Новости

22.12.2009 00:40
Рубрика: Экономика

Запас прочности

Инвесторы рынка электроэнергетики строят свои планы на десятилетия вперед

Не ожидает ли экономику страны дефицит электроэнергии в ближайшие годы? Каков формат взаимоотношений России с ОПЕК? Сколько атомных реакторов возводится сегодня в стране? На эти и другие вопросы "Российской газеты" ответил министр энергетики России Сергей Шматко.

В этом году вопросы безопасности электроэнергетики встали вполный рост...

Да, авария на Саяно-Шушенской ГЭС заставила пересмотреть приоритеты функционирования электроэнергетики и выдвинуть на первый план вопросы обеспечения безопасности. Помимо этого, хочу отметить, что необходимо еще раз переосмыслить ситуацию, возникшую в электроэнергетике после ликвидации РАО ЕЭС. Ранее существовала десятилетиями сформированная нормативно-правовая база - ведомственная база, которая принималась приказами, распоряжениями центрального холдинга и которая была направлена на функционирование технологического комплекса. Считаю очень важным, чтобы эта база в области обеспечения технологической безопасности была реанимирована, переформатирована уже в рамках федерального законодательства. Это позволит усилить контроль со стороны федерального центра за функционированием технологических систем на уровне технологических регламентов, эксплуатационной документации.

Что изменилось в энергоснабжении Сибири после аварии на Саяно-Шушенской ГЭС?

Помимо человеческих жертв мы понесли огромные потери мощности - из баланса мощностей в сибирской энергетической зоне одномоментно выпало 4,5 тысячи МВт, и это в преддверии осени и зимы. В принципе все возможные последствия аварии были очень быстро купированы - за полдня удалось снять ограничения, введенные системным оператором в этой энергетической зоне. Мы задействовали как холодные, так и горячие резервы. Горячие резервы - станции, работавшие на холостом ходу, холодные - те, которые не работали. Теперь будем осуществлять тщательный контроль за прохождением зимы.

Нам удалось не допустить возможные спекулятивные явления на энергорынке, но есть вероятность, что зимой цены на электроэнергию повысятся в связи с тем, что тепловая генерация дороже, чем выпавшая гидромощность. Поэтому мы предлагаем определенные механизмы сглаживания цен в случае их резких колебаний. Есть поручение Правительства по подготовке соответствующего постановления, предусматривающего введение мер государственного регулирования. Хочу подчеркнуть, что эти меры будут носить временный характер, и направлены они только на борьбу со спекулятивными явлениями на энергорынке.

Есть ли новые инвесторы на рынке электронергетики, какие у них обязательства?

Мы рады тому, что на российский рынок пришли крупные иностранные игроки. Напомню, что концепция реформы в электроэнергетике создавалась до кризиса, и основными критериями реформирования и разработки инвестиционных обязательств этих компаний было строительство новых мощностей. В то время мы прогнозировали большой экономический рост и связанный с ним рост потребления электроэнергии. Но ситуация изменилась. Сейчас потребления электроэнергии снизилось на 6-7 процентов по отношению к уровню прошлого года, и мы уверенно можем говорить о том, что в ближайшие годы из-за недостатка электроэнергии экономика страны в принципе страдать не будет. Другое дело, что через несколько лет ситуация снова поменяется - закончится экономический кризис и начнется рост потребления.

Крупные иностранные компании, работающие сегодня на российском энергетическом рынке, обладают достаточно большим запасом прочности и планируют свою деятельность в энергетике РФ не на годы вперед, а на десятилетия. Они для нас ценны не только тем, что вложили какие-то деньги, но и потому, что являются носителями современных технологий, современного уровня управления и так далее. И мы будем всемерно поддерживать их деятельность на территории России. Важно как можно быстрее ответить на еще стоящие вопросы по поводу долгосрочного рынка мощности, по поводу гарантий их инвестиций и снять значительную часть их опасений. С другой стороны, мы готовы более креативно подойти к оценке тех инвестиционных обязательств, которые они на себя взяли, и обсудить вопросы о переносе мест размещения энергетических объектов, об изменении направления инвестирования. Например, если в том месте, где планировалось, не нужен новый энергообъект, то можно поддержать желание компании направить часть запланированных инвестиционных средств на модернизацию уже существующих мощностей с целью повышения безопасности.

