Новости

09.06.2010 07:10
Рубрика: Общество

Фальшивый индекс

Погоня за научным валом искажает суть работы ученого

Российская академия наук находится в состоянии свободного падения. Таково мнение авторов целого ряда статей и писем к власти, появившихся в последнее время. Чего стоят одни заголовки хлестких статей, например: "Если бы я был царем или богом, то упразднил бы Академию наук".

Главный аргумент - денег академия получает все больше, а отдача падает. По числу статей в ведущих научных журналах и индексу цитирования мы скатываемся вниз, пропуская конкурентов. Вывод: академическая наука деградирует, а раз так, то какой смысл увеличивать финансирование. Не в коня корм.

А пример предлагается брать прежде всего с коллег из Китая, которые теснят россиян в научных рейтингах, опережая и по публикациям, и по цитированию. Действительно, китайцы стремительно идут вверх. Недавно позади по числу статей оказалась и Япония. Вроде бы вполне естественно, ведь Китай вкладывает в науку огромные деньги. И вдруг, как гром ясного неба, скандал! Китайские ученые уличены в фальсификации научных данных. Самое поразительное, что они опубликованы в авторитетном рецензируемом журнале.

- Расследование показало, что каждый из трех китайских ученых признался в участии в плагиате, фальсификации или фабрикации научных данных, - говорит заведующая отделением Всероссийского института научной и технической информации РАН, доктор педагогических наук Маркусова Валентина.

Что толкает ученых на подобные махинации? Причин, наверное, несколько, в том числе и действующая в Китае система поощрений. Университеты премируют тех, кто публикуется в престижных журналах, а также им предоставляют жилье и другие блага. То есть ученые находятся под постоянным прессингом: надо "на-гора" выдавать статьи. По оценкам китайского университета Wuhau, рынок сомнительной научной продукции, где за деньги вам подготовят статьи о несуществующих исследованиях, составил в 2009 году около 150 млн долларов, что в пять раз больше, чем в 2007-м.

Масштабы впечатляют не меньше, чем бурный рост науки в Китае. Остается только удивляться, как китайцам удается обходить жесточайший фильтр рецензентов. Но, как говорится, "Восток - дело тонкое". Разбираться предстоит и руководителям китайской науки, и редакторам журналов. Для нас важно другое. Сегодня и для российского ученого решающим критерием оценки его работы становятся публикации и цитируемость. Казалось бы, подход абсолютно верный. Только так можно расставить ученых по ранжиру, определить, кто есть кто. А в зависимости от занятого надо распределять деньги. Сильным - максимум, слабым - что останется. Нежелание руководства РАН вводить подобную систему вызвало волну критики, и прежде всего авторов критериев - минобрнауки. Чем объяснить такое упорство академиков? Неужели боятся, что потеряют доступ к финансам?

- Эйнштейн не раз говорил: "Проще всего оценить работу лесоруба. Результат виден сразу", - говорит Валентина Маркусова. - В науке уже давно научились "взвешивать" вклад ученого. Еще в 60-х годах прошлого века родилась наукометрия. Ее создатели - американский ученый, доктор Юджин Гарфилд, автор Указателя цитирования (SCI) и наш соотечественник профессор Василий Налимов. Так вот Гарфилд предупреждал, что любые количественные показатели - это только инструмент оценки. Его нельзя абсолютизировать, а окончательной вердикт, как работает ученый, остается за экспертами в данной области знания. Научный вклад исследователя складывается из многих элементов: публикаций, цитируемости, участия в конференциях, в редакционных коллегиях журналов, числа грантов и т.д.

Маркусова подчеркивает, что работы российских ученых сегодня оцениваются исключительно по англоязычной базе данных, куда попадает лишь отечественная научная элита - вершина айсберга, а львиная доля российской науки остается за кадром. Ее словно не существует. Такой подход в корне неверен, он искажает истинную картину. Страна, которая имеет сильную науку, должна оценивать ее отдачу не только по англоязычной базе данных, но и по отечественной. Именно так сегодня и делается во всем мире. Например, Япония, Испания, Франция, Голландия, Латинская Америка, Китай, Испания и даже англоязычная Австралия для анализа своей науки создали собственные базы данных.

Для нас отечественная статистика особенно важна, так как по целому ряду причин в SCI существенно занижен вклад наших ученых в науку. Но минобрнауки полностью полагается на эту статистику.

Итак, как же сегодня выглядит академическая наука? После 1991 года число публикаций и цитирований падало. Но в последние два года снижение остановилось и наметился рост. На долю РАН приходится более половины всех российских публикаций, остальное - доля вузов, отраслевых институтов, научных центров и т.д. Более того, в 2009 году РАН по этому показателю занимала третье место среди 2080 лучших научных организаций мира. Хуже с цитируемостью - 48-е место. Одна из причин, по словам Маркусовой, в том, что наши ведущие институты, публикуя работы, не указывают, что входят в систему РАН. Если это учесть, то академия перепрыгнет минимум на десяток ступенек, но все равно окажется далеко позади лидеров.

- Это лукавая статистика, - считает Маркусова. - Как можно говорить об отдаче ученого, не учитывая: а сколько в него средств вложено? Нельзя же вот так, в лоб, сравнивать богатых и бедных? Их надо привести к общему знаменателю, к вложенному доллару. И тут картина получается совершенно иная.

Действительно, при пересчете на миллион затрат РАН вырывается в лидеры: первое место в мире по цитируемости в области физики, химии, наук о Земле, второе - по материаловедению и математике, высокие места и по другим научным дисциплинам. Вывод: число публикаций и цитируемость, по сути, пропорциональны вложенным суммам. Словом, что потратишь, то и получишь. Сегодня вся РАН финансируется государством на уровне среднего университета США, а отдачу желают получить как от всей американской науки. Чудес не бывает.

Недавно, несмотря на все возражения академиков против внедрения системы оценок, им пришлось согласиться на ее внедрение. К этому обязывает постановление правительства. Но РАН особо оговорила, что такая система будет лишена всех недостатков, которые предлагались другими разработчиками.

Что выйдет из-под пера академиков, увидим. Но публикации и цитируемость наверняка останутся среди главных критериев. И здесь у нас немало недостатков. Маркусова, в частности, подчеркивает, что нам нужно поднимать уровень отечественных журналов, чтобы россияне, особенно молодые, могли печатать свои статьи, чтобы учились их писать.

- Это особое искусство, - объясняет Маркусова. - Ему специально учат в западных университетах, а у нас таких программ нет. Поэтому часто прекрасные работы не доходят до публикации, а наши ученые не могут грамотно их подать, довести до кондиции. Об этом, кстати, говорят успешно работающие на Западе наши соотечественники.

Общество Наука