Новости

29.03.2010 00:25
Рубрика: Культура

Леди на цыпочках

Наталья Макарова возглавила жюри фестиваля Dance Open

Легендарная танцовщица, "дива танца", "первая леди" мирового балета ХХ века, как ее называют на Западе, Наталья Макарова стала первой "невозвращенкой" - когда в 70-м году, будучи с Кировским театром на гастролях в Лондоне, решила остаться там.

Вновь на родину она смогла приехать лишь после распада Советского Союза. Но и нынче Наталья Макарова нечастый гость на родине. И все же в марте знаменитая танцовщица вернулась в Петербург, чтобы возглавить жюри IX балетного фестиваля Dance Open, в котором участвуют ведущие танцовщики самых известных балетных трупп мира.

Российская газета: Наталья Романовна, насколько, на ваш взгляд, изменился танец за последние полвека?

Наталья Макарова: По-моему, новая хореография стала более агрессивной - все идет в ногу со временем, - стиль и манера танца меняются, и эта агрессия довольно экспрессивна. Жаль только, что это постепенно вытесняет лирику и поэзию. Танец изменился по настроению, по внутреннему ритму, уравнялась женская и мужская психология и физика, так же как и в жизни.

РГ: Как вы относитесь к усилению техники танца, к явной тенденции демонстрировать трюки?

Макарова: Приветствую, если фантастическая техника сочетается с яркой индивидуальностью, глубиной и эмоциональностью. Для меня балерина, лишенная эмоциональной выразительности и духовности, - просто ремесленник, даже если техника на грани фантастики.

РГ: Какие качества русской школы по-прежнему привлекают поклонников искусства балета на Западе?

Макарова: Нам, русским, нужно прочувствовать движение, а на Западе прежде всего строгий рационализм, даются рецепты механического исполнения движений, почти как в гимнастике. А на мой взгляд, техника и ее приемы, и задушевность танца должны слиться воедино. Есть разница между тем, чтобы "исполнять движение" и "танцевать", что означает "прочувствовать движение", когда танец становится явлением поэзии. Понимание этого прививалось в Вагановской школе с первых шагов. Когда в 74-м году в Метрополитен-опера хаус я ставила свою постановку "Баядерки", я все это рассказывала американским исполнителям, и для них это было откровением. Я уверена, что русская школа (я имею в виду Вагановскую академию) наиболее полноценная из всех мировых балетных школ, она самодостаточна. Очень важно ее не растерять в этом современном коммерческом круговороте.

РГ: Вас называют первой леди мирового балета. А доводилось ли вам встречаться с первыми леди Америки, бизнеса...

Макарова: Ну, конечно. Это же звездный мир, и я в нем существую. Встреч было очень много, всех и не перечислишь - и с принцессой Дианой, и с Марией Каллас, и с Элизабет Тейлор, которая однажды после спектакля заглянула ко мне в гримерку и попросила у меня пуанты с автографом. Это было очень приятно.

РГ: Но самые важные встречи, пожалуй, были с легендами балета - Тамарой Карсавиной, Ольгой Спесивцевой, Матильдой Кшесинской, Сержем Лифарем?

Макарова: Да, но что касается Карсавиной и Спесивцевой - это были сиюминутные встречи, однодневные впечатления. Хотя Карсавина подписала мне свою книгу, и в дарственной надписи русские буквы сочетались с английскими. Ну а с Кшесинской мне довелось пообедать у нее в доме, что было очень забавно. Туда меня привел балетмейстер Серж Лифарь, и вот с ним я провела больше всего времени. Это был человек с огромным и богатым внутренним миром, большой эрудит, он был близок с Дягилевым. Я очень дорожу подарком Сержа Лифаря - он преподнес мне свою картину с подписью "Страдивариусу танца".

РГ: Вы сейчас живете в Калифорнии. Не захотели, как Барышников, жить в самом центре мира - в Нью-Йорке?

Макарова: Я живу в Калифорнии, потому что здесь климат лучше, но в Нью-Йорке тоже часто бываю, приезжая регулярно по работе, мне там очень удобно и уютно. И все же комфортнее всего в Калифорнии на моей вилле, где я посадила кордебалет русских березок. Здесь я создала русскую атмосферу, у меня там есть студия, и я даже построила маленькую домовую деревянную церковь. Она очень красиво вписывается в ландшафт.

РГ: Насколько вы легко ассимилировались в Америке?

Макарова: Сначала было очень сложно - немало трудностей мне доставил языковой барьер. Но, слава богу, моя жизнь была в балете, а там говорить не надо. Потом, бешеный нью-йоркский темп не сравним с нашей русской медлительностью. Но передо мной стояла задача: оправдать свое решение остаться, доказать всем, что оно оправданно, что моя интуиция меня не подвела. Мне сразу предложили контракт в нью-йоркском American Ballet Theatre. Изголодавшись по репертуару, я набросилась на него с огромным желанием.

Эта безумная нагрузка уводила меня от многих проблем психологических, ностальгических, которые часто сопутствуют эмигрантам. Я осталась одна и должна была танцевать все лучше и лучше. Я решила познавать разные стили, экспериментировать, и я училась, постигала, жила полной жизнью, путешествовала, набиралась сил. А литература - боже, без чтения я не могу, - и тут передо мной открылась вся мировая литература, которая была запрещена в СССР.

РГ: Вы ассоциируетесь только с успехом. Но, наверное, и в вашей жизни случались провалы?

Макарова: Ну конечно, случались, провалов всегда больше, чем успехов. В самом начале карьеры, дебютируя в партии Одиллии из "Лебединого озера", исполняя знаменитые 32 фуэте, после двенадцати я оказалась в задней кулисе. Обычно двигаются вперед, а я почему-то отправилась назад. Вспоминаю балет "Медный всадник", роль Царицы Бала. У меня был громоздкий костюм с большим тяжелым кринолином, а на репетиции я была без него, и когда начались последние пируэты, юбка потянула меня назад, каким-то чудом я пересекла сцену и очутилась в суфлерской будке. Партнер подал мне руку, и я старалась как можно грациознее вылезти из нее. А после этого мне надо было перейти сцену и уйти за кулисы, и все это - под гробовое молчание зала, а молчание иногда бывает таким громким! Вот такие случались казусы...

РГ: И напоследок, почему вы согласились возглавить жюри Dance Open?

Макарова: Решающим фактором для меня стало то, что этот фестиваль - петербургское событие. А во-вторых, фестиваль - это всегда праздник, а побывать на празднике всем приятно.

Культура Театр Культура Музыка Мир женщин
Добавьте RG.RU 
в избранные источники