Другое дело, отдельные российские инвесторы. Не секрет, что многие из них покупали энергетические объекты из спекулятивных соображений - на фоне растущего рынка можно сыграть вперед, купить, потом продать подороже. Они покупали с помощью кредитов в банках, с рассрочкой платежа. Причем некоторые компании до сих пор так и не расплатились, и, по сути, сегодня можно активы забирать обратно. Эти компании не имеют возможности осуществлять на необходимом уровне модернизацию, финансировать энергоремонтные работы. И в этой ситуации мы действительно значительно ужесточили свой тон разговора с ними. Сейчас готовятся наши предложения о введении ответственности и компаний, и руководителей компаний за поддержание инфраструктуры. Позиция наша такова - нет денег, значит, нужно найти дополнительных инвесторов, с кем-то сблокироваться, взять кого-то в союзники. Но все стоящие задачи должны быть выполнены.

Как выглядят взаимоотношения России с ОПЕК?

Хочу подчеркнуть, что наша политика по обновлению и формату взаимоотношений с ОПЕК, которую мы последний год активно проводим в жизнь, не связана напрямую с возникшими кризисными явлениями на рынке нефти. Напомню, что соответствующую работу по усилению контактов с ОПЕК мы начали еще в августе прошлого года, когда еще не было речи о таких каких-то серьезных кризисных явлениях на нефтяном рынке. Мы исходим из базового утверждения о том, что есть страны-производители и страны-потребители, и не разделяем позицию, что это игра с "нулевой суммы", когда обязательно кто-то должен проиграть, а кто-то выиграть. Просто потребители и поставщики в сегодняшней ситуации должны на качественно другом уровне общаться друг с другом.

Мы не заинтересованы в больших скачках цен на нефть. Высокие цены опасны, и их падение тоже, потому что это влияет на настроение, на инвестиционный климат в отрасли. Российская нефтяная отрасль отличается тем, что мы, может, хоть и медленно "запрягаем", но достаточно уверенно "едем". Это связано с особенностью добычи нефти в северных районах и инфраструктурой в труднодоступных местах. У нас нет возможности, как в некоторых странах ОПЕК, прикрыть добычу, а завтра в два раза ее нарастить. Поэтому мы должны эти национальные особенности учитывать.

Наша цель - улучшить координацию работы, проводить глубокий анализ ситуации на нефтяном рынке, более активно обмениваться информацией.

В том числе с американскими коллегами?

Да, министерство энергетики Российской Федерации и министерство энергетики Соединенных Штатов Америки настроены на конструктивный и динамичный формат сотрудничества. Решениями президентов двух стран создана рабочая группа по сотрудничеству в сфере энергетики, которая в самое ближайшее время начнет активно работать. Но в принципе сотрудничество между нашими компаниями уже идет. Есть американские компании, которые работают у нас в стране, наши компании работают на американском рынке. Можно расширять это сотрудничество, причем есть особенность - это не требует политической "няньки", какого-то специального политического сопровождения.

Есть большой потенциал развития сотрудничества между нашими странами в области внедрения энгергоэффективных технологий. В России, на мой взгляд, сложилась совершенно уникальная ситуация. Последние 60-70 лет вся промышленная и коммунальная инфраструктура создавалась в условиях дешевизны и доступности энергетического ресурса. И она была априори затратная. Сегодня, когда энергетика стала достаточно дорогой, объем инвестиций на этот рынок может быть колоссальный, причем вложение денег будет исключительно выгодным для инвесторов. По нашим расчетам, такие традиционные программы, как замена освещения или понижение теплопотерь в нашем коммунальном теплоснабжении, настолько эффективны, что инвестиции могут окупаться в сроки от полугода до трех лет. Нам нужно просто настроить экономический механизм функционирования таких проектов.

Другое дело, у нас в коммунальном хозяйстве очень сложная система дотаций, и мы заинтересованы в том, чтобы максимально использовать опыт, который есть в странах, где реформы по энергоэффективности давно были сделаны. В том числе и в Соединенных Штатах Америки, в Германии, Франции, Италии. С этими странами мы договорились о сотрудничестве.

Но у нас с США есть и другие интересные темы. Министр энергетики США господин Чу говорил мне, например, о новых источниках энергии. Я знаю об амбициозных программах, которые Соединенные Штаты сегодня развивают, и мне понятно, что это приглашение в очень серьезную игру.

В традиционной энергетике тоже найдены интересные формы взаимодействия. Мы с господином Чу, например, обсуждали вопросы сотрудничества в части угольной генерации, электроэнергетики. Мы договорились минимально политизировать наше общение и выйти на чисто прикладной уровень сотрудничества.

Расскажите о планах министерства по развитию атомной энергетики.

