Новости

21.05.2010 00:00
Рубрика: Власть

"Речник" и его правовые берега

Комиссия, созданная по поручению президента страны Д. Медведева для разрешения проблемы ставшего известным на всю Россию московского поселка "Речник", работает уже больше месяца. Страсти вокруг поселка, однако, не утихают. Скорее наоборот: чем ближе срок представления президенту выводов, к которым придет комиссия - "не позднее 1 июля", тем громче голоса тех, кто вовлечен в решение проблемы: юристов, чиновников, общественных деятелей.

Сегодня мы публикуем интервью нашего корреспондента Григория Полетаева с доктором юридических наук, профессором Юрием Трунцевским, который провел собственный, правовой анализ ситуации, сложившейся вокруг "Речника".

Российская газета: Юрий Владимирович, о вашем интересе к делу "Речника" я узнал совершенно случайно. Со стороны. А хотелось бы услышать от вас лично. По-моему, эта история довольно необычна.

Юрий Трунцевский: Необычна история самого "Речника". А мой профессиональный интерес к ней как юриста вполне правомерен. Правда, есть и особенность. Вернее, совпадение. Я готовлю спецкурс "Правовые вопросы земельных отношений в условиях мегаполиса". В процессе работы услышал о "Речнике". Не услышать, как вы понимаете, было невозможно. Уже при первых "раскатах грома" стало ясно, что лучшего примера для спецкурса мне не найти. В деле "Речника" проявилось все: теснейшее переплетение законодательных норм и жизненных реалий; высокая степень правовой безграмотности и одновременно бескомпромиссная защита буквы закона. То есть все то, что не могло не привлечь внимания юриста. Так я начал исследование материалов этого громкого дела.

РГ: Понятно. Тогда - к сути вопроса. Общественное мнение, как вам известно, разделилось на два непримиримых лагеря. Одни - за снос поселка. Другие - против. Преимущество на стороне тех, кто сочувствует обитателям "Речника", для кого социальная справедливость, гуманность - не пустой звук. На чьей стороне вы?

Трунцевский: Высокие понятия, перечисленные вами, для меня тоже не пустой звук. Но я юрист. Я не могу присоединиться к той или иной группе сочувствующих или осуждающих граждан. Справедливость или сочувствие не содержат правовой сути. А часто и противоречат им.

РГ: Со времен Римской империи.

Трунцевский: Да.

РГ: Незабываемая картина: снос первых домов в поселке по телевидению смотрела вся страна. Была ли острая необходимость рушить жилые строения в 3 часа 40 минут утра? При сильном морозе? Без предупреждения? Без чувства меры, с решимостью, присущей военному времени?

Трунцевский: Решение суда не предписывало ни того ни другого. Способы исполнения судебных решений, какими бы они ни были, судами не регламентируются. А проблема гуманизации исполнительного производства стоит уже давно. Пример "Речника", вполне возможно, ускорит ее решение.

РГ: Правильно или неправильно, по-вашему, поступила московская власть, взявшись за "Речник" столь решительно?

Трунцевский: Вопрос для юриста в другом: что было побудительным мотивом в ее действиях: закон или не закон? Умысел или злая воля? Соображение иного характера?

РГ: Хорошо. По закону ли поступила власть?

Трунцевский: Да. Мое личное мнение - да. Я изучил огромное количество документов, законов, регламентов давнего и настоящего времени. Результаты их анализа и вошли в мой спецкурс "Правовые вопросы земельных отношений в условиях мегаполиса".

РГ: Юрий Владимирович, тогда остановитесь, пожалуйста, подробнее на основных законах, которые лежали в основе действий власти.

Трунцевский: Закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" гласит: государственная регистрация права собственности гражданина на земельный участок, если такой участок в соответствии с федеральным законом не может быть предоставлен в частную собственность, недопустима. Это ключевое положение. В "Речнике" оно было нарушено. В соответствии с положениями Земельного кодекса РФ не предоставляются в частную собственность земельные участки в пределах особо охраняемых природных территорий. Далее: Законом Москвы "Об особо охраняемых природных территориях в городе Москве" установлен специальный режим особо охраняемых природных территорий. Он предусматривает запрет на осуществление любых видов деятельности, причиняющих вред природным объектам. В том числе возведение объектов капитального строительства. То есть домов. Закон запрещает самовольные действия граждан, направленные на обустройство отдельных участков охраняемой природной территории. Ни одна из норм приведенных законов в "Речнике" не выполняется.

