за энергоресурсы. Эти источники военных опасностей, как правило, носят локальный характер. Например, начавшийся в 1990 году нефтяной спор между Ираком и Кувейтом перерос в международный вооруженный конфликт: Ирак ввел войска в Кувейт и установил административный контроль над его территорией и нефтяными ресурсами, что затронуло экономические интересы многих стран и вызвало их незамедлительную реакцию.

В 2003 году администрация США обвинила руководство Ирака в поддержке международного терроризма и с целью ликвидации якобы имеющихся запасов оружия массового поражения провела совместно с союзниками наступательную операцию. Химическое и биологическое оружие, которое искали Буш и Чейни на территории Ирака, до настоящего времени не обнаружено, что и не- удивительно. О его отсутствии заявляли и сами спецслужбы США. В результате, что мы имеем? Обстановка в регионе остается нестабильной и характеризуется высокой интенсивностью террористических актов.

Еще один пример касается событий на Балканах. В конце 90-х годов разразился вооруженный конфликт в одном из районов Югославии - Косово. Это сложный регион со своими культурно-историческими и религиозными особенностями. Албанцы, составляющие большинство населения, утверждают, что территория принадлежит им по принципу этнического права. Сербы основываются на исторических фактах - в XIII веке ядро сербского государства, его политико-экономический центр находились именно в Косово. В 1999 году войска НАТО без санкции ООН начали военную операцию, затем, в нарушение резолюции Совета Безопасности ООН, была провозглашена и признана рядом государств независимость Края. В результате был создан прецедент несоблюдения основополагающих принципов международного права - нерушимости границ и территориальной целостности государства, об опасности которого Россия неоднократно предупреждала.

В настоящее время наиболее затянувшимся является военный конфликт в Афганистане, оказывающий влияние на состояние национальной безопасности, в том числе и России. Это выражается прежде всего в значительном росте нелегальной миграции в непосредственной близости от наших границ, а также в приобретающих угрожающие масштабы производстве и распространении наркотиков.

В прошлом году следствием бездумной политики и непомерных амбиций Саакашвили стало развязывание военных действий в Южной Осетии, напрямую затронувших вопросы жизни и безопасности наших граждан.

Таким образом, все упомянутые факты имеют характерные признаки международных вооруженных конфликтов. Кроме того, военные действия коалиций против Ирака и Югославии имели скрытые ограниченные политические цели, с учетом которых они имеют черты локальных войн. При определенном развитии событий вышеназванные конфликты могли перерасти в региональные и даже в крупномасштабные войны.

РГ: Чтобы ликвидировать эти и другие возможные угрозы, надо полагать, что одной обновленной Военной доктрины не хватит. Тут надо выстраивать всю систему взаимоотношений России с другими странами, в том числе и со странами НАТО.

Патрушев: Отмечу, ряд экспертов считают: самая серьезная проблема НАТО в том, что блок воспринимается многими как пережиток "холодной войны". Противостояние держав давно позади, однако, не меняя прежнюю архитектуру, уже невозможно гарантировать международную безопасность. Необходимо четко зафиксировать в юридических рамках уже имеющиеся политические обещания и заверения. При этом не все европейские страны входят в НАТО, хотя и расположены географически на севере Атлантики, поэтому их интересы также должны учитываться.

Именно поэтому президент РФ Дмитрий Анатольевич Медведев выдвинул в 2008 году инициативу о заключении Договора о европейской безопасности "как универсального механизма для урегулирования наиболее сложных ситуаций". Он призван зафиксировать основы взаимодействия между его участниками и обеспечить равную безопасность для всех государств.

Договор должен содержать четкое подтверждение базовых принципов безопасности, которые следуют из Устава ООН. Россия не предлагает разрушать ничего из того, что уже создано.

Необходимо юридически закрепить, что поддержание мира и стабильности в Европе не может зависеть только от одного государства или международной организации. Мы открыты для обмена мнениями и готовы к равноправному сотрудничеству с нашими партнерами, однако первостепенной задачей для нас является обеспечение защиты и безопасности наших граждан.

Подписка на первое полугодие 2017 года
Спроси на своем избирательном участке