Есть планы по снижению доли генерации газа в стране, которая сегодня примерно составляет 52 процента, и поднятию доли атомной генерации. Это реально, так как на сегодняшний день Россия является одной из немногих стран мира, которая не просто декларирует наличие возможностей по строительству атомных реакторов, но и непосредственно этим занимается, причем очень успешно. Один атомный реактор мощностью 1000 МВт заменяет примерно два миллиарда кубов газа в год.

В России сооружается семь атомных энергоблоков, что выводит нашу страну в мировые лидеры по строительству АЭС. Это и блоки более старой конструкции, которые мы достраиваем на Волгодонской и Калининской станциях, и блоки нового поколения на Ленинградской и Нововоронежской АЭС. Более того, у нас есть конкретные планы по сооружению атомной станции в Калининграде.

Наконец, Россия продолжает целеустремленно работать на внешних рынках, и в перспективе у нас сооружение новой очереди АЭС "Тяньвань" в Китае, новых энергоблоков в Индии - на площадке АЭС "Куданкулам", где завершается сооружение первой очереди этой станции, а также на других площадках. Большой интерес к нашим технологиям проявляют в Восточной Европе, и, скорее всего, будет создана некая модель российско-европейской кооперации с участием российских, германских, французских и итальянских компаний. Думаю, что в этом регионе возможно построить до семи энергоблоков в ближайшие 10-15 лет, и они будут востребованы. Россия не собирается расставаться со своими амбициями лидера в сфере сооружения АЭС.

Что касается внутреннего российского рынка, то кризис действительно внес свои коррективы. Мы планировали, например, с 2012 года строить до четырех атомных реакторов в год, но стало ясно, что на сегодняшний день энергетике России такие темпы не нужны. Планы корректируются с учетом оценки необходимости вложения средств в строительство новых АЭС в условиях снижения потребления электроэнергии.

Но хочу подчеркнуть, что те атомные энергоблоки, которые уже сооружаются, а также калининградская станция, однозначно будут достроены. Эти проекты создадут фундамент для реализации масштабной программы развития атомной энергетики в будущем. Благодаря им мы расширим свои инжиниринговые возможности, мобилизуем строительно-монтажный комплекс и поможем промышленности настроиться на высокие темпы возведения новых атомных энергоблоков, строительство которых пока отложено.

Досье

Сергей Иванович Шматко родился 26 сентября 1966 года в Ставрополе.

Служил в Армии - в соединении атомных подводных лодок на Северном флоте.

В 1983-1990 гг. учился на математико-механическом факультете, затем факультете политэкономии Уральского госуниверситета (Свердловск), а в 1990-1992 гг. - на факультете экономики университета г. Марбурга (ФРГ). В 2004 году окончил Высшие академические курсы Военной академии Генштаба ВС РФ по специальности "оборона и обеспечение безопасности Российской Федерации".

С 1992 года работал аудитором в BDO Binder (Франкфурт-на-Майне), директором RFI GmbH - Общества по консультированию по инвестициям в Россию, официального представителя РФФИ в Евросоюзе, научным сотрудником Института проблем инвестирования, возглавлял управление внешних связей Всероссийского банка развития регионов.

1997-1999 - руководитель аналитического центра экономической стратегии "Росэнергоатома".

1999-2001 - советник гендиректора ВНИИАЭС по экономической стратегии.

2002-2005 - председатель Государственного фонда конверсии.

С июня 2005 года - Президент ЗАО "Атомстройэкспорт", с января 2008 года - заместитель директора ОАО "Атомэнергопром" (совмещал две должности).

В мае 2008 года назначен на должность министра энергетики Российской Федерации.

Кандидат наук. Женат. Имеет двоих детей.

ДОСЛОВНО

Дмитрий Медведев, Президент РФ:

- Нам нужно не только наращивать добычу полезных ископаемых, но и добиваться лидерства во внедрении инноваций - как в традиционной, так и в альтернативной энергетике.

в тему

К 2030 году производство электроэнергии сможет составить 1800-2210 млрд кВт.ч (рост в 1,7-2,1 раза в сравнении с 2007 годом); установленная мощность электростанций - 355-445 млн кВт (рост в 1,6-2 раза)

факт

В текущем мировом балансе потребления первичных топливно-энергетических ресурсов основную долю составляют три крупных ресурса - нефть, газ и уголь, на которые приходится 88% потребления

Кстати

Добыча природного газа в мире постоянно увеличивается. Так, по отношению к 1996 году прирост мировой добычи составил 39% и составляет сегодня 3 трлн кубических метров в год. РФ занимает лидирующие позиции в добыче природного газа, доля которого в 2008 году составила 21,7% от общемировой добычи.

Экономика Отрасли Энергетика Кризис в отраслях и регионах
Добавьте RG.RU 
в избранные источники