РГ: А как насчет Закона РФ от 30 июня 2006 года, которым предусматривается упрощенная процедура регистрации прав на недвижимое имущество?

Трунцевский: Упрощенность не изымает из закона основополагающей нормы: для проведения регистрации гражданин должен подтвердить свои законные основания на владение ранее полученным участком.

РГ: Так называемая "дачная амнистия" тоже не помощница обитателям "Речника"?

Трунцевский: Нет. Причем по всем позициям.

РГ: Тогда что можно сказать о Земельном кодексе Российской Федерации?

Трунцевский: В сущности, то же самое. Принцип один: земельные участки в частную собственность в пределах особо охраняемых природных территорий, которые находятся в государственной и муниципальной собственности, гражданам не предоставляются. Земельные участки "Речника" со всеми их домами, виллами, подсобками, огородами и так далее расположены, как известно, как раз в границах особо охраняемой территории природно-исторического парка "Москворецкий". Его образование узаконено постановлением правительства Москвы в 1998 году.

РГ: Но ведь история "Речника" насчитывает чуть ли не полвека!

Трунцевский: Однако это не отменяет запрета на осуществление любых видов деятельности, которые причиняют вред природным объектам на особо охраняемых природных территориях. В том числе на возведение объектов капитального строительства. А также на самовольные действия граждан, направленные на обустройство отдельных участков, что уже десятилетия назад практиковалось на особо охраняемой территории, связанной с именем "Речника".

РГ: И за все это время никто и никак не реагировал на явные нарушения законов?

Трунцевский: Чистое заблуждение. Имеются десятки документально подтвержденных действий власти, пытавшейся спасти привлекательную территорию от самых разных посягательств. Земельные участки на правом берегу Карамышевского водохранилища были выделены под создание коллективного сада на основании приказа начальника Управления канала имени Москвы в 1956 году, а также договора на право бесплатного пользования земельными участками от 15 февраля 1957 года. Договор был заключен Хорошевским сельсоветом Кунцевского района, Объединенным правлением садоводов Управления канала им. Москвы и Центральным проектно-конструкторским бюро министерства речного флота. Такая вот солидная компания. Таковы правовые предпосылки создания "Речника".

Через несколько месяцев после вступления в силу договора от 15 февраля 1957 года Мневниковский сельсовет депутатов трудящихся Кунцевского района Московской области на своем заседании 20 августа 1957 года признал договор недействительным. Причина: несоблюдение порядка отвода земель для садоводства. Было принято решение о незаконности использования соответствующих земельных участков и возведения на них строений. В том же документе содержалось предупреждение гражданам об их персональной ответственности перед прокуратурой за самовольные поселения и строительство домов в указанной зоне. Почти в то же самое время граждане уже вовсю сооружали свои фазенды. В одном из решений Исполкома Мосгорсовета, осуждающего факт самовольной организации Управлением канала им. Москвы коллективного садоводства работников системы министерства речного флота, называлась первая цифра возведенных в особой зоне построек - 50. При этом данная территория по генеральному плану реконструкции Москвы предназначалась для устройства водохранилища, гребного канала и других сооружений для организации зоны массового отдыха населения. Обратите внимание на эту дату: 1958 год. А вторая дата - 2010 год. То есть уже наши дни. Дни, в которые мы слышим заявления некоторых чиновников о том, что борьба с "Речником" ведется исключительно с коварной целью: застроить "изумрудный район" элитными сооружениями. По-моему, это просто не корректно.

РГ: Нетрудно себе представить число постановлений, решений, приказов, заключений, скопившихся за все это время. Было ли в них что-либо общее?

Трунцевский: Интересный вопрос.

РГ: Почему интересный?

Трунцевский: Потому что даже в тех решениях и постановлениях, которые допускали некоторые послабления, неизменно, постоянно и определенно звучало требование о запрете разделения садово-огородной территории на индивидуальные участки. И особо - о недопустимости строительства капитальных сооружений. Примеры. Цитирую: "Исполком Моссовета не возражает против сохранения существующих фруктовых посадок в пойме реки Москвы на площади 10,0 га у Карамышевской плотины, с включением их в общеозеленительные работы, проводимые управлением канала, в соответствии с проектом, без права деления этой территории на индивидуальные участки и без права возведения каких-либо строений" (1959 год). "...Обязать коллектив ЦПКБ Министерства речного флота РСФСР самовольно возведенные постройки снести до 15 марта 1959 (!) года силами и средствами самих владельцев построек".

В Объединенном решении Исполкомов Московского областного и Московского городского Совета депутатов трудящихся от 26 ноября 1959 года N 1519/35-65/67 отмечено, что Управление канала им. Москвы и ЦПКБ министерства речного флота без оформления отвода земли в надлежащем порядке заняли под садоводство 15 га в Кунцевском районе в полосе отчуждения канала им. Москвы... без закрепления индивидуальных участков за садоводами и без права возведения каких-либо строений на указанной территории. В соответствии с решением Исполкома Моссовета от 14 мая 1980 года "самовольно возведенные гражданами на указанном земельном участке строения подлежат сносу"... Решением Исполкома Кунцевского райсовета народных депутатов Москвы от 31 августа 1983 года "на граждан, самовольно занимающих территорию, используемую под сады и огороды, возложена обязанность указанную территорию освободить и самовольно возведенные строения снести".

РГ: Простите, Юрий Владимирович, но не слишком ли давние бури мы вспоминаем?

Трунцевский: Не слишком. Все приведенные мною распорядительные акты сохраняют свою юридическую силу до сих пор. Замечу, кстати, что в связи с вашим вопросом территориальные органы, которыми занимается Росреестр, также подтверждали, что в связи с отсутствием распорядительных документов на отвод земельных участков земельно-правовые отношения гражданами или организациями на земельные участки "используются в отсутствии правовых оснований". Юридический тупик в случае с "Речником" представляется мне уникальным.

РГ: Попытка защитить обитателей "Речника" с помощью "садовых книжек" бессмысленна?

Трунцевский: "Садовые книжки", выданные СНП "Речник", не являются документом, удостоверяющим или устанавливающим право гражданина на земельный участок. Они лишь свидетельствуют о том, что гражданин является членом конкретного некоммерческого партнерства.

РГ: Юрий Владимирович, как, по-вашему, могли не знать сотрудники Управления канала им. Москвы и ЦПКБ Министерства речного флота РСФСР, с действий которых и заварилась эта полувековая каша, об отсутствии оснований возникновения для них права собственности на землю? Ведь с августа 1958 года органы власти разного уровня неоднократно выносили решение о недопустимости самовольного использования земельных участков и возведения на них строений?

Трунцевский: Допустить невероятное можно. Но стоит ли?

РГ: А как, по-вашему, обстояло дело у тех, кто уже в наше просвещенное время сооружал в отличие от пенсионера 1957 года роскошные особняки в притягательном "Речнике"? Они тоже не знали?

Трунцевский: Вполне допускаю, что кто-то из старожилов вообще не задавался подобными вопросами. И вся картина открылась перед ними только сейчас. Но допустить, чтобы люди, поселившиеся в поселке в последнее время, не интересовались правами на покупаемую землю, на право строительства вилл, капитальных зданий, я не могу. Это люди образованные, состоятельные. Средств на то, чтобы досконально изучить правовую сторону сделки у них, полагаю, было достаточно.

РГ: На что же они надеялись?

Трунцевский: На традиционное русское авось. Ни на что другое надежды нет. Это их личный риск.

РГ: Юрий Владимирович, что бы вы, как профессор, как ученый, могли сказать вообще о земле? О земле как недвижимом имуществе?

Трунцевский: Да, пожалуй, лишь то, что должен знать каждый. А именно: земля является недвижимым имуществом. Земля - это объект гражданского права, оборот которого разрешен, но является ограниченным в силу специфики и уникальности земли как природного ресурса для проживания и деятельности людей. А в соответствии с положениями Земельного кодекса РФ, повторим это еще раз, земельные участки в пределах особо охраняемой природной территории в частную собственность не предоставляются. Земельные участки такого рода отнесены к землям, ограниченным в обороте. Вот, пожалуй, это и главное.

РГ: Надеюсь, ваш труд "Правовые вопросы земельных отношений в условиях мегаполиса" с анализом ситуации "Речника" сослужит добрую службу не только студентам, которых вы обучаете, но и юриспруденции как таковой.

Трунцевский: Благодарю вас и отмечу, что юриспруденция не может жить и развиваться без практики.

Власть Работа власти Госуправление Снос незаконных построек в России